Чтение онлайн

– Ну а теперь, мальчишки, давайте поговорим как свои, откровенно и без лапши на уши. – Он неожиданно снял очки. – Зовут меня Георгий, Георгий Михайлович, без званий и прочего. Я хочу, чтобы вы рассказали нам все, что с вами произошло в лесу, как бы невероятно это ни было. Не на бумагу…

Выслушав рассказ ребят о святом, о затерянной деревушке, переправе и о том, как двое московских пацанов «срубили хвост» преследовавших их бойцов элитного спецподразделения СС, подполковник Ерошкин восхищенно присвистнул и с горящими глазами заявил:

– Ну что, товарищи, победителей не судят? – улыбаясь сказал он. – Будь на вашем месте кто другой, нипочем не поверил бы. Но вам верю. Особенно убедительно подкрепляют ваш рассказ трофеи. – Подполковник махнул рукой в сторону сложенных в углу землянки немецких рюкзаков, затем подавил улыбку и вновь стал серьезным командиром. – Но всю эту дурь не вздумайте сообщать больше никому. Особенно про святого. Вы – комсомольцы и вам… не к лицу.

– Меня больше беспокоит другой аспект ситуации, – неожиданно пробасил «Бородач». – Мальчишки сильно наследили. Эти ваши герои забыли главный принцип разведки – скрытность! – Он со значением посмотрел на Удальцова и Конкина. – Было бы куда лучше, если бы дело обошлось без погонь и перестрелок. Ладно, будем иметь дело с результатом. Товарищи! Могу сделать выводы: расположение секретного объекта вскрыто, мы примерно знаем, какими силами обеспечивается его безопасность, и мы уже имели возможность наблюдать эффект действия объекта. Каковы будут наши дальнейшие планы? Вам слово, товарищ подполковник. Как вы знаете, мы с… Георгием Михайловичем были прикреплены к Отряду для координации и поддержки, мы можем консультировать и помогать, но решение остается за вами.

Все замолчали, командир с задумчивым видом повертел в руках карандаш, внимательно посмотрел на карту.

– Выходит, что до этого загадочного объекта по прямой меньше ста километров, – подполковник почесал лоб. – Я предлагаю организовать налет своими силами и связаться с Центром. Надо попросить у них хорошую бомбардировку для прикрытия…

– Исключено, – резко сказал «Бородач». – Помощи не будет. Мы можем рассчитывать только на свои силы.

– Ну, тогда мы организуем налет самостоятельно, – Ерошкин пошевелил губами. – Взрывчатки не так много, как хотелось бы, но нам хватит. Будем рвать узловые точки этого пресловутого объекта. Жаль, что никто, кроме Оола, обустройство объекта в глаза не видел.

Почувствовав в голосе Ерошкина укор, ребята ощутили угрызения совести, будто именно они и были виноваты в гибели снайпера…

– На данном этапе операции я уполномочен поставить вас в известность еще об одной цели операции, – Георгий Михайлович поднялся и, порывшись за пазухой, достал пожелтевшую от времени фотокарточку. – Нам приказано обеспечить захват и транспортировку этого лица в Центр. В крайнем случае, только в самом крайнем, его предписано уничтожить…

С базы снялось больше половины Отряда. Собирались люди тихо, проверяли оружие, облачались. Осталось только человек двадцать – охранять и поддерживать радиосвязь с Центром. Остальные тихо собрались, вышли из-под земли и растворились в огромном лесу. Все вооруженные, многие с тяжелыми тюками за спиной, они построились в походный порядок и молча выдвинулись вперед, растворяясь в лесном массиве.

Проводив командира, дозорные снялись на отдых. И потому не заметили, как из леса, как раз оттуда, куда всего полчаса назад ушли люди, появилась лохматая тень. Она бесшумно приблизилась вплотную к полянке и принялась изучать местность.

Пристально и неторопливо.

Штурмгауптфюрер Грубер был доволен. Наконец-то командование прониклось всей серьезностью проблемы русских и выделило ему целую роту опытных эсэсовцев для поиска и уничтожения врагов. Эсэсовцы и приданный им в усиление батальон конечно не могли прочесать огромные пространства лесистой местности, но этого штурмгауптфюрер делать и не собирался.

Хорошенько поработав с картой и обдумав ситуацию, Грубер сделал определенные выводы. У русских, несомненно, есть своя база в лесу. Именно за базой и должна вестись основная охота – база не зайчик и от охотников не убежит. Проанализировав рельеф местности и направление перемещений русских диверсантов, Иоахим наложил свои умозаключения на карту и примерно определил район поиска. Туда немедленно были направлены лучшие следопыты – эти воины, работая в одиночку и попарно, уходили в лес хорошо замаскированными и вооруженными. Их главной задачей было вскрыть местонахождение базы.

Сегодня у Иоахима было праздничное настроение. Матерый сорокалетний унтер-офицер СС Адольф Лютц, по прозвищу «Сова», долгое время работавший лесничим и потому прекрасно знавший лес, вернулся в расположение. Его возвращение не было отмечено салютом и фанфарами, никто не постелил ему ковровую дорожку и не усыпал ее лепестками роз.

Выйдя на дорогу, Лютц остановил первый же грузовик и, чуть ли не угрожая оружием, заставил водителя ехать в расположение эсэсовцев. Через час доклад был уже на столе штандартенфюрера Штуце, а штурмгауптфюрер Грубер получил-таки свою благодарность и надежду на скорое повышение. А «Сова» был доволен больше всех – он заслужил горячий душ, чистую одежду и море выпивки…

– …Если бы вы знали, герр штурмгауптфюрер, – довольно заявил он сияющему Груберу, – через что мне пришлось пройти, чтобы добыть эту информацию, вы бы потчевали меня не шнапсом, а шампанским! Да, господин офицер, это была самая сложная охота в моей жизни. Замаскированы они прекрасно! Мне чудом удалось пройти незамеченным мимо их дозорных.

– Как выглядит лагерь?

– Вам понадобятся минометы, много минометов, – усталый «Сова» смотрел на своего командира красными глазами. – Русские зарылись под землю, как крысы. Поэтому на поверхности их лагерь не выглядит никак…

Следопыт уснул прямо на столе, Иоахим, понимая его состояние, не стал будить вояку, а приказал денщику взять кого-нибудь в помощь и перенести его в постель. Сам же, оглядев себя в зеркале, прыгнул на мотоцикл и помчался с докладом к штандартенфюреру Штуце. Оттолкнув часового, ворвался в барак, со стуком отворил дверь комнаты, где расположился штандартенфюрер…

– Я хочу, чтобы вы уничтожили их всех, – кричал Иоахиму раскрасневшийся от коньяка штандартенфюрер. – Хочу, чтобы их большевистские тушки лежали у моих дверей, так, чтобы я мог выйти с утра и помочиться на них! Назовем операцию «крысоловка», и вот что, Грубер! Давайте постараемся сделать так, чтобы эти комиссары наконец-то перестали нас беспокоить! Железный Крест! Вот что вы получите, как только я смогу хорошенько помочиться с утра!

Грубер с удивлением посмотрел на своего шефа. Тот всегда был корректным и спокойным офицером, редко повышал голос и не позволял себе больше одной рюмки крепкого. «Видимо, служба в этом Богом забытом месте наконец-то свела его с ума», – подумал Иоахим, глядя, как штандартенфюрер Штуце плеснул в рюмку коньяку и проглотил выпивку одним махом…

– Ты, верно, думаешь, что я сошел с ума, мальчик мой?! – переведя дух, спросил Штуце.

– Ну что вы, господин штандартенфюрер, – Иоахим мило улыбнулся. – Я и сам счастлив, что мы наконец-то сможем решить эту проблему. Я очень хочу поквитаться с русскими за своих ребят…

– К черту русских! К черту твоих ребят! – порывисто воскликнул штандартенфюрер. – Иоахим, мальчик мой, садись к столу, выпей со своим стариком! Нам есть что праздновать, мой дорогой!..

Штандартенфюрер Штуце не лукавил – повод для праздника у офицеров-эсэсовцев был серьезный. Доклад Штуце о предварительных испытаниях «Сухой Грозы», посланный в Берлин, произвел там фурор. Тем более что прикрепленный к Штуце осведомитель, вечно пьяный жирный штурмбанфюрер Эрнст Куртц, с зализанными назад сальными волосами и лицом профессионального подхалима, составил не менее восторженный донос-доклад о действии немецкого чудо-оружия. Особенно поднял настроение штандартенфюрера Рудольфа Штуце утренний телефонный разговор с его непосредственным начальником…