Чтение онлайн

– Я не знала, куда отправить твои вещи, поэтому послала их в Чикагское бюро. Они должны поступить туда в понедельник утром.

Во-вторых, он получил сообщение от своего главного босса Стентона Бейли:

"Камерон, позвоните мне в любое время в понедельник. Я хочу получить вашу статью к концу следующей недели. Нам надо поговорить".

* * *

Третье сообщение было от его бывшего главного редактора Стива Планка, который стал пресс-секретарем Николае Карпатиу:

"Бак, позвони мне как можно скорее. Карпатиу хочет переговорить с тобой".

Камерон хмыкнул, хохотнул и порвал листки. Он поблагодарил Мардж, подтвердил, что получил сообщение и позвонит Бейли, затем сделал пометку у номера телефона Стива и решил повременить со звонком. "Карпатиу хочет переговорить с тобой". Про себя он мог бы сказать и другими словами: "Антихрист охотится за тобой". Бака интересовало только одно: знает ли Карпатиу, что он избежал промывки мозгов. Что этот человек будет делать или попытается сделать, если узнает, что Бак полностью сохранил все в своей памяти, что Баку известно: Карпатиу убийца, лжец, Зверь, Антихрист?

* * *

Рейфорд смотрел новости по телевизору, слушал комментарии. Большинство из них положительно оценивали запланированный перевод ООН на территорию бывшего Вавилона, к югу от Тегерана. Одни заявляли:

Если Карпатиу искренне стремится ко всеобщему разоружению, оставляя только десять процентов оружия, то, безусловно, складировать его на Среднем Востоке вблизи Тегерана будет гораздо лучше, чем в Нью-Йорке. Кроме того, в здании ООН, которое вскоре должно опустеть, следует организовать музей как реверанс в сторону самого отвратительного произведения архитектуры, которое когда-либо создавалась в этой стране.

Ученые мужи предсказывали провал переговоров, которые будут проводить как религиозные лидеры, так и финансовые эксперты. Один из них заявил следующее:

Ни одна из религий, какой бы привлекательной и заманчивой она ни представлялась, ни одна из валют, какой бы соответствующей требованиям дня она ни казалась, на деяе не являются таковыми. В этих вопросах Карпатиу неизбежно потерпит неудачу. В результате люди начнут более трезво оценивать нового лидера. Его популярности скоро придет конец.

* * *

– Хочешь чаю, папа?
– раздался из кухни голос Хлои.

Он отказался. Через минуту она вошла в комнату с чашкой в руках и устроилась на другом конце софы, поджав под себя ноги в домашних тапочках. Ее только что вымытые волосы были закручены в полотенце.

– У тебя, кажется, дата в конце недели?
– спросил Рейфорд, когда новости на экране телевизора кончились и пошла реклама.

– Не смешно, - ответила она.

– А я и не имел виду, что это смешно.
– Я даже думаю, что вряд ли кто-нибудь позвонит тебе.

– Единственный человек, которого я хотела бы услышать, явно слинял.

– Ерунда, - возразил Рейфорд, - я не считаю, что он вообще о тебе думал.

– А я уверена, что думал, папа. И вот теперь я сижу, как школьница, гадаю и надеюсь. Это так глупо. Чего мне переживать? Ну, познакомилась, но я совершенно его не знаю. Правда, я им восхищена, вот в чем дело.

– Ты восхищена им?

– Конечно. А кто им не восхищается? Энергичный, толковый, умный, воспитанный.

– К тому же известный.

– Да, в какой-то мере. Но я ведь не собираюсь вешаться на него. Мне было показалось, будто он заинтересовался мною, вот в чем дело. Его внимание свидетельствовало, что я привлекла его.

– И как же ты ответила на это?

– Ты имеешь в виду, что я ответила ему? Рейфорд кивнул.

– А никак. Что я могла сделать? Он понравился мне, и вместе с тем я не хотела оттолкнуть его.

– А может быть, он думает, что это он оттолкнул тебя? Может быть, ему кажется, что это он стал действовать слишком активно, слишком быстро. У тебя нет такого ощущения?

– Пожалуй, что так. Я думаю, что все правильно. Я держалась с ним довольно открыто, и стать друзьями, наверное, было бы для нас вполне достаточно.

Отец пожал плечами.

– Может быть, он нуждается в каком-то поощрении?

– Ну нет, ничего такого он от меня не получит. Это не в моем характере, ты же знаешь.

– Знаю, дорогая, - ответил Рейфорд, - но за последнее время ты очень сильно изменилась.

– Да, во многом изменилась, но характер-то остался. Это рассмешило ее саму.

– Так что же мне делать, папочка? Я не могу от него отказаться. Но разве ты не видишь, что в конце концов этим-то все и кончится? Ведь это ему следовало пригласить меня поужинать, а он даже наше приглашение не принял.

– Наше приглашение? Я-то тут при чем?

– Но мне же было неудобно приглашать его только от своего имени.

– Понятно. Только, может быть, он, наоборот, хотел, чтобы вы обошлись без меня?

– Если бы он думал обо мне, как мне казалось, он бы так и поступил. Он бы пригласил меня первым и попрощался с тобой. Мне так кажется... Нет, мне так не кажется, папа.

– Понимаю, что ты имеешь в виду. Я думаю, что тут глупо слишком торопить события. Дай ему время. Утро вечера мудренее.

Возобновилась передача новостей, а Хлоя занялась своим чаем. Рейфорд был очень доволен, что Хлоя завела с ним откровенный разговор об этом. Насколько он помнил, она не разговаривала о мальчиках даже с Айрин. Он понимал, что, конечно, он для нее единственная спокойная гавань во время шторма, но, вместе с тем, его чрезвычайно обрадовало ее доверие.

– Если ты хочешь продолжить разговор, я выключу телевизор, - сказал ей Рейфорд.
– Ничего нового по сравнению с тем, что сказал нам Брюс.

– Нет, - ответила она, поднимаясь, - честно говоря, я устала от самой себя. Обсуждать мои любовные дела или отсутствие их в такой момент истории - чистое ребячество, верно? На это не стоит тратить время, даже если я не вернусь в колледж. Лучше перечитать Иезекииля, Даниила и Откровение. Рейфорд рассмеялся.

– Упражняешься в остроумии?

– Само собой. Но ты понял, что я имела в виду, папа. Мне никогда и в голову не приходило, что меня будет интересовать Библия, но сегодня я читаю ее так, как будто для меня уже не наступит завтра.