Чтение онлайн

А вообще народ мелковатый стал, пуганый какой-то. Вот, хотя бы этот - я ему свою землянку подогнал. Живи и радуйся. Тепло, тихо и крысы не кусают. Короче, только я засыпать стал, а он взял и обгадился со страха.

Я вроде не пугал его особо. Чай не цыпочка, которой про крысу расскажешь, а она только крепче к тебе прижимается, крылышками обнимает... Не... Мягкотелые, нервные петушки стали. А этот, ну вообще смех смехом: сидел себе тихо, обгаженный, а потом подскочил и давай бежать.

– Ты куда?
– ору.

– Д-о-о-о-м-о-й!

Я его не стал разворачивать. Только слышу - шуршит, шуршит в темноте, а потом ка-а-ак о Стену Миру долбанется!
– и тишина.

Оно так даже лучше. Если ночью шуметь, то разные проблемы приключаются.

Поутру пошел его разыскивать. Лежит под Стеной, где по ночухе тормознулся. Спит, аки младенец. Ладно, думаю, дело житейское.

– Ну, пошли, чего разлёгся, - ему говорю. - За работу, пора.

В общем, стал он у меня вроде подсобника. Зерно складывает, что народ за семинары и тренинги приносит. Посетителей принимает. Я его сразу научил: кого отшить, а кого принять. Помню, в одном ящике пытался всем помогать - такая молва пошла, что елё успел до Попадоса потеряться. Отпускать не хотели. Чуть ли не хором пели: "Оставайся Мастер с нами, будешь нашим Петухом..."

Пацану прилично платил, но тоже в меру. Зерно - вещь опасная. Может показаться, что оно все проблемы решает. Ага, почти все. Кроме самой главной - от Попадоса ещё никто и никогда не откупился.

Смотрю, Пятипалый поздоровел, пушок почистился. На цыпленка стал похож. Плечи расправились, а в глазах огонёк появился. Нормуль - жизнь налаживается, а я тоже не жалуюсь. Пацан оказался сметливый, схватывал на лету, соображал неплохо. Я уже прикидывать стал, как вместе уходить будем, когда время придет. Ну и сморозил глупость, дурак старый.

Не надо было тянуть крысу за хвост, а сразу пацана к другой жизни готовить. Дать пару дней, чтобы окрепнуть и валить за Стену Мира. А я разжалобился, пусть, думаю, последние деньки погуляет, цыплячьей жизнью еще поживет.

Вот пацан и кайфанул с новой жизни, да не совсем той, которая настоящая. Оно и дураку понятно, чего с бабосом не тащиться, если ничего не знаешь и знать не хочешь, а? Они возле кормушки глотки грызут не на жизнь, а на смерть и для чего спрашивается? Да, чтобы место себе купить. Помягче и потише. Чтобы на кормушку каждый день не ходить. На что ещё зерно тратить? Цыпочки, понты, барахло.

Хозяев зерном не подмажешь, крысам оно в зуб не впилось. За Стеной ничего нет. И - цыпочек нет. За ними в ящик придется ходить. Ибо не фиг. Да и где там яйца высиживать? Под конвейером, что ли? Ну, пипец.

Пятипалый этого знать не знал.

– 8-

Приближался день Последней Лампочки.

Как я это понял?

Считать научился. А-а, вижу вам постебаться охота...

Ну-ну, я бы на вас посмотрел. Сейчас все грамотные стали, а тогда спроси кого-нибудь: чем две цыпочки от одной отличаются? Не понял, что ли? Ну, ты даешь...

Смотри. Вот - одна. Но - одна. Вот ещё одна - но тоже одна. С одной гуляешь - другая мозги делает. Но есть решение! Берёшь одну, говоришь ей - сиди здесь. Идёшь, приводишь другую. Сажаешь рядом. Что получается? Две. Было по одной, а стало сразу две. Не-е-е... Это понятно, что две маленькие проблемы решил, а одна большая появилась, но ты разницу понял?

Я считать по-другому учился. Ладно, проехали. Гоним дальше. Что там было? Мозги себе пожёг с вашими птицекомбинатами... А-а, как я Пятипалого встретил. Хух, не знаю с какого конца начать, налей-ка ещё по одной. Ну, давай...

Дальше про Пятипалого тележим, как вы и просили. Норм?

Короче, веду я времени счёт, а его всё меньше и меньше до Попадоса остаётся.

Я Пятипалому и говорю:

– Так, мол, и так. Контору прикрыть надо. Собирай манатки, пора сваливать.

Он сразу не понял.

– Отшельник, - говорит, - с той стороны кормушки теперь стоять будем, да?

– Ты не понял, - отвечаю.
– Вообще валим. За Стену Мира.

И тут он попутал мрачно. Я ожидал такой реакции. Ну, почти такой...

Пятипалый в момент бледного словил, трясется весь, лапки дрожат. А я уже наперёд знаю, что он сейчас бормотать начнёт. И точно - понеслось, слово в слово: "А чем здесь плохо? Да, всё будет хорошо... Там же ничего нет..."

Пришлось ему расклад выдать.

За Хозяев. За Цех Номер Один. За Попадос.

За жизнь, короче.

Не верит.

Раздельно ему повторяю, что здесь тормозиться без вариков.

А он заладил одно и то же: "Ну, это когда будет... Мы ещё поживём... На наш век хватит..."

Я его схватил за шкирку, приподнял. В глаза заглянул.

– Тебе конец, - говорю.
– Ты - труп. Тебя уже нет.

Не верит. Ни разу не верит.

Бормочет:

– Да нет... Нормально я... Живой вроде...

Вижу - невменос. Трясу его как цыплёнка:

– Ты - сдохнешь. Сдохнешь!
– Сдохнешь!!

Не верит и всё тут. Глаза стеклянные.

Ну, вижу, что реальности не пробиться. Толщина глюка - десять пачек маргарина. Я плюнул, хрен с ним. Пусть остаётся. Авось, до вечера зерно потратить успеет.

Оно мне надо доказывать?

Не верит, что сдохнет?

Так никто не верит.

Пока не сдохнет.

Любого возьми - не поверит. Силой, волоком спасать будешь - упрётся, ту же фигню пропихивать начнёт. Старая пластинка: ну как же так, я ведь так старался, столько сил положил... Только местечко пригрел, зёрнышко пошло, цыпа появилась. Когда оно ещё будет, твоё попадалово?

– 9-

И пошёл я в сторону кормушки. Настроение поганое, да дело привычное. И надо его делать, надо. Схема у меня была обкатанная, отработанная, да не один раз.

Подойти, пару лещей раздать, поискать того, что потолще, да пожирнее. Назвать бройлером недорезанным. Ничего придумывать не надо - правда сильнее всего раздражает. Но тут главное - не перегнуть! Разозлить, чтобы задергались, но лапки не растопыривать.

Иду в социум, а про пацана стараюсь не думать. Но все равно мысли в голову лезут, чего уж скрывать - привык я к нему, привык. Погано на душе, ведь не так себе я этот день представлял. Рассчитывал пацану мастер-класс устроить, показать как толпу правильно заводить. Тьфу ты, а он заднюю включил, соскочил желторотый...