Чтение онлайн

– Что же делать, ума не приложу? – с тревогой в голосе, сказала Егоза, – Может, есть какой другой способ оповестить Джека?

– Возможно, есть. Только…, – Бархус задумался, – Скажи, милая, случайно нет у вас на острове радиоприёмника или любого другого радиопередающего устройства? Может случайно прибило к берегу после кораблекрушения, или каким другим способом попал?

Теперь пришло время «ломать голову» Егозе. Думая о Джеке, она сразу вспомнила о той странной металлической штучке, которую он ей отдал перед самым отплытием на свой остров. Она ещё мигала разноцветными огоньками, словно ёлочная гирлянда. Улыбнувшись, чуть показав белоснежные зубы, своей очаровательной улыбкой, Егоза сказала:

– Есть! Радио-маячок пойдёт? – радостно воскликнула она.

– Какой маячок? Случайно, не тот ли, что стоял на катере Тома?

– Я не знаю где он стоял, но отдал мне его Джек. При этом он ещё добавил, что если эта вещица мне надоест или бандиты, извините это я не о вас, захотят опять напасть на остров, то надо будет немедленно прикрепить её к акуле и выпустить последнюю в океан. Но необходимости расстаться с ней так и не возникло, а мне она постоянно напоминала о Джеке, поэтому я и сохранила её на память.

– Молодец, – только и нашёлся, что сказать Бархус.

Егоза сбегала к себе домой, а когда вернулась, отдала учителю радио-маячок. Частично разобрав, Бархус настроил его так, чтобы он постоянно выдавал в эфир слова на языке азбуки Морзе: «Джек» и «помощь». Теперь им оставалось только ждать и надеяться, что какое-нибудь из сообщений: устное или письменное, достигнет адресата.

После того, как общими усилиями Бархуса – главного вдохновителя и распорядителя, посёлок для переселенцев с другого острова был построен, Майкл вернулся в свои угодья. Однажды чудом спасшийся, благодаря доброте и заботе кожистокрылого гиганта – Зубастика, он теперь не мыслил долгой разлуки с ним. Жили они всё в той же «комфортабельной» пещере, обустроенной ещё много лет назад Томом и Джеком. Майкл не был лично знаком с ними, но не раз с благодарностью думал о них, каждый раз удивляясь, как эти тринадцатилетние парни так умело смогли сконструировать бытовые предметы, технику для вспашки земли и сбора урожая зерновых, хозяйственные постройки.

Когда вернулся Майкл, доисторический птеродактиль, так обрадовался его приходу, что стал хлопать крыльями и пританцовывать, кружась на одном месте. Первым делом они вдвоём отправились на рыбалку. Это было их любимым занятием. Как и прежде, Зубастик кидал с высоты своего полёта серебряный самородок в воду, а когда стайки рыб окружали место падения «наживки», вспенивая воду, устремлялся вниз и своим длинным, заострённым клювом подцеплял, словно пеликан, несколько рыб. Задача же Майкла состояла в том, чтобы весь улов поджарить на костре. Но помимо этого, он и сам занимался «рыбалкой». Здесь, в скалистой бухточке, под камнями и в заводях водилось много крабов, раков-отшельников, омаров, креветок и лангустов. Именно эти деликатесы очень любил его друг. Майкл не жалел своих сил, чтобы только угодить Зубастику. Задержав дыхание, он с головой нырял под воду, где голыми руками и охотился на них. Процесс этот был не из лёгких. Иногда десятиногие ракообразные своими клешнями причиняли ему травмы. Но он, увлечённый любимым занятием, не чувствовал боли, да и солёная вода быстро заживляла все раны. Зато, какой отменный пир они закатывали после этого! От вида жареных морепродуктов у Зубастика всегда загорались глаза, становясь не зелёного, а ярко красного цвета, а у Майкла ношенная – переношенная футболка вся покрывалась жирными пятнами, становясь солнечно – прозрачной. Пообедав, Майкл задумался и сказал: «Хорошо тебе, Зубастик, летать умеешь, а вот мне этого не дано! А как хорошо было бы нам вдвоём посмотреть с высоты птичьего полёта на новый посёлок!?». Птеродактиль удивлённо заглянул в его глаза, продолжая пережевывать пищу. Нет, разговаривать он не научился, хотя иногда проявлял чудо – способности угадывать по жестам или выражению лица человека, о чём тот спрашивал или просил его. Сейчас же наступил именно такой момент. Зубастик, как будто угадав его мысли, вспорхнул, перелетел к скале, где находился металлургический «цех» и, схватив в крепкие лапы огромный валун, с лёгкостью перенёс его к ногам друга.

– Это здорово! Ты просто молодец, мой хороший! – вскочив с земли, радостно закричал поражённый увиденным фокусом Майкл, – Ты сильный! А это значит, что при желании и меня сможешь поднять и перенести на себе! Ур-р-а-а! Эврика! Спасибо тебе! Ты нашёл отличный способ!

Теперь Майкл стал мастерить лямки, как для себя, так и для птеродактиля. Его идея сводилась к следующему: чтобы Зубастик меньше уставал в полёте и не тащил его всю дорогу в своих лапах, как тот булыжник, лямки должны были одеваться ему на шею и плечи, а дальше, в виде детской качели опускаться вниз. При таком способе передвижения, на подлёте к земле, Майкл смог бы быстро спрыгнуть с небольшой высоты, дав возможность Зубастику спокойно приземлиться. Взяв прочную лиану дикого винограда, он начал плести. Вечерело. Когда солнце уже клонилось ко сну, Майкл закончил свою работу. Повернувшись к Зубастику, улыбнулся и ласковым голосом сказал:

– Ну что, дракоша, полетаем завтра?

Затем встал, широко зевнул и усталой, тяжёлой походкой побрёл к входу в пещеру. Зубастик поковылял за ним следом. Только длинные тени от их тел в лучах заходящего солнца медленно ползли по склону горы. Далеко в лесу прокричала встревоженная птица и затихла. Постепенно ночь поглотила весть остров. На небе загорелись первые звёзды.

А где-то там, в одной из галактик бескрайней вселенной, на чёрной планете готовился к старту космический корабль с экипажем из пяти обезьяноподобных людей. Их путь лежал в нашу солнечную систему, на планету Земля, находящуюся на расстоянии нескольких миллионов световых лет. Даже по их меркам, это было колоссальное расстояние, преодолеть которое помогали чёрные дыры или временные коридоры, соединяющие между собой различные галактики. В них время сжималось, словно огромная пружина, отчего дни становились секундами, месяцы – минутами, а годы – часами. Этот процесс можно было либо убыстрять, либо замедлять, в зависимости от заданной программы полёта космического корабля. Наука и техника той планеты достигли такого уровня, что люди научились открывать, а при желании и закрывать данные коридоры, а так же изменять их длину и форму. Но изменения пространства были сопряжены с риском и большими затратами энергии. Поэтому, не все, даже достаточно развитые цивилизации многих планет прибегали к такому энергоёмкому способу запутывания следов. Жители чёрной планеты понимали это, но другого выхода у них не было. Злой и ненасытный до власти и денег пират – Ягурод, добивавшийся вселенского господства и обладавший более современной военно-космической техникой, мог опередить их или, отправившись в погоню, настигнуть корабль миролюбивых астронавтов на пути к Земле. Цель же их миссии заключалась в том, чтобы разыскать соплеменников, охранявших миллионы лет космический грузовой терминал, установить наличие у них груза «КС 20» и немедленно перегрузив хотя бы часть его на борт космолёта, вернуться обратно.

Когда же корабль наконец-то поднялся с космодрома, в это же самое время на голубой планете – Земля уже наступил новый день. Вся природа пробуждалась от ночной спячки. Весело щебетали райские птички, перелетая с ветки на ветку бамбука. Их звонкие, жизнерадостные голоса разбудили и Майкла, спящего в обнимку с Зубастиком в своей пещере. Встав и сделав нехитрую зарядку, он пощекотал по шее друга, а когда тот открыл глаза, скомандовал:

– Вставай, лежебока! У нас сегодня день воздухоплаванья! Теперь и я, с твоей помощью, стану авиатором!

После лёгкого завтрака, состоящего из мучных лепёшек и оставшейся со вчерашнего вечера жареной рыбы, друзья вышли на свежий воздух. На голубом небе светило яркое солнце, только небольшие перистые облака изредка пролетали над их головами.

– До чего погода чудесная! – задрав к небу голову, сказал, улыбнувшись, Майкл. Затем подняв с земли скрученные лямки для воздушных перелётов, расправил их и потащил к большому валуну. Дойдя до него, позвал Зубастика. Когда тот подлетел, приземлившись прямо на камень, Майкл стал надевать на него самодельное снаряжение. Птеродактиль не сопротивлялся, вероятно, понимая, чего он него хочет человек. Словно запряжённая лошадь, он смирно стоял, только изредка крутил головой, рассматривая новый наряд.

– Ну что, дружище, полетаем? – с этими словами Майкл сел в самодельные качели и, помахав рукой, скомандовал:

– Полетели!

Мощными взмахами крыльев, Зубастик поднял столб пыли на песке, а затем сначала медленно, а потом всё быстрее и быстрее стал набирать высоту. С непривычки Майкл крепко ухватился за канатики лиан и зажмурился. Казалось, что его сердце от страха моментально упало в пятки и застучало, как у бегуна-спринтера. Дыхание участилось, а по телу побежали мурашки. Когда он немножко успокоился, решил открыть глаза.

– Ва-а-у-у! – вырвался из него радостный возглас, – Красотища, то какая!

Но это были только первые ощущения полёта. Когда Зубастик взлетел на высоту тридцатиэтажного дома и сделал круг почёта над скалистой бухтой, сразу устремился в сторону серебряной горы. От сильного встречного ветра у Майкла слезились глаза, но и того, что он увидел, было достаточно, чтобы запомнить на всю жизнь. Слегка раскачиваясь, он зачарованно любовался окружающим снизу его видом. Деревья, которые раньше казались ему вековыми исполинами, теперь напоминали бархатистые кустарники или папоротники. Изредка попадались стада бизонов и других диких животных. С высоты полёта они превращались в стада пасущихся мышей или крупных насекомых. Весь остров лежал перед ним, как на ладони.

– Почему я раньше не догадался использовать силу Зубастика для полётов? Так быстрей и интересней! – думал бывший пират, продолжая осматривать местные окрестности. Теперь он, болтая ногами, словно шагая по воздуху, как сказочный великан, отмерял не сантиметры, а десятки метров пройденного пути. Не прошло и двадцати минут, как вдали показались крыши новых домов посёлка племени МакакАдамов. Майкл, хоть и прожил большую часть времени в городах, где дома со всеми удобствами, но теперь, ни за что бы, ни променял на все эти коммунальные штучки свою уютную, согретую теплом друга, пещеру. В настоящее время самым важным для него стал Зубастик, который в любую минуту был готов придти к нему на помощь, поделиться последним куском хлеба, любил его, как не любили даже родители. Он это чувствовал каждой клеточкой своего тела. И наоборот, если бы с его другом приключилась беда, он бы не раздумывая, тоже пришёл к нему на помощь.