Отверженный. Часть 1
Шрифт:
Яна сорвалась с места на команду напарника. Она быстро и ловко расправлялась с бандитами. Когда у неё кончились патроны, то схватилась за ножи. Ничего хорошего это не сулило, особенно для подонков.
Начальник полиции увидел кровавую бойню и беспризорников, которых очень хорошо знал. Он дал приказ своим людям схватить подростков:
– Всем занять свои места! Постарайтесь застрелить девчонку! Она очень опасна!
Выполнить приказ начальника мешал Жека, который хорошо прикрывал Яну. Он целился в полицейских и не давал им подойти ближе.
– Чёрт! Её прикрывает тот псих! – кричал полицейский и прятался за машиной. –Меткий, зараза!
Жека понимал, что пора валить и как можно скорее, поэтому проорал Яне из укрытия:
– Кончай с ними и уходим! Полицию не трогай! Яна! Чёрт! Опять сорвалась. Не трогай их! – Он уже не мог контролировать дальнейшие действия Яны, потому что она озверела и набросилась на полицейских, расправлялась с ними, как с бандитами.
Начальник полиции стал защищать своих людей от психованной, но всё было тщетно, полицейские попали под горячую руку беспризорницы.
– Она дьявол! – кричал Эдуард Аверихин, начальник московской полиции. – Нет… Монстр! Отступаем! Нам не нужны потери из-за бандитских разборок!
К нему подбежал полицейский и стал отчитываться:
– Надо раненых срочно доставить в больницу! Мы теряем много людей! Кто эта девчонка?! Что она такое?!
– Без понятия! – ответил Эдуард, – Я вас прикрою!.. – и принял удобную позицию, чтобы отстреливаться от Яны. – … а вы уходите, пока этот монстр до вас не добрался!
Начальник полиции целился в озверевшую беспризорницу, но пули ничего с ней не сделали, она мчалась прямо на него, но резко остановилась в паре метров.
– Что ты такое?! – кричал Эдуард на беспризорницу и целился в неё из пистолета. – Зачем ты их убила?! Без разницы бандиты они или убийцы – это всё равно люди. Если они нарушили закон, то понесут справедливое наказание! Ты монстр!
От слова «монстр» – Яна с криком набросилась на начальника полиции, но Жека вышел из укрытия и крикнул:
– Яна, фу! Не трогай его! – Он подошёл к напарнице, взял её за галстук и оттянул как собаку на поводке от начальника полиции.
– Так вот о чём все говорят! Рыжий Чёрт и его верная собака! Ты используешь девчонку, чтобы с её помощью решать свои бандитские разборки! Что ты с ней сделал, негодяй?! Не может столько хрупкое создание обладать нечеловеческой силой! Говори, подонок!
Жека спокойно слушал как орёт на него начальник полиции, ему было всё равно на слова и угрозы. В руках рыжего парня было самое настоящее оружие, надёжное как швейцарские часы. Жека повернулся к Эдуарду Аверихину и грозно сказал:
– В следующий раз, я её не остановлю и отдам вас на растерзание, начальник. Этот зверь подчиняется только мне. Это наши разборки и полиции здесь не рады.
Малолетние преступники ушли, а Эдуард стоял на фоне полицейских машин, которые подоспели на подмогу.
– С вами всё в порядке, начальник? – спросил полицейский.
– Да. Сообщите всем отделам о срочном совещании. Эти психи стали очень опасны для города. Это теперь не просто воришки и мошенники, а монстры.
– Их лица разрисованы также, как на сайте хакера по кличке Анархист. Это случайно не тот ли Рыжий Чёрт и его ручной пёс?
– Это они. И именно они освободили питерского хакера, который устроил массовые беспорядки по всему миру. Анархия набирает обороты, скоро это движение станет угрозой безопасности и порядка. Оно уже опасно! Эти психи лезут в головы наших детей и провоцируют их на беспорядки. Нужно поймать анархистов во что бы ни стало!
В этот момент у Эдуарда зазвонил телефон, пришлось ответить на звонок:
– Я слушаю? – ответ на другой стороне его шокировало. – Скончалась?! О… Боже… Как Макс на это отреагировал? Сбежал?! Найдите его! Я пока что не смогу приехать. Этот Рыжий Чёрт и его верный пёс устроили кровавую резню. Здесь очень много работы… Хорошо, я приеду, но только утром.
Короткий телефонный разговор прекратился, но для Эдуарда это время показалось вечностью. От услышанного он присел, закрыл лицо руками и заорал. Этот день был самый тяжёлый в его жизни.
– Что случилось, начальник? – спросил полицеский.
Эдуард встал и повернулся к нему со стеклянными глазами. Он был очень взволнован, но собран и чётко отдавал приказы:
– Ты и ты, пойдёте искать моего сына. Проверьте все клубы и притоны Москвы. Но сначала нагряньте к его друзьям, их адреса я вам сейчас дам.
– Макс не отвечает? – спросил полицейский и особо не горел желанием бегать по всему городу в поисках непутёвого сына начальника. – Вы пытались до него дозвониться?
– Он никому не отвечает, – заорал на полицейского Эдуард, – только матери, которая скончалась полчаса назад! Найдите его! Пока он с собой ничего не сделал на эмоциях!
– Понял. Пошли, Пашка. Будем сегодня сыночка начальника искать. Это лучше, чем трупы воротить.
Двое полицейских ушли с места кровавой бойни, один из них недовольно закурил и обратился к напарнику:
– Заебался я этого пиздюка искать! Вечно сбегает!
– Хотя, – сказал полицейский, – пацана можно понять…, – и сел в машину с кислой рожей. – Нахер было начальнику трахать секретаршу, ещё при живой жене.
Напарник решил узнать о беременности секретарши, которая залетела от начальника полиции. Многие знали, что она затащила Эдуарда в постель, когда тот напился до беспамятства от горя, что скоро потеряет единственную и горячо любимую жену.
– Людка на каком сейчас месяце?
– На днях родить должна. Вроде, девчонка должна родиться. Конечно, как мужика могу понять Аверихина, – говорил полицейский и встал на светофоре, – но грешок он заработал, карму подпортил, так сказать. У тебя жена умирает, а ты секретарш трахаешь и пытаешься ловить психов.
– И сына поломал. Макс же отличником был, а потом скатился. Говорят, слишком начальник был строг к сыну…
В этот момент напарник заметил кого-то на дороге и крикнул:
– Э-э! Это не он ли бежит?
Полицейские увидели парня, который бежал через дорогу на красный. На нём была футболка с какой-то панк-группой, красные в клетку штаны и кеды. В темноте волосы цвета льна так и колыхались на ветру.
– Лёгок на помине! Это он! Пошли ловить его. Этот хер быстрый.
Полицейские убежали за парнем в клетчатых штанах. Через некоторое время они тащили его в наручниках и особо не церемонились с ним.
– Отпустите меня, ублюдки! – орал на всю улицу блондин, а его голубые глаза горели злобой, скорбью и ненавистью. – Не хочу видеть его! Так и скажите! Я ненавижу его!