Чтение онлайн

– С этим ясно, – перебил Исаак. – Мы захватили машину и приехали в порт.

– Ну да. Сам же говорил, что у вас там корабль. Днём нельзя появляться в городе или в порту. Вас задержит первый же полицейский, а если нашумите, тоне дадут уплыть.

– На корабле может не быть команды... – задумался он.

– А вы без рук? – рассердилась Арлет. – Сможете запустить двигатель и рулить, а с картой и компасом даже я доведу вас до канала. Были там военные корабли?

– Я не видел ничего военного, – ответил Исаак, – но мы плыли вдоль египетского берега.

– Так и сейчас нужно плыть, – посоветовала она. – Если обнаружат побег, можно бросить корабль. Из Египта как-нибудь выберемся. Это лучше, чем кормить рыб.

«Завтра утром поговорю с Жилем, а он пусть говорит с парнями, – подумал Липман. – Лучше вернуться в пострадавшую от войны Европу, чем жить здесь из милости, ожидая, что в любой момент могут перерезать шею! Не будем никого убивать, поэтому и отец не должен пострадать. Наверное, он действительно выжил из ума, а я этого ума до сих пор не нажил, потому что слепо выполнял его приказы».

Глава 7

– В пожарах есть что-то завораживающее, – сказала Зоя, не отрывая глаз от охваченного огнём города. – Страшно и в то же время...

– Меня в них ничего не завораживает, – перебила Вера. – Страшно и не хочется смотреть! И воняет даже отсюда, хотя мы далеко и закрыты окна.

– Воздух засасывается через фильтры, – не оборачиваясь сказал Сергей, – но они не дают полной очистки.

Раздался треск, и машину сильно тряхнуло.

– Твою мать! – выругался он и добавил: – Нас обстреляли! Быстро пристегнитесь!

Гул турбин стал тише, и к нему добавились визг и глухие удары в днище машины. Её опять сильно тряхнуло, после чего исчезли посторонние звуки, но и турбины гудели теперь совсем слабо. Машина непривычно быстро снижалась, почти падала.

– Накрылись три турбины! – крикнул Сергей. – Садимся на одной, так что посадка будет жёсткой!

Тряхнуло так, что ремни больно врезались в тело, а в глазах потемнело. От удара вывалилось одно из боковых стёкол и в нос ударил сильный запах гари.

– Все живы? – спросил Сергей. – Быстро расстёгивайте ремни, берите сумки и выбирайтесь из машины! Олег, помоги Акселю.

Он распахнул свою дверцу и бросился освобождать багажник. Рядом приземлилась вторая машина, из которой к ним на помощь поспешили Николай с Павлом.

– Я справлюсь сам! – крикнул им Сергей. – Помогите ребятам, а то они долго возятся. Здесь в любую минуту могут появиться те, кто нас обстрелял!

– Ах ты, падла! – обернувшись, закричал Меньшов, глядя вслед взлетевшей машине. – Стой! Из-под земли достану!

– А я ещё удивлялся тому, что у нас всё идёт так гладко, – сквозь зубы сказал Николай. – Дурак, но шустрый! Ладно, что уж теперь. Нагружаемся сумками и делаем ноги, пока не принесло поляков.

Они разобрали содержимое багажника и вместе с детьми побежали к видневшейся неподалёку роще.

– Как он мог улететь без кода? – на бегу спросил Олег о Никитине.

– Я не заблокировал управление, – объяснил Николай. – Спешил вам помочь и не думал, что он может решиться на такую глупость. Видимо, побоялся, что его бросят.

– Почему глупость? – задыхаясь от бега, спросила Вера. – Он ведь спасётся.

– Потому что белорусы проверят машину, – ответил за Николая Сергей. – Чужой код – это основание для разбирательства, поэтому его допросят с контролем. Самое малое, что Виктор получит за свой поступок, – это десять лет колонии строгого режима. А теперь перестаньте болтать и берегите дыхание! Старайтесь не дышать ртом – меньше нахватаетесь пыли. Радиация не очень большая, но и она не прибавит здоровья.

Роща оказалась чахлая, но поблизости это было единственное укрытие. Спрятались на самом краю за росшими там кустами.

– Лежим тихо! – приказал Сергей. – Нужно выждать, пока не уберутся стрелявшие. Они должны быть где-то поблизости.

– А кто мог стрелять? – спросил Аксель. – Зачем это полякам?

– В вас стреляли из пулемёта, – ответил Николай. – Я не успел заметить стрелявших, но думаю, что это армия. И вряд ли поляки бегают здесь с пулемётами, так что должна быть броня, которой наши пистолеты до одного места.

– Я тоже не поняла, почему нас обстреляли, – сказала Вера. – Это не из-за сумок?

– Потому что психи, – буркнул Олег. – Увидели, что машины летят не на запад, а на восток, и пальнули, чтобы никто не спасался у русских.

Пролежали с полчаса, но так никого и не увидели и даже не слышали шума двигателей.

– Что приуныли, орлы? – насмешливо спросил Сергей нахохлившихся детей. – Вам уже надоело лететь, вот поляки и удружили, чтобы вы размяли ноги. До Бреста немногим больше ста километров и шагать будем не по лесам и буеракам, а по шоссе. За три дня дойдём. Сейчас посмотрим, что у нас на карте. Так, первым будет Минск, только не белорусский, а польский. Городок на полсотни тысяч жителей, я через него проезжал. Если польские вояки не ушли от столицы, они могли сделать его своей базой, поэтому обойдём. Следующим будет Калушин, который пройдём парадным шагом. Маленький городок, в котором наверняка не осталось жителей. Дальше два таких же городка, а вот за ними Седльце. Это уже город побольше Минска-Мазоветски. Слишком долго обходить, и я не думаю, что кто-нибудь из поляков остался в такой близости от границы, поэтому пойдём через него. Потом будут ещё пять городков и последний город Бяла-Подляска. В них точно никого нет, но будем идти с соблюдением всех мер предосторожности. Американских баз здесь не было, поэтому не должно быть сильной радиации, а воды и продуктов хватит на неделю.

– И где это шоссе? – спросил Олег. – Ясно же, что уже никто не приедет.

– Там, – показал направление Сергей. – Давайте повесим ваши сумки на манер рюкзаков, а то скоро отвалятся руки.

Он помог детям переложить груз и сделал то же самое со своими сумками. После этого занялись матерчатыми повязками на лица, которые смочили водой. Когда закончили приготовления, выступили в поход. Первым двигался Николай, а Сергей замыкал движение. Павел вызвался проводить разведку и ушёл на десять минут раньше остальных.

«Вот сволочь! – думал о Никитине шедший следом за Николаем Олег. – Увёл машину, а нам теперь три дня глотать радиоактивную пыль и сбивать ноги с риском нарваться на поляков! Интересно, кого оставили бы, если бы он этого не сделал? Все не влезли бы в одну машину, хотя можно было перевозить в два приёма: сначала одну группу, а потом возвращаться за другой. Плохо, что такое открытое место, что негде прятаться. Если столкнёмся с военными, это будет конец».

«Не дай бог, что-нибудь случится с Олегом, – думала Зоя. – Я не смогу второй раз пережить его смерть! Кто угодно, только не он! Зачем тогда жить? В одну машину не влезли бы, и что тогда? Наверное, оставили бы кого-нибудь из взрослых. Этого Никитина и надо было оставить! Интересно, как на угон машины отреагировала его дочь?»