Чтение онлайн

Проведенный анализ научных исследований и материалов уголовных дел по ст. 272 УК РФ позволяет нам сделать вывод, что неоднозначность толкования используемых в тексте закона терминов приводит к ошибкам, допускаемым правоприменителями в процессе квалификации деяний по ст. 272 УК РФ. Во избежание проблем с толкованием К.Н. Евдокимов считает необходимым в примечании к ст. 272 УК РФ раскрыть содержание понятия «неправомерный доступ к компьютерной информации» 105 . Такая позиция является верной, однако в целях предотвращения загруженности ст. 272 УК РФ теоретическими определениями предлагаем раскрыть содержание анализируемого понятия в отдельном постановлении Пленума Верховного Суда РФ (проект постановления прилагается).

Остановимся на вопросе о том, является ли понятие «несанкционированный доступ» тождественным понятию «неправомерный доступ» и какое из них корректнее использовать в названии статьи, устанавливающей ответственность за совершение преступления, предусмотренного ст. 272 УК РФ. Понятие «неправомерный доступ» является юридическим эквивалентом технического понятия «несанкционированный доступ», которое определяется как доступ к информации, нарушающий правила разграничения доступа с использованием штатных средств, предоставляемых средствами вычислительной техники или автоматизированной системы 106 .

В свою очередь У.В. Зинина полагает, что термин «несанкционированный» является более точным, так как правомерность доступа к информации фактически означает его санкционированность (разрешенность) обладателем информации 107 . По мнению Т.Л. Тропиной, «буквальное толкование статьи должно подразумевать, что доступ осуществляется с нарушением норм права» 108 . Напомним, что в уголовно-правовой науке понятие «неправомерность доступа к информации» может свидетельствовать как о совершении действий с нарушением порядка их выполнения, так и о завладении информацией помимо воли обладателя, т.е. самовольно. Т.Л. Тропина предлагает решить существующую проблему толкования рассматриваемого понятия путем замены понятия «неправомерный доступ» понятием «несанкционированный доступ» 109 .

Автор исходит из того, что ответственность за совершение преступления, предусмотренного ст. 272 УК РФ, наступает в случае, если лицо не имеет права на доступ к данной компьютерной информации либо имеет право на доступ, но осуществляет его с нарушениями установленного порядка и правил, поэтому целесообразнее и юридически грамотнее использовать понятие «неправомерный доступ». Кроме того, считаем, что ст. 272 УК РФ и без этого перегружена техническими терминами, а добавление еще одного не будет способствовать правильному толкованию и применению норм, устанавливающих ответственность за неправомерный доступ к компьютерной информации.

Перейдем к анализу вопроса последствий неправомерного доступа к охраняемой законом компьютерной информации. В соответствии с ч. 1 ст. 272 УК РФ ответственность за неправомерный доступ к охраняемой законом компьютерной информации наступает, если это деяние повлекло одно или несколько общественно опасных последствий, таких как уничтожение, блокирование, модификация либо копирование компьютерной информации. Отечественный законодатель в тексте ст. 272 УК РФ не раскрывает содержания данных видов общественно опасных последствий, что, естественно, затрудняет на практике квалификацию деяний.

В науке существует мнение, что материальный состав неправомерного доступа – это упущение и недоработка законодателя 110 . Прежде чем оценивать данную точку зрения, считаем необходимым провести детальный юридический анализ каждого последствия, обозначенного в ст. 272 УК РФ:

1. Уничтожение компьютерной информации. На наш взгляд, именно уничтожение является особенно опасным последствием неправомерного доступа к компьютерной информации, так как наносит наиболее существенный, а зачастую и невосполнимый вред компьютерной информации.

К настоящему времени сложилось несколько теоретических подходов к определению понятия «уничтожение»:

а) удаление информации при невозможности восстановления 111 ;

б) удаление информации вне зависимости от возможности восстановления 112 ;

в) уничтожение – это такой вид «воздействия на компьютерную информацию, при котором навсегда теряется возможность ее дальнейшего использования кем бы то ни было» 113 ;

г) потеря информации вообще, ее утрата при невозможности восстановления в первоначальном виде в конкретной информационной системе 114 ;

д) приведение информации или ее части в непригодное для использования состояние 115 .

Автор разделяет мнение юристов, считающих, что для признания неправомерного доступа к компьютерной информации оконченным достаточно выполнить специально предназначенные для удаления команды, например «делит» (delete) или «формат» (format), независимо от возможности восстановления данных.

«Наступление преступных последствий будет налицо с того момента, когда файл или его часть станут «невидимыми» для средств программного обеспечения, используемого законным пользователем, и недоступными для их стандартных команд» 116 . Аналогичной точки зрения придерживаются: В.А. Мазуров, считающий, что если у пользователя есть возможность восстановить уничтоженную программу или получить ее у другого пользователя, виновного такая возможность не освобождает от ответственности по ст. 272 УК РФ 117 ; М.А. Ефремова, по мнению которой для признания воздействия на компьютерную информацию «уничтожением» «не имеет значения, возможно ли восстановить уничтоженную информацию или нет» 118 ; А.Ж. Кабанова, утверждающая, что «имеющаяся у пользователя возможность восстановить уничтоженную информацию с помощью аппаратно-программных средств или получить данную информацию от другого пользователя не должна способствовать уходу виновного от ответственности» 119 . А.Н. Ягудин считает, «что не стоит вкладывать в понятие “уничтожение” зависимость от возможности восстановления» 120 .

А.П. Кузнецов справедливо исходит из того, что «для квалификации преступления по ч. 1 ст. 272 УК РФ не имеет значения, остались ли у собственника, владельца, пользователя второй образец или копия уничтоженной информации или нет» 121 .

В науке существует также противоположная точка зрения, в соответствии с которой «умышленное удаление информации виновным, которая впоследствии была восстановлена, следует рассматривать как покушение на уничтожение» 122 . Тождественной точки зрения придерживаются В.М. Быков и В.Н. Черкасов. Ученые считают, что наличие технической возможности восстановления утраченной информации полностью или в части «не освобождает лицо, совершившее неправомерный доступ к информации и затем пытавшееся ее уничтожить, от уголовной ответственности по ч. 1 ст. 272 УК РФ» 123 . Поскольку преступные цели этого лица оказались недостигнутыми по не зависящим от него обстоятельствам, то его действия следует рассматривать как покушение на уничтожение информации, что должно влечь за собой уголовную ответственность в соответствии с ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 272 УК РФ как за покушение на уничтожение компьютерной информации 124 .

С.Д. Бражник рассматривает уничтожение компьютерной информации, при котором не утрачивается возможность ее восстановления, «как ее повреждение и в данном случае состав преступления отсутствует» 125 . Ученый считает, что при таких обстоятельствах отсутствует «степень общественной опасности, присущей для преступления» 126 и встает вопрос «о справедливости уголовного наказания за действия, фактически не причинившие существенного вреда владельцу или иному законному пользователю» 127 .