Овца альвийской породы
Шрифт:
В доме постепенно всё затихло, коты больше не бегали, люди не разговаривали. Снаружи тоже всё затихло, собак не слышно, даже постоянно дующий ветер унялся.
Оконное стекло слабо озарилось странными фиолетовыми отблесками. Иса поднялась с кровати, подошла посмотреть. Вряд ли это лунный свет, у него другой оттенок. Тогда что это?
В коридоре зазвучали размеренные шаги.
Иса развернулась от окна всем телом. И застыла.
Дверь резко распахнулась, в комнату без стука вошёл мужчина — массивная широкоплечая тень, только глаза во мраке мерцают такими же фиолетовыми отблесками.
Мужчина заговорил, его низкий звучный голос заполнил всё вокруг. Этот голос подавлял, лишал дыхания, как будто выжег весь воздух.
— Я — король альвов Кьяртан и пришёл за своим имуществом. Ты незаконно открыла запертый вход, ты явилась без приглашения, ты украла овцу.
Иса с трудом разлепила словно замёрзшие губы и задохнулась, не в силах сказать ни слова.
В коридоре раздался удар о стену. В комнату, шатаясь, ввалился Хатлур, по стеночке добрался до Исы и задвинул её себе за спину.
— Ваше величество, она не крала, она просто увела. По ту сторону камня стоит заколоченный дом, вокруг никого нет, не с кем было договориться. Овцы бродят возле хутора и объели там всю траву. Их спасать надо. А здесь надо спасать людей во всей долине. Наши овцы заболели, их полностью уничтожила санитарная служба. Виноват я, привёз девушку сюда я, она — моя гостья, поэтому я за неё и отвечаю. Чем я могу возместить потерю овцы?
На лицо короля альвов упал отблеск из окна. Кьяртан усмехнулся.
— Молодец, — сказал он Хатлуру. — Лунную песню преодолел. Все заснули, а ты нет. Говоришь, людей в долине спасать надо, у них овец не осталось? Ладно, вечером я приду сюда снова, буду говорить с вами об этом.
Кьяртан снова попытался найти взглядом девушку и не смог — Хатлур успешно прятал её у себя за спиной.
— А вы оба всё-таки заплатите мне за это. И заплатите как раз тем, о чём пока сами не знаете.
И он ушёл, просто ушёл, так тихо и незаметно, что парень с девушкой даже не поняли, куда делся король альвов.
Хатлур развернулся к Исе, погладил её по волосам трясущейся рукой, глубоко вздохнул.
Дрожащая Иса взглянула в лицо Хатлура, бледное, словно луна, если только луна бывает продолговатой. Иса взглянула и словно впервые увидела парня. Нет, не парня, а мужчину, очень молодого, но уже взрослого, состоявшегося.
О Боже, какой мужчина! Настоящий, ответственный, смелый, умный и благородный. Заслонил её собой от жуткого альва, заступился. И, несмотря ни на что, сумел отстоять. Она забыла о том, что он толстый и это не в её вкусе. Лицо-то красивое! А главное, он очень красивый сам, в сути своей.
Она обняла его за плечи. Хатлур зашипел сквозь зубы.
— Что? — испуганно вскрикнула она.
— Ударился о стену, когда сюда шёл. Ничего страшного.
Она привстала на цыпочки и поцеловала его. А он ответил.
Они крепко обнялись, можно сказать, вцепились друг в друга. И упали на постель…
А потом наступило утро.
11.
Утром Хатлур отвёз Ису в Рейкьявик. Но сперва накормил. На завтрак у Исы оказались яйца кайры. Выглядели они необычно — голубой белок и оранжевый желток. Прямо как лунные камни, только съедобные.
— Лунные камни на завтрак, лунная песня на ужин, — пробормотала Иса и торопливо взялась за вилку.
Заразилась она поэтичностью у исландцев, стихами уже разговаривает…
— Ничего этот Кьяртан тебе не сделает. Ты же сегодня улетаешь, а в России камней альвов нет. Вечером король придёт на переговоры, и я сделаю так, что эти переговоры затянутся — до тех пор, пока ты не сядешь в самолёт.
Иса кивнула. Она была точно уверена — он сделает.
Обменялись телефонами, попрощались. Точнее, прощались долго, очень долго. Стояли, рука в руке, глаза в глаза. И молчали.
В конце концов, Хатлур всё же уехал.
Вечером, когда Иса собрала вещи, оставила ключи от квартиры на тумбочке, и сотрудник университета отвёз её в аэропорт, девушка получила от Хатлура эсэмэску. Кьяртан пришёл на переговоры и согласился отдать бесхозное стадо овец людям. Взамен он получил один из автомобилей. Все претензии были исчерпаны, а овец поделили между собой жители долины…
В Москве сокурсникам Исы не терпелось послушать о её поездке, а подруги намекнули, что ей было бы неплохо отметить удачное завершение практики и проставиться хотя бы тортиком.
Иса пригласила группу исландского языка в кафе, всех восьмерых человек.
Она с удовольствием рассказывала и об учёбе, и о поездках, показывала фотографии.
Светка, та самая, что увлекается мистикой, всё время многозначительно на неё смотрела. И, наконец, не выдержала, утащила Ису от стола «попудрить носик».
— А теперь рассказывай полностью. Я же чувствую, что ты о многом умолчала.
Иса покивала.
— Разумеется, умолчала. А потому что не все поймут, слишком невероятно то, что там произошло… Но тебе-то можно рассказать, я знаю.
У Светки загорелись глаза.
— Ну, ну, давай, не тяни. Жги.
Иса рассказала о камнях альвов, потусторонних голосах и происшествии на хуторе. Умолчала лишь о том, что случилось после визита короля Кьяртана. Это только её, личное.
Когда подруги вышли из женского туалета, то увидели Тоху, подпирающего стенку.
Светка презрительно сморщила нос.
— Тебе не стыдно? Готов даже в женский унитаз залезть, лишь бы секреты подслушать?
— Вот только что ты поймёшь-то? — прибавила Иса.
— Да всё я пойму! Хатлур, Хатлур, через каждое слово — Хатлур! Так я и знал, что твоя поездка этим закончится! Сама ты… овца альвийской породы!
Он оглянулся на старосту, приостановившегося в начале коридорчика, и поспешно ушёл…
Иса получила приглашение на продолжение учёбы, уже не месячную, а постоянную, годичную практику в университете Исландии. И написала об этом эсэмэску Хатлуру. А он ответил, что очень рад и будет ждать.