Овны не терпят поражений
Шрифт:
Вы спросите, где в это время была бабушка? Она была больна туберкулезом, поэтому мы продолжительное время не поддерживали контакт с друг другом.
– Как у вас дела? – спросила я, пройдя вместе с ней на кухню, где божественно пахло её выпечкой.
– Потихонечку, помаленечку, – рассмеялась она. – Ты как? Как бабушка?
– Бабушка в порядке, привет вам передавала. А я? Не плохо, – вздохнула я.
– Что стряслось?
Анна Павловна работает у нас много лет, поэтому видит меня и папу на сквозь.
– Да, вляпалась я немножечко, – призналась я.
– Опять с полицией проблемы? – ухмыльнулась старушка, помня, что чаще всего у меня проблемы именно с ними, но не суть…
– Анна Павловна, почему сразу с полицией? – обиженно спросила я. – С парнем одним связалась…
– Божички-кошечки, он с криминалом связан? – вот любит эта женщина накручивать себя, а потом из-за этого болячки выскакивают.
– Да нет же.
И прошлось рассказать ей обо всем. И про нашу первую встречу, и про то, что папа женится, и про то, что сегодня произошло.
Только вместо осуждения на её лице была счастливая улыбка.
– Почему вы смеетесь? – не удержалась и спросила.
– Поймешь со временем, – загадочно ответила она.
Больше из неё ни слово не получилось вытащить по этой теме. А через некоторое время с работы пришел отец.
– Алексей Александрович, у меня к вам разговор, – обратилась Анна Павловна к моему родителю.
– Да, конечно, я вас слушаю.
– В общем, я увольняюсь, – ошарашила своей новостью она нас обоих.
– Что? – сказала папа.
– Как? – сказала я.
– Вас что-то не устраивает? – поняв, что что-то нечисто, спросил отец.
– Нет, что вы? Меня всё устраивает. Просто вчера приехал мой сын и узнал, что я работаю. Так вот, ему это не понравилось, мол я сам могу тебя обеспечить и работать тебе совершенно не нужно, ну и запретил, – объяснила женщина.
– Ну раз сын, тогда мы не смеем вас держать, – глубоко вздохнул папа. – Нам будет вас не хватать.
– Как так-то? – захлебываясь слезами, сказала я.
– Ой, будто бы я с вами навсегда прощаюсь, Василис, в самом то деле? – махнула рукой она и обняла меня. – Адрес и телефон вы мои знаете, так что можете связываться со мной, если нужно.
– Обязательно, – сказала я и крепко прижалась к ней.
– Василис, собирайся! Мы едем знакомится с Авророй, – сказал папа, через некоторое время, после ухода Анны Павловны.
– Как? Куда? То есть зачем? – испугавшись встречи с Яром, сказала я. Он-то при знакомстве сто процентов будет присутствовать.
– Как зачем? Должен же я вас представить друг другу.
– Может как-нибудь не надо, а?
– Василиса! – строго сказал отец, и мне без боя пришлось сдаться.
– Хорошо, – согласилась я и под нос добавила:
– Так не честно!
Спустя кое-какое время мы стояли перед дверью квартиры папиной невесты. После того, как папа нажал звонок, дверь открыл Ярослав.
– Здравствуй, Ярослав, – сказал отец.
– Здравствуйте, проходите. А мы как раз вас ждем! – сказал Каркуша, впустив нас внутрь.
Обменявшись рукопожатиями с моим отцом, он улыбнулся мне. В его улыбке была легкая ненависть, фальшивая радость и непонятный мне вкус победы. Понятно, значит что-то задумал. И задумал то, что мне вряд ли понравится.
Ужин проходил в спокойной обстановке. Аврора оказалась приятной женщиной, теперь я не переживаю за отца и могу спокойно «передать его из рук в руки».
Правда до конца обстановка спокойной не была. Меня накрыл страх и возмущение, когда папа сказал:
– Дочь, мы с Авророй собираемся поехать к бабушке на долгое время, поэтому ты некоторое время поживешь с Ярославом, чтобы мне было спокойнее.
– ЧТО?! Но зачем? Я могу тихо, мирно, без приключений пожить одна у себя дома!
– Нет, Василиса, я уже все решил, – сурово сказал отец. – Если я снова оставлю тебя одну дома, то вы с Ксюшей опять устроите пожар у тебя в комнате.
– Это было четыре года тому назад!
– И что? Будто бы что-то изменилось с того времени. Всё! Завтра перевезем твои вещи.
Я взглянула на Ярослава. На его лице была насмешливая улыбка, которая говорила:
– Добро пожаловать в ад!
Глава 3
Василиса
– Пап, а пораньше нельзя было? – саркастично спросила я, когда сидела на скамейке около дома двух ненормальных людей.
Ну, это я Ксюху и Каркушу имею в виду.
– Дочь, я вообще мог тебя тем же вечером сюда отправить… – также ответил папа.
– Ладно-ладно, поняла, – перебила я его, подняв руки в примирительном жесте.
«Ну что, Каркуша?! Жди меня. Я уже совсем близко», – злорадно про себя подумала я. – «М-м-м, я еще не выспалась, поэтому ты получишь по самые не балуй!»
Я была бы не я, если бы не сказала папе, что Ксюша будет жить по соседству. Правда, это ничего не изменило, но попытаться всё же стоило.
– Пап, ну какая тогда разница, где я буду, если мы с Ксюшей будем практически под боком друг у друга? – возмущенно поинтересовалась я. – Наоборот, бедного Ярика до белочки доведем и всё…пиши пропало.
– Василиса! – шикнул он.
– Что, Василиса? Если уж на, то пошло, то мы с Донцовой специально доведем его! Посмотрим, как вам с Авророй спокойно будет!
– Ой, дочь, хватит бухтеть, – закатил папа глаза. – Подумаешь, недельку другую поживете вместе. Ничего такого же не будет…
– Тебе может быть и ничего, а мне жить нормально не дадут.
– В смысле?
– Да так, забей.
Надо будет сказать Ксюше, что если я не выживу после недельного проживания с Каркушей под одной крышей, то я завещаю ей все мои шмотки и косметос.
Ярослав открыл дверь сразу же после первого звонка. Видимо, сидел, ждал под дверью, переживал, думал, что я не приду… А у меня то выбора в принципе нет.