Чтение онлайн

– …

– Я тебя очень прошу. Обещаю, после этого, если ты не захочешь, мы с тобой не будем видеться.

– Адрес и время.

– Столица деревень, в 19:00.

Услышав это, я наконец-таки завершил вызов.

Василиса

– Ладно! Ты меня уговорила! – рявкнула Ксюша, заставляя меня прекратить говорить аргументы, почему она должна пойти на ужин с родителями её Антона. Потыкав пару раз по телефону, она преподнесла его к уху. Наверно, ему и звонила. – Алло, Антон? Во сколько ужин? Да, я решилась. В семь ты за мной заедешь. Хорошо. Договорились.

До вечера мы, но если быть точнее, я собирала Донцову в ресторан так, чтобы Антон был от неё без ума и, чтобы его родители одобрили и не приняли её за «девочку легкого поведения». Это время пролетело быстро, что я даже не заметила и не помню, как наступил вечер. Из-за Ксюхи, которая только и делала, что суетилась и время от времени срывалась на меня, я помню лишь небольшие отрывки от этого.

Первое. Начало. Это тогда, когда я успокаивала её и не давала ей нервничать.

Второе. Я отправила почти ненервного человека в душ, где она случайно стукнулась лбом о полку, из-за чего через некоторое время там появился шишак, который мы около часа пытались замаскировать. Получилось правда не очень, но надеюсь, ни Антон, ни его родители этого не заметят.

Третье. Ксюша вся в слезах выбирает себе платье. Тут я комментировать не буду, потому что это был полный треш.

Четвертое. Про макияж я лучше тоже промолчу.

Пятое. Ксюша наконец взяла себя в руки. Удивительно, что за это время, которое она пытается это сделать, я не повесилась. Хотя было такое желание…

Шестое. Донцова одевается, вместе с этим разбавляет тишину своей нецензурной лексикой, от которой даже я бываю иногда в шоке. Сапожник третьего разряда, если такой, конечно, есть.

Седьмое. Ксюша стоит возле зеркала и убирает со своего платья невидимую пыль.

– Сколько время? – уточнила она.

– 18:40, – с опаской сказала я, чтобы не дай Бог, не разрушить её идиллию.

– Так, всё! Иди от сюда. Скоро Антон придет, – выдала подруга.

– И это вместо спасибо?!!! – удивленно сказала я.

– Спасибо тебе, моя замечательная подруга! – говорила она, потихоньку ведя меня к выходу. – С меня обязательно твоё любимое мороженое. Два.

И выставила меня за дверь. Вот это наглость! За шесть лет нашей дружбы, бывало, похожее, но это уже слишком. Дура.

Как оказалось, Ксюха это не единственный обнаглевший человек.

– Смотри куда прешь, индивидуум! – сказала я, когда Каркуша чуть не вышиб меня входной дверью моей временной квартиры.

– Сорян, – буркнул он, после чего незамедлительно зашел в лифт.

«Чтоб ты там застрял!», – пронеслось в моей голове.

Ярослав

– А, этот что здесь делает? – сказал я, имея в виду Макса, проигнорировав жест рукопожатия с моим как-бы отцом.

– Я вообще-то тоже его сын, – криво ухмыльнулся Вагин.

М-да, не завидую его будущей жене.

– Придурок, и ты этим гордишься? – скептически посмотрел я на него.

С самого раннего детства так получилось, что мы невзлюбили друг друга с нашей первой встречи, которая случилась тогда, когда нам было по восемь лет. На удивление наши мамы были и до сих пор являются «лучшими подругами», – учитывая то, как с ними обеими поступил наш недо-отец, – хотя я не понимаю мамино мышление.

Тётя Света увела у мамы мужа, тем самым лишила меня отца, но вопреки всемирной логике, мама всё же простила её после того, как он ушел к более молодой женщине. К слову, на Макса он тоже тогда забил.

– Перестаньте! – гаркнул Леонид Владимирович. – Мы здесь собрались для того, чтобы серьёзно поговорить.

На мне тут же появилась маска безразличия, после чего я занял место подальше от одного и другого.

– В общем, нужно решить кому из вас достанется большая часть моего состояния, когда я уйду на тот свет, – более чем серьезно проговорил он.

– А, ты что уже собираешься?

Боже, когда уже этого недоумка-Макса мозги появятся, чтобы он не задавал таких тупых вопросов?!

– Лично мне от тебя ничего не нужно, – встал я из-за стола. – Я пошел.

– Сядь! – рявкнул он. – Да, я понимаю. У тебя есть полное право меня ненавидеть, но ты не видишь, что я хочу исправиться? Извиниться за те неудобства, которые вам пришлось пережить из-за меня…

– Это ты называешь неудобством?! – чуть ли не на весь ресторан заорал я. – Да, я в десять лет ходил по улицам, мыл машины прохожих, едва не попрошайничал, чтобы хоть как-то заработать деньги и облегчить жизнь матери, которая горбатилась на нескольких работах, чтобы мы с голоду не сдохли, а для тебя это всего лишь неудобства?!

– Ярослав, я всё понимаю, но я же каюсь.

– Да, пошел ты знаешь куда со своим раскаяньем! – рыкнул я, двинувшись прочь от них.

– Ответ я буду ждать на протяжении трех дней, – услышал, прежде чем вышел на улицу.

Запланированная вечеринка всё же состоялась у Данила в его двухэтажном особняке, в котором он живет вместе со своей сестрой – Анфисой.

– Колян, ты чё такой кислый? – сказал Тим, заметив, что друг сегодня какой-то не такой.

Обычно его состояние на каждых тусовках называется «бухой в дым», но сейчас он даже пальцем не прикоснулся к стакану его уже излюбленного вискаря.

– В общем, парни, мне нужна ваша помощь, – после нескольких минут молчания сказал Колян. – Вы знаете, что если это было бы не серьезно, то я с этой просьбой к вам просто так не обратился, но…

– Что, но?

– Короче, мне нужны бабки. Много.

– Зачем? Что-то случилось? – охренев, спросил я.

Действительно, Романов никогда не просит у нас помощи, если эти проблемы он не может решить сам. Видите ли, он так воспитан.

– Малому срочно нужна операция на пересадку сердца, а она знаете ли, не дешевая. Короче говоря, четвертую часть суммы собрали, а остальное мы с родителями не представляем откуда найти.

Ярослав

Проснувшись трезвым к 12-ти часам, я сразу, лежа в кровати, начал думать, как помочь другу.

У малого Коли, – Артёма, – в 13 лет обнаружили болезнь – кардиомиопатию, – сейчас ему 17. Как именно проходила его болезнь никто из пацанов не знает, потому что Колян не хотел говорить об этом и на вопросы по этой теме отвечал односложно. Но было известно, что признаков об ухудшении нет, поэтому Тёмыч ходил в школу, общался со сверстниками и по минимуму занимался спортом. Видимо, последним заниматься не стоило. Возможно, из-за этого стало хуже, что теперь он так срочно нуждается в дорогостоящей операции.