Чтение онлайн

– Я вижу, так держать. Но отдых и эмоциональная разгрузка в кругу людей тоже необходимы, как и, конечно же, еда. Сейчас мы собираемся ужинать, присоединяйся, а то совсем оголодал, там моя любовь такую вкуснятину приготовил, обалдеть можно.

Каткема прошел за всеми и очутился в небольшой деревянной комнатке без окон. В ней стояла огромная печь, выложенная из красного кирпича, который стал темным на перекрытии из-за копоти. Нуриман жарил на тлеющих углях баранью ногу, постоянно прокручивая на вертеле и давая мясу обволакиваться в собственном соку. Вокруг печи полукругом были разложены коврики и большие подушки, на которых расселись Джет и Юри. В углу комнаты Виктория принялась из котелка раскладывать по тарелкам гороховую похлебку вперемешку с тушеными овощами. Ароматный пар, столпами вздымающийся вверх, быстро распространился по комнате. Перед ним Като точно никак не мог устоять. Джет радостно встретил новоприбывшего, а Юри отвернулась. Она все сжимала в руках маленький вязаный мешочек-антистресс.

– Как я понимаю, ручьев и близко не ощутил? – Заботливо спросил Джет.

– Да, безрезультатно, так и не удалось соединить ниточками ментальное и материальное. Мне всегда говорили, что учусь я медленно. – Чешуа неосознанно тянулся к Виктории, которая начала разливать похлебку в его тарелку.

Нуриман же не смог торжественно встретить Каткему, так как был очень увлечен процессом и заворожен ярким, гипнотизирующим тлением белых угольков

– Сколько же рамок ты сам себе наставил… они определенно мешают тебе двигаться вперед.

– Ну, так это правда, по опыту знаю, – оправдывался курсант, хватаясь за живот.

– Все потому, что тебе давно вбили в голову, что ты трудно обучаемый… Като, ты просто не заметил, как начал жить деструктивными, навязанными парадигмами. Потребуется время, чтобы от них избавиться.

– Да всё нормально, зато я всегда выделялся настойчивостью и упорством, даже с этими двумя особенностями можно далеко уйти. – Решил не падать духом Каткема, натянув улыбку от уха до уха.

– Правильно говоришь, молодчина!

Джет заметил, что медитация благотворно повлияла на курсанта, может даже спасла его психическое здоровье.

– Какое же наслаждение я получил от спокойствия, даже сейчас под эффектом, – спокойно ответил Каткема.

– Я рад, чрезвычайно рад, что ты не унываешь.

Они хлопнулись ладошками и пожали руки. Виктория, попробовав с ложечки блюдо на вкус, начала раздавать порции, предупреждая, что они были очень горячими. Каткема жадно схватил свою порцию, крикнул и скорее поставил ее на стол, чуть не ошпарив руки.

– Я же предупредила, горячо! – Заявила Вик, без остановки помешивая котелок и добавляя соль.

– Так ребята же руками взяли спокойно, вот и я решился.

– Черт забылась совсем, мы используем силу потоков, чтобы не обжечься. Вот, держи полотенце.

Ребята расселись и начали хлюпать с ложечек. Нуриман подозвал к себе Юри, чтобы она помогла ему нарезать мясо, которое пора было нарезать и подать к столу, точнее к ковру. Восточница нехотя встала, хотя не подала вида недовольства. Она не любила заниматься бытовыми делами, считала это унизительным для истинного воина.

– Специально для тебя, Каткема, так сказать, чтобы отметить первый трудовой день. Вот решил такой деликатесик пожарить, объедение получилось, слов нет. Налетайте, – договорил Нуриман, отрезая последний солидный кусок мяса с тонкой прослойкой сочного сала.

Они раздали каждому по тарелке, и когда подошла очередь Чешуа, Нур резко закричал: “Ааа, горячо”. Уже через секунду кусок баранины летел прямо в лицо Като. Курсант словно в замедленной съемке видел, как весь обзор закрывался увеличивающимся шматком мяса. Но вдруг он остановился, буквально не долетев до лица Чешуа нескольких сантиметров, прямо перед носом Нуриман успел зацепить “снаряд” своей вилкой. Получилось очень, как и ожидал южанин, эффектно. Но он забыл учесть тот факт, что все соки от мяса вылетели наружу. Все вокруг остолбенели от неожиданных трюков южанина.

– Ха! Будешь больше медитировать и не таким фишкам научишься! – Бодро заявил Нуриман и положил баранину обратно в тарелку Каткемы.

– Фишкам, вроде капель жира на глазах? – Поправил гиганта Чешуа, яростно вытирая лицо.

– Нур, твою мать, сколько раз говорила, не шути с едой! – Повысила голос в непривычной для себя манере Виктория.

– Извиняюсь, тысячекратно извиняюсь.

Началась маленькая словесная перепалка между Нуриманом, его женой и Джетом, но в довольно вежливой и легкой форме. Одна лишь Юри, замкнувшись в себе, молча сидела и, не торопясь, пережевывала мясо. Чешуа знал, что она не могла раскрепоститься, так как не желала принимать чужака. Однако после медитации Като не давал плодиться новым негативным мыслям, поэтому он просто принялся поглощать долгожданную вкуснейшую пищу.

Вскоре все угомонились, вдоволь наговорились и дружно заработали челюстями в процессе жевания. В этой комнатке для отдыха не были ни одной лампы, горела только печка. Непрекращающийся гул с улицы перебивал жевания и чавканье в тишине. Порой дождь усиливался так, что слышались дребезжания о крышу, но затем слегка затихал и приносил спокойствие. Ребята подняли головы наверх и начали воистину наслаждаться прекрасной картиной. Нескончаемый поток капель будто исчезал прямо перед глазами, на самом деле разбиваясь об черепицу снаружи. Для Като это было действительно завораживающе, он чувствовал всю истинную красоту природы более чутко и обостренно.

– Я никогда не был ценителем подобных красот, но это… это прекрасно, –восторженно сказал Като с блестящими пятнами на одежде и лице.

– Да, каждый раз – это незабываемое ощущение, – подмигнул Джет остальным.

– А почему ещё два члена вашей “организации” не трапезничают вместе с нами?

– Мастер Цейлань вообще не проводит с нами таких дружеских посиделок. Он, наверное, в силу возраста сейчас предпочитает проводить время наедине с самим собой. Слишком уж задумчивым стал наш старик, – рассказала Виктория, ударяя ложкой об дно тарелки.

– Да, я наблюдал схожее поведение у пожилых, а вашему-то уже сейчас за двести лет. Наверное, в таком возрасте, человек, словно мышка. Не слышно, не видно, – предположил Каткема, быстро доев свои две порции и стесняясь попросить добавки.

– Сколько я себя помню, он всегда таким был. Я пытался много раз его пригласить в игры настольные поиграть, но он ни в какую. Но теперь-то я знаю, с кем можно будет партийку, вторую сколотить, – усмехнулся Нуриман и мягко ударил плечом рядом сидящего Като. – В шахматы умеешь играть?

– Как сказать, знаю, как ходят фигуры, но стратегических навыков у меня нет. Отец меня научил, но играли мы немного.

– Ничего страшного, хотя бы так.

– Принеси лучше еще мяса Каткеме. По глазам же видно, что он еще голодный как волк, – снова предугадала желание курсанта мудрая южанка, и Нур сию же секунду повиновался.

– А Кай где сейчас?

– Ну, он тоже, по традиции, с нами досуг не проводит, всегда рядом с мастером трется, как личный охранник. Кай является его правой рукой, всегда безоговорочно исполняет приказы и прислуживает, – совсем развязно заявил Нуриман, в перерывах между своими речами вылизывая тарелку.