Чтение онлайн

Отпустил, скорее отбросил даже и нарочито медленно отряхнул руки.

– Если ты, крыса, что-то там нарыл…, - почти заверещал Коля, смешно держась на расстоянии.

– Я нарыл столько, что если б не все это посадил бы вас обоих, - ровным тоном перебил Макс, гневно сверкая глазами - Пошел вон!

Макса я видела таким впервые. Интересно, о чем это он. Уж точно не только о Карине. Бизнес? Хотя, какая уж теперь разница.

И Коля чуть ли не побежал от него, как побитая собака.

Он не спросил о Снежане, тупо билось в мозгу. Не спросил, что случилось с ней, его маленькой крестницей.

Макс принялся теребить волосы. Светло-русые в модном беспорядке – видно, что давно не стригся, но его прическе это будто только на пользу.

– Все нормально? – я пожала плечами в ответ, - Если не прислушается ко мне, выгоню. Инна пусть остается.

– Ну что ты. Он брата потерял, последнего родного человека, и просто нужно хоть кого-то обвинить, злость сорвать.

Отец братьев скончался от сердечного приступа несколько лет назад, а мама умерла рожая Колю. Второй раз тот вроде бы женился, но там что-то сильно не сложилось. Подробностей я не знала, Антон не любил об этом говорить.

– Не убивать же его за это.

А выгнать, означает убить. Он придурок, как ни крути, но смерти не заслуживает.

– Он прекрасно знал, что произошло в особняке, - мужчина положил руки на узкие бедра, - Ваша домработница все видела и все рассказала, когда они приехали.

Олеся Евгеньевна! Впопыхах я ж совсем тогда о ней забыла.

– Бабуська упрямая. Все к дочери хотела добраться.

– Спасибо…

– Прекрати, Наташ, - отмахнулся он, - Я этому чуть шею не свернул, когда узнал, что они просто уехали прихватив оружие, которое привез Антон, не думая хотя бы попытаться тебя найти.

Вот, что это была за встреча.

– Повезло, что им было что забирать. После того, как Антона убили, охранники выносили что успевали, - усмехнулась я, - Наверно уж слишком обрадовались деньгам и золотым побрякушкам, да свалить спешили.

Я вспомнила впервые приставленный к моему лицу пистолет. Боль в шее, страх, свою полнейшую беспомощность. Это вообще, я была там?

– Я должен был попытаться успеть забрать отца. Мама…не хотела уезжать из Чикаго, и… - он запнулся.

– Мне очень жаль, Макс! – прошептала я.

– Мне нужно было собирать остальных, понимаешь? Да и время было уже упущено.

– Макс, ты бы меня не нашел, уверяю.

– Если бы я там был, то нашел бы. Тебя и…

Если бы… Еще одно если бы.

– Они почти сразу погибли. Снежана и Карина. Мы не успели ничего забрать из особняка, заехали хоть за какими-то продуктами. Заперли Снежану в машине, но не заперли люк…И там были зомби…. И она… А потом и Карина. Я бы тоже погибла там, если бы не Рустам.

Я проглотила комок в горле. Вскинув голову, не дала слезам упасть. Медленно вздохнула и выдохнула.

– Тебе больше не нужно быть железной, чтоб выжить, Наташ.

– Ты еще не видел железных, Макс, правда, - улыбнулась я.

Увидела выходящего из коттеджа Рустама, помахала ему и направилась навстречу.

Пару недель назад они видели самолет в небе. Все и совершенно точно. Это лишь укрепляло, подпитывало надежду на то, что где-то кто-то из властей остался. Их надежду, не нашу. Мы слишком долго были «внизу», слишком многое видели. И поэтому принятие того, что от цивилизации остались лишь мы – двадцать один человек, укрывшийся среди гор, да в лучшем случае еще несколько десятков подобных групп по всему миру, для нас с Рустамом было чуть ли не аксиомой. Не то чтоб я считала самолет коллективной галлюцинацией, просто не видела в нем надежды, что будет кто-то большой и сильный, кто вскоре придет и глобально поможет. А пока все действовали из расчета на свои силы, никакая вера, отличающаяся от моей не беспокоила.

Если она поддерживала, помогала не сойти с ума после пережитого, то почему бы и нет.

Мне, например, помогало осознание отсутствия ежесекундной опасности потерять Рустама. То, что трижды в день он будет есть и каждую ночь нормально спать в настоящей постели и с надежной крышей над головой. В безопасности.

Впрочем, с нормальным сном я приукрасила. Из-за меня. Ведь мои кошмары никуда не делись, наоборот преследовали почти еженощно, будто подсознание старалось таким образом заставить ни за что и никогда не расслабляться полностью.

Будто без них я смогла бы.

– Принесу тебе водички? – сказал Рустам, нежно убирая влажные волосы с моего лица и шеи.

– Не уходи, - попросила, вцепившись в его плечи.

– Она на подоконнике, здесь, - горько прошептал, гладя по щеке.

– Все равно, - не чувствовать его даже несколько секунд сейчас физически больно.

Рустам привлек меня к себе, стал укачивать, прижавшись теплыми губами к влажному виску. И дрожь отступала, сердце переставало выпрыгивать из груди. Я постепенно успокаивалась.

Как и всегда, когда он рядом.

Если б можно было вообще не спать. Как же ненавистны это мое малодушие и неспособность справиться с пережитым. Сколько уже времени прошло после тех ментов? Тридцать дней? Тридцать пять? И десять из них уже здесь, в безопасности. Не такое и большое количество в прошлом, а теперь это уже целая вечность. А я все продолжала снова и снова переживать во сне момент, когда увидела Рустама на асфальте с залитой кровью головой. Когда подумала, что он мертв.

И остальные события тоже, но не так часто…

Я причиняла Рустаму боль, а он мою исцелял. Как несправедливо.

– Давай пройдемся, - нужно подвигаться. Обязательно нужно. А потом лечь и дышать обманчиво медленно. Иногда это помогало и Рустам позволял себе уснуть вновь.

Длинной футболки, флисового пледа на плечах и кроссовок на босу ногу мне хватит, ночи теплые. Рустам надел футболку, треники, сунул ноги в кроссовки.

Тихонько, как мыши мы покинули спящий коттедж. Охранник у ворот без вопросов нас выпустил, ведь строгий запрет Макса покидать территорию после заката распространялся на всех, кроме меня. Я ведь тоже в какой-то мере босс…

Свежий воздух бодрил, прогонял остатки липкого кошмара. Высокая трава щекотала голые щиколотки. Взявшись за руки мы отошли к кромке негустой лесопосадки. Рустам уселся, опершись спиной на ствол дерева, и взял меня на руки. Несколько минут мы молча глядели на звезды и почти полную луну.

Рустам рассеянно гладил мое лицо, обводя кончиками пальцев скулы, касаясь губ. Неосознанно, наверное, и не замечая. Или нет, ведь касания становились все настойчивее. Хорошо, что я сегодня спала без белья.