Чтение онлайн

— Здесь больше сокровищ, чем во всем остальном замке, мистер Бэссет, — ровным тоном сказала она. — Как вы это объясните? Это награда вам за годы службы предыдущему хозяину и нынешнему?

Лицо его медленно бледнело и вскоре приняло обычное спокойное и безмятежное выражение. Легкая улыбка заиграла на его губах.

— А вы неглупы, леди Мэри. Я знал, что рано или поздно вы раскроете мою тайну, хотя и не рассчитывал, что у меня будет так мало времени, чтобы узнать, что вы за человек. Но мне кажется, кое-что я все-таки узнал и думаю, что могу доверять вам.

— Доверять мне? Вы хотите, чтобы я не говорила Стивену, что большинство семейных драгоценностей находятся здесь, у вас? — язвительно осведомилась она. — Во сколько же вы оценили мой характер, мистер Бэссет? Вы все равно не купите моего молчания!

— Я и не собираюсь. Давайте лучше я вам покажу самые прелестные вещи из этой коллекции и кое-что объясню.

На его лице появилась уже настоящая улыбка, когда он взял Мэри за руку и подвел к стеклянному шкафу.

— Разумеется, это сокровища Хантингдонов. Хотите узнать, как они у меня оказались? Так слушайте. Их уже везли в карете в Лондон, чтобы продать! Для покойного хозяина они так мало значили, а леди Хелен вдруг выразила желание иметь кое-что… сущую безделицу. И он велел отвезти их и продать! Я спас их, прислал взамен деньги и начал собирать ценные вещи этой семьи, Я увидел, что они нисколько не ценят редчайшие картины. Позвольте показать вам портрет одного из предков лорда Стивена, выполненный Рейнольдсом. — И он подвел Мэри к картине.

Она с трудом дышала от изумления, по мере того как он показывал ей один предмет за другим. Некоторые были перехвачены по дороге к месту продажи, другие пылились и ржавели в мансардах, серебро и фарфор вообще были заброшены и забыты.

— Я работал у Хантингдонов с детства, с тех пор, как осиротел, — сказал Бэссет, усадив наконец Мэри на темно-красную бархатную тахту и отдав ей в руки футляр с превосходными изумрудами, чтобы она на них взглянула, — Я любил их как родных. Они были ко мне щедры беспечной, небрежной щедростью, свойственной лишь им. Я был одним из них, но в то же время и не совсем. Я решил сохранять для них фамильные ценности. И вы, леди Мэри, поможете мне.

Она прикоснулась пальцами к прекрасным изумрудам; ее последние сомнения исчезли.

— Но… как? Что я могу сделать, мистер Бэссет?

— Держать все в секрете, — ответил он. — Помогать мне сохранить сокровища для тех, кто их оценит, Кристофер, например, не из тех. Он продал бы герб Сент-Джонов за хорошую лошадь… да, да, не смотрите на меня с таким изумлением! Разве вы не знали, что он отправил на продажу фамильный герб из жадеита с бриллиантами, когда ему захотелось купить кобылу? Да, этот герб здесь, у меня.

И он принес его ей. Мэри вздохнула и покачала головой, убедившись теперь, против собственной воли, что это правда.

— И Стивен позволил ему это?

— Лорд Стивен так же мало интересуется подобными вещами, как и покойный хозяин, а Кристофера это волнует еще меньше. Фамильные реликвии ничего для них не значат. Они импульсивны, действуют под влиянием сиюминутных порывов. Они скорее склонны тратить деньги на земли, лошадей или на игру в парижских казино. Да, мой покойный хозяин и леди Хелен часто ездили в Париж, проматывая там целые состояния, и возвращались такими веселыми, как будто выиграли!

— Какая ужасная, как будто умышленная расточительность! — прошептала Мэри, до глубины своей бережливой и экономной шотландской души шокированная всем, что ей открылось. — Как они могли? Но все же… они щедры и великодушны ко мне. Все эти платья, драгоценности, шляпки…

— Да, они щедры, это верно. Слишком щедры. Они однажды чуть не подарили портрет ее величества королевы Елизаветы какому-то случайному гостю, — добавил он, морщась как от боли. — Я спас этот шедевр, спрятав и сказав, что его не могут найти! И он находится в моей спальне и будет там до тех пор, пока я не смогу вернуть его. Миледи, простите меня, если это покажется вам дерзким, но я надеюсь, вы научите своих сыновей быть более заботливыми и внимательными к своему наследству! Вы можете сделать это; я вижу, что вы относитесь с любовью и уважением к таким вещам, хотя они и преходящи. Я чувствую, что они — ощутимые символы большого старинного рода. Вы поможете мне сохранить эти сокровища?

Она пообещала ему и покинула роскошные апартаменты в очень странном, даже растерянном состоянии. Мистер Бэссет прав, Хантингдоны расточительны сверх всякой меры, совершенно не думают о бесценных реликвиях и готовы раздаривать их любому, кто бы ни попросил об этом. Члены этого семейства своенравны, безрассудны, склонны к риску и азарту, скрытны, непредсказуемы, легко поддаются переменам настроения под влиянием каких-то потаенных внутренних струн.

Стивен вернулся, когда коровы были уже куплены и крыша починена. Его встретил Кристофер, уже имевший наготове историю своих страданий, и леди Хелен, тоже не жалевшая красок, желая помочь сыну. Даже Георгиана вступила в разговор, чтобы выразить свое возмущение действиями Мэри. Та восприняла это с внешним спокойствием.

Выслушав их историю, Стивен повернулся к Мэри, его глаза метали молнии:

— Я не допущу, чтобы с моим братом так обращались! Ты очень плохо поступила, заставив его унижаться на глазах у всех!

Она ответила ему таким же свирепым взглядом.

— Я была ответственна за все, пока, вы, милорд, были в отъезде. А он причинил очень большой вред тем людям, забота о которых лежит на нас. Вы избаловали, испортили его, но из-за этой испорченности не должна страдать семья с четырьмя маленькими детьми.

Стивен пристально смотрел, как она села на зеленую тахту, и не притронулась к чашке чая.

— Все можно было уладить, не унижая парня, — все еще холодно сказал он.

— Этому парню двадцать четыре года, милорд. Ему уже давно пора бы принять на себя бремя ответственности за свои поступки и не считать его тяжким, — решительно и внешне спокойно сказала Мэри, но внутри у нее все дрожало. Она не хотела, чтобы Стивен сердился на нее.

Больше она ничего не сказала в свою защиту. Она нисколько не раскаивалась в том, что действовала именно так, а не иначе. Ей было лишь жаль, что это могло создать отчужденность между ней и Стивеном.

За ужином Кристофер продолжал на высоких тонах выплескивать свою ярость, и леди Хелен тоже была груба с Мэри, пока наконец Стивен не оборвал их:

— Довольно! Больше ни слова об этом деле; я все сам узнаю завтра. Боже мой, может ли, в конце концов, уставший человек спокойно отдохнуть?

Они охотно замолчали, явно уверенные в том, что он целиком на их стороне, но продолжали искоса поглядывать на Мэри, безмолвно сидевшую на своем конце стола.

На следующий день Стивен выехал из замка рано утром. Вернулся он в глубокой задумчивости, позвал Кристофера к себе в кабинет и долго там с ним разговаривал. Молодой человек вышел оттуда бледный и дрожащий. Стивен же поднялся в комнату к Мэри, где она работала с амбарными книгами и счетами, касавшимися поместья и замка. Когда он вошел, она отложила ручку и вопросительно посмотрела на него. Глядя на нее, Стивен сказал:

— Ты была права, Мэри. Я испортил парня. Ему и в голову не пришло, что он оставляет эту семью без крыши над головой. И без коров, а в семье четверо маленьких детей. Если бы ты не сделала всего того, что сделала, им бы пришлось очень туго. Я поговорил с Кристофером и думаю, что он не будет больше вести себя так безрассудно.

Она удивилась и его решительным словам, и в особенности тому, что он принял ее сторону в этом деле. Он улыбнулся своей необычайно милой улыбкой и заглянул ей в глаза.