Чтение онлайн

– Он сказал, что это его дом.

– Кто, Панфилов? А бумаги он тебе показывал?..

– Показывал.

– Через принтер состряпал?

– Не знаю... Да, наверное... А я, дура, поверила... А ты зачем его к себе в дом впустил?

– Надо, значит, было...

– Он меня твоим коньяком угощал...

– Каким коньяком?

– Французским. «Л’Арт де Мартель»

– Семь тысяч долларов за бутылку, – задумавшись, кивнул Лосев.

– Вот-вот, а он этот коньяк за милую душу хлестал...

– А тебе что, жалко? – усмехнулся банкир.

– Тебе должно быть жалко.

– Жалко у пчелки... Он что, миллионер?

– Нет... Сказал, что миллиардер...

– И ты поверила?

– Сначала нет. Потом да. Он так убедительно говорил. Сказал, что пар спускать сюда приехал. Типа причуды олигархов...

– Может быть, – глядя на пальцы своих рук, кивнул Лосев.

– Что может быть?

– Ну, причуды... Я сразу понял, что он не простой мент... И дом этот купил... Мне назло...

– Он купил?

– Ну да. А ты что, поверила мне? – с неприязнью к Нонне хмыкнул он.

– Я уже не знаю, кому верить.

– Мне верь. И ему тоже... Он правда этот дом купил... Я хотел его взять, а Сурков, сука, два «лимона» выставил. Если б зеленью, а то в европейских рублях. Пока я думал, мент его за два с полтиной взял. Два с половиной миллиона долларов. Не торгуясь... Зачем он это сделал, а?

– Зачем?

– Вот я и хочу в глаза ему посмотреть. И спросить, зачем, а?

– У него же любовь. К Насте Грецкой.

– К Насте? Любовь?!.

– Ну ты что, я же тебе про него рассказывала. Он здесь лейтенантом служил, с Настей крутил... Ей тогда пятнадцать было. Оксанке столько же было, когда ты с ней...

– При чем здесь Оксанка? – вскинулся Лосев.

– Да так, вспомнила... Я ж тебя у Оксанки отбила... А Панфилова у Насти... Только с тобой дальше крутила, а с ним – облом...

– Ты? С ним крутила?

– Что, ревнуешь?

– Да пошла ты!

Банкир взял совершенно недопустимый тон. Нонна просто не могла не возмутиться.

– Сам пошел! – взвилась она.

– Крутила она с ним... – хмыкнул Лосев. – А здесь что делаешь?

– Не твое дело!

– Все, хватит... – пошел на попятную банкир. – Извини, что-то нервы не в дугу. Всю ночь вчера не спал, все про дом этот думал... Ты же знаешь, я очень хотел у воды свой дом поставить. А этот Грецкий... Максютов такой же... Слушай, я вот что хотел спросить. Кто дом продавать будет?

– Какой дом?

– Какой, какой, сестры твоей...

– А что, его продавать собираются?

– Не знаю. Потому и спрашиваю, что не знаю.

– Да нет, разговора вроде бы не было.

– А достанется он кому?

– Не знаю. Это как суд решит... Скорее всего, детям Максютова...

– Но они же не будут здесь жить?

– Не знаю... Я бы не жила. Плохой дом, плохая аура...

– Вот-вот, и я о том же... Такая аура цену на дом сбить должна...

– Ерунда.

– Почему ерунда?

– Дом риэлторы продавать будут. Неужели они расскажут покупателю, что здесь два трупа было?

– Риэлторы не расскажут. Но найдутся добрые люди, которые объяснят, какого кота им предлагают...

– И кто они – эти добрые люди? Ты, что ли?

– А хотя бы и я.

– Сам хочешь дом этот купить?

– Не знаю... Не знаю, успею ли...

Лосев замолчал, удрученно склонив голову к правому плечу. Панфилов не видел его глаз, но интуиция подсказывала, что в них смертная тоска.

Марк Илларионович решил, что пора выходить на сцену.

Банкир дернулся, увидев его. Порывисто сделал шаг, крепко сжав кулаки. Но, спохватившись, остановился, набросил на лицо располагающую к общению улыбку.

– Приветствую вас, Марк... Э-э...

– Илларионович, – с безмятежным видом подсказал ему хозяин дома.

– Марк Илларионович... Приветствую вас... Или можно просто Марк? Ну, по-соседски, так сказать...

– Можно и просто...

– И на «ты»...

– Ты брататься со мной пришел, Витя?

– Почему бы и нет?

– Откуда узнал, что мы теперь соседи?

– Так я ж этот дом хотел купить, – невольно помрачнел банкир. – А ты перекупил...

– Я не знал, что ты на этот дом претендовал.

– А что, Сурков не говорил?

– Если честно, я его и в глаза не видел. Этим домом юристы мои занимались...

– Юристы твои... Слышал я, что ты миллиардами ворочаешь?

– Может быть. А может и не быть.

– Я многих олигархов в лицо знаю. Тебя ни разу нигде не видел.

– А я не олигарх. И на власть влиять никогда не пытался. И не свечусь, как некоторые... И вообще не хочу об этом говорить.

– Понимаю.

– Вот и хорошо, что понимаешь... Извини, ко мне сейчас человек должен прийти.

Панфилову не нужно было искать повод, чтобы выставить Лосева за дверь. Он действительно ждал Костромского. И не только его. Должны были быть и другие должностные лица, из города. Правда, не сейчас, а ближе к вечеру.

– Что за человек? – непозволительно поинтересовался банкир.

– Все-то ты хочешь знать, – недобро усмехнулся Панфилов. – Заместитель мой придет, по участковой работе.

– Понял, не дурак... Если вдруг что, «ВВВ-банк» к вашим услугам...

– Хорошо, я подумаю.

– Я серьезно.

– Я тоже.

Банкир ушел. Но у Нонны не возникло желания последовать его примеру. Впрочем, Панфилов ее не торопил. Из головы не выходило имя женщины, о которой она говорила с Лосевым.

– Ольга меня интересует, – сказал он. – Горничная твоей сестры. Насколько я помню, она из Серебровки.