Чтение онлайн

— Посмотрим, — загадочно отвечает мужчина, но я не готова сейчас выяснять что именно он имел ввиду.

Не отвечаю, делая глубокий вдох и надеясь, что тема закрыта. Не хочу говорить о прошлом. Оно осталось позади и всё, что ассоциируется с тем периодом должно быть за спиной. Сейчас и без этого хватает поводов для беспокойств.

Завтракаем мы молча, каждый в своих мыслях.

Я прокручиваю события последних дней, пытаясь понять перемены в Марке, так разительно вспыхнувшие с момента моего выхода из дома с заплаканными глазами. Его нежность, хоть и проявлялась она очень точечно, была чем-то новым. Причём на контрасте с этим чувством ярость его тоже была просто сносящей всё вокруг.

Будто после того, как он узнал о моём общении с детективом, что-то внутри мужчины разорвалось. Потому что перемены начались именно с того дня. Не сразу после моего выхода из участка. Нет. В машине, когда я села в салон и он отослал охрану. Будто не хотел, чтобы мне было некомфортно. Словно хотел защитить и быть в тот момент единственным, кто окажется рядом. Тогда я этого не поняла, но сейчас не могу не думать о том, что произошло за время нашего отъезда из города.

О каждом его действии, о сказанных словах. И о том, что на это всё чувствую я.

— Такой тяжёлый вздох может означать что угодно, но точно не предзнаменует ничего хорошего, — внимательно глядя на меня произносит Марк и я понимаю, что слишком сильно улетела в свои мысли.

Снова.

— Зависит от того, что сейчас можно назвать хорошим, — слабо улыбаюсь, поднимая на него глаза, — Поговорим о том, что вчера произошло? Кхм, после твоего ухода, — уточняю, чтобы он не подумал, что я хочу обсудить то, что было когда он вернулся в номер.

Эту часть дня пока хочется избегать.

Господи, Алана, что за детский сад? Между вами было уже столько всего, а несколько неосторожно брошенных мужчиной слов и ты чувствуешь себя как уж на сковородке.

Но это было правдой. Откровения Марка застали меня врасплох. Потому что в его глазах, голосе и том, как он говорил — было нечто большее, чем просто животное желание обладать.

И это пугало. Поиск что нашло отклик внутри меня.

Мужчина закрывает глаза и разминает шею, будто перед выходом на ринг. И я понимаю, что всё время думала лишь о той войне, которая происходит у меня внутри. О наших битвах с Марком. Но никогда не придавала особого значения тому, что испытывает во всей этой истории он.

— В целом, рассказать пока сильно нечего. Ральф действительно урод. Уверен, что за его плечами немало разного грязного дерьма и он упивается этим как чёртов сытый кот. И он действительно опасный ублюдок, Алана, поэтому ты и близко к нему не подойдёшь.

— Удалось выяснить хоть что-то?

— Пока рано об этом говорить. Моей задачей было собрать его портрет и понять, с какой стороны подойти.

— И ты понял?

— Да.

— И с какой же?

— Не с той, с которой мне бы хотелось, — уклончиво отвечает мужчина и я недоверчиво хмурюсь, понимая, что легко не будет.

— Что это значит, Марк?

Какое-то время он молчит, обдумывая то, что собирается мне сказать. Отвратительная привычка взвешивать каждое слово, абсолютно понятная для него, но нестерпимая для меня.

— Если я не ошибся, он один из тех, кто прётся по… молодым девушкам. И вполне может иметь выход на тех, кто использует их для наживы. А может и вовсе играет в этой истории не последнюю роль. Это мне ещё предстоит выяснить. Но он точно может быть полезен. Поэтому какое-то время мы побудем здесь. Если, конечно, дома у тебя нет дел поважнее, — с сарказмом произносит Марк, будто не зная, что для меня нет ничего важнее поиска сестры.

— Смешно, — язвительной бросаю, прищурив глаза, — И каков план? Что мы будем делать теперь?

Задавая последний вопрос, я ясно даю мужчине понять, что просто сидеть в отеле больше не собираюсь. Пусть он не хочет чтобы я пересекалась с этим Ральфом (я и сама не то чтобы горю желанием), но ведь на этом наши возможности не ограничиваются.

— Пока я думаю об этом, детка. Есть вероятность, что он заинтересовался в нашем знакомстве в качестве партнёров, но этот сукин сын может оказаться слишком скольким червём, чтобы верить хоть одному его слову. Мои люди проверят его, покопают туда, куда для других доступа нет и после я смогу лучше составить план. Нужен козырь. Желательно парочку. А пока будем осторожны, — делая акцент на последнем слове, Марк явно предупреждает меня о том, что время необдуманных поступков закончилось.

— Это всё? — понимаю, что из всего ответа Марка толковой информации получить так и не удалось. И это чрезвычайно злит.

Впрочем, я понимаю, что вряд ли бы он вернулся с полным отчётом о перемещениях Хлои или причастности этого типа к её пропаже, но всё же это так чертовски мало, что хочется рычать.

— Пока да.

Часть дня мы проводим в отеле, после чего, уже сходя с ума от нахождения в замкнутом пространстве, я предложила Марку прогуляться, чтобы развеяться и проветрить голову. Он поддержал эту идею без особого энтузиазма, но всё же спорить не стал.

Но конечно же на его условиях.

Он предложил мне выбрать место, которое мне будет интересно посмотреть, и доехать туда на машине. В неизвестном городе гулять пешком при всех нынешних обстоятельствах ему показалось небезопасным.

Закатив глаза от этой чрезмерной осторожности, я выбрала городской музей искусства с небольшим парком на его территории. Хотелось внести иллюзию спокойствия и умиротворения, чтобы хотя бы на мгновение переключиться от съедающей заживо тревоги.

К моему удивлению, Марк много знал об искусстве и провёл для меня целую экскурсию по музею, оказавшись в нём впервые. Рассказывал о художниках и их судьбах, о скрытом значении некоторых картин, а также показал приём с зеркалом, чем поверг меня в абсолютный восторг.

— Чонтвари, изображая старого рыбака, хотел показать что в каждом человеке есть как абсолютно добро, так и абсолютно зло, а человеческая душа — это поле битвы между светом и тьмой, — прикладывая к лицу мужчины, изображенного на полотне, специально лежащее рядом небольшое зеркало, Марк продемонстрировал, как меняется восприятие картины с помощью этого маленького предмета.

Я ахнула, разглядывая обе «стороны личности», которые видны были только с помощью зеркала.

Зеркало делило части лица пополам, где одна была божественным образом, с голубым лазурным морем за спиной изображённого доброжелательного старика, а другая сторона была полной противоположностью — дьявольским обличьем с бурлящим за спиной старика разрушительным штормом.

— Невероятно, — произношу, слегка хмурясь от того, что просто в голове не укладывалось как же нужно было постараться, чтобы это осуществить, — Откуда ты столько знаешь обо всём этом? — обвожу рукой зал, в котором мы оказались спустя почти час прогулки по территории музея.

— До того, как моя жизнь пошла в другую сторону, — без тени улыбки начал Марк, — Я много изучал искусство. И в моей библиотеке ты, вероятно, видела несколько книг. Иногда, когда оставалось время, я продолжал читать о том, что мне особенно интересно, чтобы…