Падение Эллады
Шрифт:
Благоговейно возлагает дар Венере 11 .
Амадеус
Его видали мы намедни в Риме.
Бродил он в лабиринтах улиц, глядя вниз
Незрячим взором, ступая на хвосты павлинов.
Был бледен он, поник, как кипарис
Со сломленной вершиной.
Какой-то червь в него проник
И точит душу изнутри.
Октавиан Миральди
Что молвил он?
О чем твердил во глас?
Чем болен он на этот раз?
11
Венера (Афродита) – в римской мифологии богиня красоты, плотской любви, желания, плодородия и процветания.
Луций
Я знать б хотел, что с ним
Не меньше вашего, отец.
Но он ни слова не сказав,
Умчал, словно гонец.
Амадеус
Сдается мне, что пташка
Клетку чуя, упорхнула.
Луций
Прости отец, осмелюсь я сказать,
Женитьбу брат воспримет тяжко.
А ноша тяжкая брачных оков
Румянец б на его щеках сгубила,
Нет силы на земле такой,
Чтоб под венец повес 12 манила.
12
Повеса – молодой человек, принадлежавший к высшим кругам общества, ведший праздный, эгоистический, легкомысленный образ жизни (устар. разг.).
Октавиан Миральди
Как смеешь сие молвить? Устыдись, остряк!
Ступай сейчас же, собери своих вояк
И разыщи его. Пусть упирается, он как осёл,
Насильно волоки, ежели сам бы не пошел.
Когда б на свадебном пиру
Его с невестой не найду,
Пусть позабудет он, что сыном я его зову.
Луций (в сторону)
О, знал бы он –
Нарочно б не пришел.
Женитьба для щегла -
Горше темницы для орла.
(к Амадеусу)
Пошли, мой друг, сон не в досуг,
Узнаем мы печали этой суть.
Все уходят.
«Юность – непостоянства верный спутник,
Сестра страстей и мать деяний глупых», –
Октавиан Миральди.
СЦЕНА II
День 1. Утро
Афины. Площадь перед дворцом царицы Андравиды.
Входит Тисифона и Деймос.
Тисифона
Зачем, о бравый воин, в час столь ранний,
Когда глас жаворонка не слыхать сквозь ставни
И чары дивные не источает роз бутон,
Ты мой посмел нарушить сладкий сон?
Деймос
Сон ваш слетел бы, словно пух на мурaве,
Ежели б вы знали, о той скорбной яве.
С того дня прошла уж добрая дюжина лет,
Тяжким бременем лежит на мне царский завет.
Тисифона
Не говори о бремени своем,
Не нарекай ты ношей непосильной
Завет царя, ведь был ты его братом!
Деймос
Плечом к плечу сражались мы на поле боя,
Враг окрылен был нашем горем;
Коварство безобразнее Миральди
Творить способны локоны змееголовой 13 .
Ни человек и ни его подобье – выродок зверей,
Царицу Эллады укрыл в одежды вдовьи снова.
Тисифона
13
Медуза Горгона – наиболее известная из трёх сестёр горгон, чудовище с женским лицом и змеями вместо волос; взгляд на её лицо обращал человека в камень; была убита Персеем.
Отчего, мой дядя, мрак навеял ты
На столь сияющий рассвет?
Почто царапаешь вновь раны
Кровоточащей след, запретное
Врага припоминаешь имя,
Что ввергли б боги в Тартары 14 ,
Будь им до смертных дело?
Деймос
Царь варварский коварен, спору нет,
Заслал гадюку в наши земли мироед 15 .
Наука стало быть: не доверяй и бди,
И в лагоде и на войне подвоха жди.
14
Тартар – глубочайшая бездна, находящаяся под царством Аида, тюрьма куда Зевс низвергнул циклопов, титанов, а также Кроноса, Иксиона, Сизифа, Тантала и др. Тартар окружён тройным слоем мрака бога Эреба, медными стенами и воротами бога Посейдона, которые стерегут сторукие исполины.
15
Мироед – (устар. презр.) человек, живущий за счёт чужого труда (здесь – римский император).
Так в западню был загнан наш владыка,
Алела на груди его туника…
Пир радостный ромейский супостат сыграл смеясь.
Гудели, молвят, лес и дол, земля тряслась
От стонов, будто их безумный Бахус 16
С распутной свитою вакханок 17 и сатиров 18
Устроил пьяных оргий беспредельный хаос
И над горем нашим надругался ирод.
Взял клятву у меня отец ваш, умирая,
16
Бахус (Дионис) – римский бог виноградарства и пьяного веселья, символ безудержного веселья, гуляний, пьянства и разврата.
17
Вакханки – красивые, полуобнаженные спутницы и почитательницы бога Диониса (Вакха).
18
Сатиры – лесные божества плодородия; мужские существа, волосатые, с копытами и рогами; праздные, похотливые, падкие на вино, вместе с нимфами бродят по лесам, водят хороводы.
Унять огонь вражды, в кой ненависти нету края.
Тисифона
Вынимает кинжал и потрясает им в воздухе.
Сей час настал, отец!
Свершится же отмщенье!
Ждет нашего заклятого врага
И всех из племя низкого его – забвенье.
Рукою этою исполню приговор,
Гордиться будешь мной перед богами.
Клянусь, отец, прольется кровь его,
Там, где пал ты, там и его не станет.
(к Деймосу)
Отважный воин, отныне нет места грусти,
Во славу Эллады, приказ мой внемли:
Открой все тонкости военного искусства,
И научи сражаться наравне,
Чтоб побеждать мне на любой войне.
Деймос
Царевна, вы не в себе? Не спите ли? Очнитесь!
Не дело девичье – бои, сраженья – не забавы.
Забудьте глупости сии, в покои красные вернитесь.
Худо тревожить прах былья и души гнать из нави.
Тисифона
Сражаясь с ненавистным зверским Римом,
Гибнут наши правители в рассвете сил поныне,
Не породив сынов уж пять колен подряд.
Судьбой мне велено сменить девий наряд,
И иссушить родник кровавой сей вражды,
Отныне в стороне стоять мне нет нужды.
Дабы иссякло праздной жизни зелье колдовское,
Кипящее в котле ромея, пусть боги слух свой склoнят
К молитвам нашим, род лютых змеев потопив
Под бездною забвенья мрачнее гидровых 19 чернил.
19
Гидра – гигантское чудовище-дракон с многочисленными заново отрастающими головами, центральная из которых бессмертна; кровь ее смертельно ядовита.