Чтение онлайн

Я закрыл глаза и поклонился.

– Не знаю, смогу ли я.

Она положила ладонь на мою макушку, коснулась ее губами.

– Твой отец говорил так же после твоего рождения и смерти его отца.

Я поднял взгляд.

– Да?

– Все мы сомневаемся. А кто нет? – она поднялась с кресла. – Те – монстры. Удерживай сомнения и страх, но учись идти с ними, Синн. Только так можно стать лидером, который нужен народу.

Глава 23:

Что я наделал?

Ино Килак жила под покоями Семьи, увидеться с ней было просто, наверное. Она была духовным советником Семьи. Ее даже можно было назвать ведьмой.

И быть с ней было не весело.

Она впивалась с те темы, которые я не хотел затрагивать, о которых не хотел говорить. Она хотела, чтобы я рассказывал все ей, незнакомке, которую не знал, которой не доверял. После четырех дней ее копаний, игр и попыток разговорить меня я признал, что с меня хватит.

Я вскочил на ноги и направился к двери.

Воздух передо мной задрожал золотым жаром.

Я замер, вскинув руки. Я не знал, как защититься своей Меткой, а она это знала.

– Синн, - сказала она скрипучим старческим голосом. – Ты не можешь бежать или прятаться. Твои проблемы внутри тебя.

Я развернулся к ней.

– Мне нужно преодолеть принуждение. И все.

– Ты дал ей власть, - сказала она, и ее хрупкое тело скрывало силу. – Только ты можешь забрать то, что отдал.

– Я ничего ей не давал! – прокричал я.

Она одарила меня тяжелым взглядом, отошла от столика в центре комнаты к длинному столу в другом конце, на котором были ракушки, кубки и прочие вещи. Мне это казалось мусором, но я был уверен, что для нее они были важны. Она ведь была семейной ведьмой.

– Разве нет травы, которую можно принять и все убрать?

– А ты хочешь такую траву?

Я кивнул, хлопнув по бокам.

– Да, хочу.

– Хорошо, - она вздохнула и отвернулась. – Я сделаю тебе настойку, ты выпьешь ее и исцелишься.

Я закатил глаза и вернулся в ее комнату.

– Меня не исцелит настойка.

– Я такое уже говорила.

Я впился пальцами в голову, выбились пряди волос из хвостика. Я подошел к ее окну и посмотрел на мерцающий город.

– И что мне делать? Говорить об этом?

Она фыркнула и вернулась к столику в центре.

– Говорить. Нет. Но я должна знать, что ты ей дал, чтобы понять, как это вернуть.

Я знал, о чем мы говорим. Я был уверен, что уже понял это. Но я не доверял ей.

– Доверие – роскошь, - тихо рассмеялась она. – У тебя его уже нет, юный Эль-Асим.

Что? Она читает мои мысли?

Она снова рассмеялась, показывая оставшиеся зубы.

– Не мысль, юноша, а лицо.

Я коснулся рукой окна.

– Я должен быть там и помогать, а не беседовать.

– Ах, отличный предлог прятаться, - она подняла деревянную тарелку и что-то поскребла в ней ложкой. Я боялся спрашивать, что там. – И что ты будешь делать, когда прятаться не сможешь? Когда Руки найдут тебя и загонят в угол? Уйдешь с ними?

– Если от меня будет много проблем, лучше я уйду.

– Ты уже решил, - она ударила ложкой по тарелке. – Зачем тебе я?

Хороший вопрос. Я посмотрел на город. Мы были глубоко в воде. Вокруг вода была не синей, а черной, словно безлунная ночь, без звезд и планет. Мне не хватало неба.

– Ты хочешь сбежать?

– Куда?

– Отсюда, - просто сказала она. – Ты хочешь сбежать отсюда и вернуться к Рукам, к своей королеве?

Я посмотрел на пол.

– Она никогда не была моей королевой.

– Но именно к ней ты надеешься сбежать.

Я покачал головой.

– Я разрываюсь. Я… - было глупо говорить об этом со старушкой. Что она может знать? Как поможет.

А она ждала.

Я провел рукой по волосам. Я должен вернуть власть над собой, значит, нужно быть честным.

– Я борюсь сам с собой.

– А вот и правда. И что в тебе воюет?

Слова застряли в горле, но мне нужны были тренировки. Матушка не допустит меня, пока Ино Килак не разрешит.

– Разум и сердце. Сердце хочет свободы.

– А разум?

– Ищет причины вернуться, - я закрыл глаза и прислонился к кирпичной стене. – Но слишком многое на кону, слишком много терять.

– Ты это видишь. Если ты выживешь, станешь мудрым лидером.

Я фыркнул.

– Но в тебе и много плохого.

Я недовольно повернулся к ней.

– Нет.

Она махнула на меня ложкой.

– Разум твой использует это как отмазку, ищет логику в том, что почетно ее слушаться, быть в ее власти. Тебе нужно найти источник принуждения, и тогда разум будет принадлежать только тебе.

– И вы думаете, что я могу смириться с тем, что из-за меня умирают люди? Потому что я трусливо прячусь?

Она бросила в меня ложкой. И ударила, повалив на пол. Я смотрел на нее, а она – на меня.

– Что ты сделаешь, Синн? Чем дольше ты не ищешь то, что отдал, тем больше ты становишься Праймусом.

Вот и последняя соломинка. Я не хотел становиться Праймусом, превращаться в Варика, терять себя. Как можно стать тем, кто уничтожает город ради получения одного человека?

Она увидела это на моем лице. Она слезла с меня, розовое расшитое одеяние шуршало с ее шагами. Она склонила голову, глядя на меня краем глаза.

– Что она с тобой сделала, Синн?

Картинки вспыхивали в голове. Сердце колотилось, я тяжело дышал. Во рту пересохло, я пытался отогнать воспоминания. Я опустил взгляд от стыда.

Она кивнула.

– Она использовала против тебя твое же тело.

Я не хотел признавать это, говорить вслух или слышать.

Ее седые брови поднялись и опустились, она отвернулась.

– Эффективно. Ты мужчина. И ты беспомощен, ведь она обернула против тебя природный инстинкт.

Чертова читательница мыслей.