Чтение онлайн

Конечно, все слова полковника его подчиненные принимали как обычные радиоволны, однако каждый универсальный робот имел собственный речевой код и свой эмоциональный блок — для придания яркой индивидуальности.

Голос полковника казался не только низким, но и хриплым.

— Сегодня, Ваше Качество, при всех стараниях не получилась рядовая операция по очистке территории от диких роботов, — охотно стал оправдываться РЗб. Клин. — Их преступные действия имели координацию и направленность. Я считаю, что все они придерживались единого алгоритма, который исходил от зверомашины, находившейся в озере. Любой аналитик подтвердит, что такая заединщина не может быть случайным фактором. По крайней мере, вероятность ее не выше 0,05.

— Вы того же мнения, сержант Блеск?

Клин неожиданно понял, что ему не хватает у металлического полковника мимики и жестов, которые могли бы сообщить дополнительные сведения о характере начальника.

Сержант Блеск, звеня когтями, подошел ближе к столу Кувалды.

При всем моем почтении, я согласен с лейтенантом. Они от нас, обычно, удирают, а вот сегодня перли со стороны леса, воздуха и озера. Раньше мы встречались со стаями, состоящими из особей одной модели и, как правило, одной серии, а сегодня скооперировались минимум десяток моделей. Я так считаю, это все мягкотелы подстроили. Не такие уж они дураки насчет подлостей, как кажется на первый взгляд. Им надо, что бы мы с дикарями перекрошили друг друга.

Р36. Кувалда не стал вступать в прения с подчиненными. Металлическая поверхность одной из стен выгнулась пузырем и образовала дырку, в которую вступил робот модерновой серии Р37. Лейтенант Клин знал только, что эти универсальные киберы владеют семью формами преобразования.

— Р37. Сибилла — наш новый аналитик, — представил полковник вошедшего.

Вошедший выбрал для себя форму номер пять, максимально приближенную к внешнему виду мягкотелых обезьян Homo Sapiens. Если точнее, приближенную к облику обезьяньих самок. Даже надуты были выпуклости, имитирующие молочные железы. Клин счел это возмутительным авангардизмом, переходящим в декаданс. Разведчик, сидящий внутри Клина, нашел робота Сибиллу похожим на куклу Барби больших размеров.

Лейтенант уже слыхал, что роботы Р37 — необычные и даже странненькие. В отличие от машин предыдущих серий, плодимых искусственно, представители Р37 получили возможность воспроизводства на основании собственной матрицы и скрещивания с базовой информацией любой другой разумной машины. Так, по крайней мере, значилось в пресс-релизе. Сам принцип самовоспроизводства был почерпнут у диких машин. Однако же зверороботы получали базовую информацию только при уничтожении и утилизации ближнего своего. Дикари усердно жрали друг друга, чтобы отнять не только информацию, но и конструктивные материалы, особо — редкоземельные металлы. Интересно, как с этим делом обстоит у Р37?

— Извините, мои братья по металлу, но я слышала все, что там рассказывал лейтенант РЗб. Клин, и заодно просмотрела видеозаписи сегодняшней операции. Вообще люблю подслушивать и подсматривать.

У Р37. Сибиллы были в ходу странные грамматические конструкции, не распространенные у роботов, но зато бытующие у самок расы мягкотелов.

— Вы справедливо подметили, дорогуша Клин, что вероятность случайной заединщины дикарей пренебрежимо мала. Однако совсем не обязательно, чтобы зверомашины действовали по какой-то единой вложенной в них программе. Скорее всего, вектора эволюции у дикарей направлены в сторону образования симбиотических и роевых алгоритмов. Это могло выразиться в количестве напавших на вас моделей, и даже в определенной согласованности их действий.

Тут уж включился на полную индукционную катушку полковник:

— А потому, лейтенант РЗб. Клин, вам объявляется выговор первого разряда за проявленную некомпетентность во время боевой операции, приведшую к большому ущербу в части личного состава подразделения.

Выговор первого разряда, объявленный единократно, не сулит даже понижения в должности. Это было известно лейтенанту Клину. Однако статистика показывала — после того как схлопочешь даже хиленький выговор, то, как правило, начинаешь скатываться вниз и зарабатывать все более сильные наказания. Экзекуция шестого разряда предусматривала принудительное превращение универсального робота в никудышного специализированного кибера на срок до полной выработки ресурса. Наказание седьмого разряда казалось менее страшным — заточение в тюрягу, — но это только на первый взгляд. Камеры для отбытия срока заполнялись серной кислотой, которая мало-помалу разъедала корпус заключенного робота. После десятилетнего срока не всякого зека удавалось восстановить, после пятнадцатилетнего любой робот, даже крепыш, сделанный из иридия и платины, превращался в жалкий огрызок.

Лейтенант Клин получил от старшего начальника выговор, который одновременно ушел на вечную память в глобальную сеть, и все четверо полицейских стали расходиться.

— Вот такими каверзами эти мягкотелы хотят нас извести. — Сержант Блеск добродушно похлопал своего командира по корпусу. — Я не удивлюсь, если они подправили мозги даже роботам модели Р, например, этому ржавому аналитику Р37. (Насколько догадался разведчик, слова «железный» и «ржавый» считались у роботов ругательными.).

— Не «этому», а «этой», — поправил лейтенант Клин.

— Ладно, этой, железяке этой ржавой. Ну, дожили… Может, у нее, так же как у мягкотелое, сопли текут?

Когда лейтенант Клин вступил на платформу лифта, туда же неожиданно запрыгнул этот… эта Р37. Сибилла.

— Сомневаюсь, что нам в одну и ту же сторону, наш качественно новый Р37…

— Качественно новая, — поправила Р37, явно претендующая на женский род.

— Виноват, я все путаюсь. Качественно новая, драгоценная и редкоземельная Р37.Сибилла, нам в разные стороны.

— Признайтесь, что вы здорово обиделись на меня, Р36.

Клин и вместе с ним разведчик были несколько озадачены. Слово «обида» и его производные мало употреблялись даже среди универсальных роботов, ну разве что для смеха.

— Никакой обиды, Р37. Просто пытаюсь врубиться, кто из нас более некомпетентен — я или вы… Я, съевший швеллер на этих зверороботах, или вы, едва вылупившаяся на свет модель.

— А будь вы мягкотелом, лейтенант Клин, то еще подозревали бы, что кто-то из нас подкуплен, или завидует, или ревнует.

— Я вижу большую подкованность по части мягкотелое. Слава Иридию, что мы — не люди, не обезьяны и прочие сопливые твари.

— Вы слабо разбираетесь в теории кибернетической эволюции, я могла бы вам дать пару уроков, — неожиданно предложила Р37. Клину и даже разведчику уже не требовалась ее мимика, речевой код роботессы Сибиллы был мягким, вкрадчивым и вполне выразительным.

Клин хотел было увильнуть, но потом включившийся контроллер информации напомнил о слабых познаниях в области киберэволюции. Может, и в самом деле стоит быть подкованным в этих вопросах… что пригодится потом для борьбы с тем же, аналитиком Сибиллой.

— Кстати, моя многокачественная Р37, во время ваших замечательных уроков вы не попробуете вытащить из меня базовую информацию, необходимую для вашего воспроизводства?

Она хохотнула. Разведчик, и заодно Клин, впервые слышал, чтобы роботы смеялись. Пожалуй, в этих Р37 позакладывали много такого, что их роднит не только с дикарями, но и с мягкотелами.

Это сложнее и интереснее, чем вам кажется, Клинчик… Завтра начинаются летние роботячьи игры. Не хочу показаться навязчивой, но, может, встретимся в парке имени Берталанфи у той самой скульптуры, что изображает издыхающую энтропию? Например, в семь часов тридцать три минуты сорок секунд.