Чтение онлайн

Люцифер не отвечает, но я чувствую сильный жар его молчаливого кипения. Он как ребёнок, которого отчитывают в кабинете директора. Никто с ним так не поступает. Никто. Но вот он сидит, позволяя Майклу оскорблять и принижать его.

Я не могу сидеть здесь и позволять унижать Люцифера. Даже если он Дьявол.

— Он не виноват. Ни в чём из этого. Люди не выбирали быть созданными такими. Я не выбирала быть зачатой ангелом, который жаждал свести счёты. И Люцифер не выбирал, чтобы кто-то сорвал врата Ада. Если хочешь кого-то обвинить, обвиняй Уриэля. Он ответственен за всё это. Мы просто пытаемся исправить нанесённый ущерб и избежать дальнейших страданий. И всё же, нас нужно наказать?

— Честно говоря, ты должна быть наказана за то, что существуешь, — ругает Майкл.

— Почему? — У меня не хватает терпения скрыть раздражение в тоне.

— Потому что ты оскорбляешь Бога. Дыхание в твоих лёгких и кровь в твоих венах — бедствие для человечества. Тебе не следовало рождаться.

— Я не просила об этом! — огрызаюсь я.

— Верно, — отвечает Майкл со снисходительной ухмылкой на симпатичном лице. — Но, если будет допущена ошибка, ты проигнорируешь её, надеясь, что она исправится сама собой? Или исправишь?

Я не отвечаю. Не могу. Я слишком зла, слишком обижена, чтобы даже пытаться отстаивать свою правоту. И он не заслужил права заставлять меня умолять сохранить мне жизнь. Я думала, он будет другим. Хотела верить, что Уриэль был исключением, а не правилом. Но вот я здесь, и надо мной издевается очередной мудак-ангел.

— Время пошло, — пренебрежительно объявляет Майкл. — Удачи.

Я вскакиваю и бегу к двери ещё до того, как Люцифер встаёт. Он что-то шепчет Майклу приглушенным голосом на языке, которого я не понимаю. Майкл от души смеётся, прежде чем ответить. У меня нет времени на эту чушь. Мне больше нечего сказать. Когда я рывком открываю дверь, мы каким-то образом переносимся обратно в гостиничный номер, и солнце уже скрылось за горизонтом. На часах почти полночь. Но мне казалось, что нас не было минут двадцать. Ущерб, причинённый появлением Майкла, больше не заметен. Нет даже осколка стекла или пятнышка облупленной краски. Как будто его здесь вообще не было.

— Ты можешь поверить этому придурку? — фыркаю я. Теперь моя очередь заглянуть в мини-бар.

— На самом деле, Майкл вёл себя нежно, — комментирует Люцифер, сидя на диване. — Он многогранен. Есть самодовольный Майкл, злобный Майкл, брюзгливый Майкл, напыщенный Майкл и, конечно, огромный мудак Майкл. Считай, тебе повезло.

Он постукивает пальцем по подбородку, будто глубоко задумался. Я просто наблюдаю, как в его голове крутятся колёсики, надеясь и молясь, чтобы у него был план, который вытащит нас из этой передряги. У нас неделя. Неделя. Семь дней, чтобы найти Легиона, уничтожить души, загнать демонов обратно в клетку, о, и помешать оставшимся двум Всадникам активироваться и начать апокалипсис. Весёлые времена.

— Знаешь, я понимаю, — тихо говорит Люцифер. — Мы по-королевски облажались. Я по-королевски облажался. Я отвлёкся. Нет, к чёрту… я был неаккуратен. Я позволил одержимости манипулированием человечеством смягчить меня. Я знал, что Ставрос жаждал власти, но никогда не думал, что у него хватит смелости пойти против меня. И если у него всё это время была какая-то тайная преданность Уриэлю, я должен был знать. Должен был догадаться. Как и должен был знать, что Уриэль сойдёт с ума из-за мести. Стоило знать, что мои злобные демоны сговорились против меня. Точно так же, как должен был знать, что Легиону не хватит сил сражаться со Многими в одиночку. Так что да, я понимаю, почему Майкл чувствует необходимость вмешаться. Я стал тем, кого высмеивал в Легионе. И теперь должен заплатить цену.

— Но ты же не можешь на самом деле согласиться с тем, что мы все должны умереть из-за того, о чём никто не знал? — Я сажусь напротив него и наклоняюсь вперёд, упираясь локтями в колени.

— Кто-то должен заплатить цену, Иден. — Он смотрит на меня с непроницаемым выражением лица. — Я сожалею только о том, что не убил тебя, когда у меня был шанс.

Я выпрямляюсь.

— Что?

— На какую жизнь я тебя обрёк? Смерть была бы милосердием. Оглянись. Можешь честно сказать, что предпочла бы жить в хаосе, чем умереть мирной смертью, даже не сделав первого вдоха?

Я не знаю, что на это сказать, но знаю, что он так не думает. Майкл вбил это ему в голову. Конечно, Люцифер может быть первоклассным мудаком, но меняется. Он развивается. Это должно что-то значить.

— Ты же не это имел в виду, — говорю я почти шёпотом

От его голоса у меня по спине пробегает холодок.

— Да, это. И если бы у меня был шанс повторить всё снова, я бы это сделал.

Не сказав больше ни слова, он встаёт и направляется в свою спальню, оставляя меня в безмолвном унынии. Люцифер убил бы меня, если бы мог вернуться во времена, когда я была всего лишь зародышем. И как бы сильно я не хотела, чтобы это было правдой, я верю ему. Он бы это сделал. И, возможно, он всё ещё хочет.

Я направляюсь к себе в спальню хотя бы для того, чтобы сбежать от этого дня. Война развязана, Майкл назвал нам срок, и Люцифер признался, что хотел бы, чтобы я никогда не рождалась.

Я не знаю, как засыпаю, и засыпаю ли вообще. Я просто рада, что мне не снятся сны.

Когда я просыпаюсь, Люцифера нигде нет. Однако на зеркальном журнальном столике стоят ноутбук, стопка местных газет, записная книжка и меню обслуживания в номер. Записки нет. Я не удивлена, что он не оставляет записки. Он уже отчитывался перед Майклом, и ни за что на свете не станет отвечать передо мной.

Я включаю ноутбук, затем телевизор и устраиваюсь на диване. Я не уверена, что следует искать, но набираю «убийства с цифрой семь» в строке поиска. У меня такое чувство, что нью-йоркский бар и женское общество не первое и не последнее в общей теме. К моему удивлению, нет ничего относящегося к текущим новостям, поэтому я гуглю массовые самоубийства за последние двадцать четыре часа. Поисковая система выдаёт полдюжины.

Чёрт.

Я просматриваю каждую историю, записывая детали с мест преступлений, которые запомнились. В четырёх из шести упоминаются оккультные символы или странные отметины на месте преступления, и журналисты думают, не набирает ли силу новая секта, поклоняющаяся дьяволу. Каждый умирает разными, но одинаково ужасными способами. Семья мормонов из семи человек повесилась в Северной Каролине. Команда лиги боулинга в Алабаме всадила пули себе в черепа. В Джорджии группа подростков погибает в гараже, задохнувшись угарным газом. Не может быть, чтобы всё это дело рук Легиона. Он не способен на такой ужас. Так ведь? И хотя я благодарна, что меня не заставили быть свидетелем этих ужасов, задумываюсь, почему они мне не приснились.

Я теряюсь в догадках, как выполнить поиск по изображениям языка, которого не существует для людей, но набираю Демоури Шеол и натыкаюсь на вики-сайт о культах, сатане и, конечно же, демонах. Согласно сайту, Демоури Шеол, производное от энохианского, был создан после Грехопадения, как способ скрыть планы демонов от ангелов. Алфавит представляет собой набор знаков, которые не поддаются расшифровке, и из-за сложности он редко используется. Однако старейшие, самые могущественные, особенно те, кто изначально впал в немилость, хорошо разбираются в нём. Демоны, как Легион и, вероятно, Феникс.

Я готова сдаться после того, как прочесала сайт в поисках любой информации, которая может помочь, когда вижу изображение знакомой реликвии: Искупителя. Простой рисунок, но красные рубины вдоль рукояти и изогнутого лезвия не вызывают сомнений. Под картинкой описаны атрибуты и список существ, для которых он якобы смертелен. Ангелов, особенно архангелов, в этом списке нет, что неудивительно. Однако мне бросается в глаза факт. Считается, что рубины в Искупителе — это кровь Христа. Это Божий способ борьбы с самым мрачным злом в мире. Но, зная, что это может убить и ангелов, я гадаю, не хотел ли Бог держать в узде не только демонов. Возможно ли, что Он видел ту же тьму в своих самых чистых, совершенных творениях после того, что случилось с Разрушителями и Создателями? Бог должен был знать, что наделение ангелов такой властью может иметь катастрофические последствия. Ожидалось, что люди проиграют, но у древнего небесного существа в распоряжении эоны времени, а значит, рано или поздно им станет скучно. И, как сказал Люцифер, праздный ум — это игровая площадка дьявола.