Чтение онлайн

Сивый, задумавшись, стал снова прохаживаться по комнате.

– Матч был напряженным. Ловцы никак не могли увидеть снитч, и игроки старались как можно больше мячей забить в кольцо. Маркус сказал, что Вуд, игравший на месте вратаря, был великолепен. Он не давал шанса соперникам, отбивая бладжеры и квоффлы. Соперники, команда Флинта, стали играть, используя грязные приемы. И вот в Оливера полетели специально направленные мячи, два бладжера и квоффл. Один он успел отбить, от второго увернулся, а третий, попавший прямо в висок, сбил его с метлы. Вуд упал на землю.

Представлявшего всю эту картину Люпина бросило в жар. Слишком живо напомнило это ему ночь, когда его оттаскивали от лежащего на земле Фенрира, пораженного чьим-то проклятьем. А представить, что чувствовал парень, смотрящий, как его будущий партнер камнем несется к земле, у оборотня не было ни сил, ни желания.

– Но почему он упал на землю?
– перебил Ремус Сивого.
– Ведь там должна была быть защита, которая предотвращает несчастные случаи на поле.

– Она не сработала, - жестко ответил вожак и добавил: – В нашей стране на турнирах очень часто случаются такие сбои в магической защите.

– Но тогда…- Ремус понимал, что шансов выжить после удара бладжером в висок и упав с такой высоты у гриффиндорца не было. И то, что он сегодня видел его живым, не иначе как чудом назвать было невозможно.
– Оливер должен был погибнуть. Как случилось, что он спасся?

– К тому матчу Маркус уже знал, что Вуд является его истинной парой. Флинт планировал наладить с ним отношения и хотел после игры пригласить куда-нибудь гриффиндорца. Но не успел, – продолжил рассказ вожак. – Там, на поле, когда Оливер падал вниз, Маркус мысленно послал мольбу о спасении партнера. Не знаю, откликнулась ли на его просьбу магия, или у Вуда сработал какой-то семейный артефакт, или парень просто счастливчик, каких мало, но факт остается фактом - гриффиндорец остался жив, но парализован.

– А что говорят врачи в Мунго?
– Люпин прекрасно понимал, что оборотень в любом случае не оставит партнера в беде, но жить рядом с любимым человеком, зная, что он никогда не встанет, не заговорит, не обнимет… Такой судьбы он не пожелал бы и худшему из врагов, не говоря уже о бывшем ученике.

– В больнице состояние парня стабилизировали, - в голосе у вожака Ремус различил нотки усталости, что свидетельствовало, что его партнер, несмотря на всю его суровость, тоже переживал за молодую пару.
– И развели руками, сказав, что он на всю жизнь останется в виде лежащего полутрупа с приклеенной улыбкой на лице.

– И Маркус забрал Оливера в стаю, - уверенно сказал Люпин, понимая, что на месте слизеринца поступил бы точно так же - увез бы партнера в самое безопасное место, где ухаживал бы за ним, пытаясь своей заботой донести всю свою любовь.

– Именно, - согласился Сивый и продолжил рассказ: - Сейчас единственный шанс для парня выздороветь - это стать оборотнем. Так что в это полнолуние Оливер и Маркус предстанут перед Хранителем, после чего Маркус получит разрешение на инициацию своего избранника.

– А испытательный срок? – уточнил Ремус.

– Он у них как раз подходит к концу, – пояснил вожак.
– Маркус доказал, что он не оставит своего избранника и сможет за ним ухаживать, даже если тот навсегда окажется прикованным к инвалидному креслу.

Люпин задумался, размышляя над рассказом Сивого. Хозяин дома улыбнулся, наблюдая за своим любимым. Альбусу так и не удалось сломить его мальчика, он по-прежнему был любопытен, но в то же время осторожен - прежде чем озвучить свою точку зрения, Ремус всегда пытался узнать всю информацию.

– Рир, а что будет, если избранник волка будет согласен с ним жить, но сам оборотнем не станет? – спросил вдруг Ремус.
– Как поступают в таких случаях?

– В таких случаях Хранитель связывает пару специальным ритуалом и дает избраннику медальон с клоком шерсти волка. Именно он и служит опознавательным знаком для остальных оборотней.

– А почему ты не называешь Хранителя по имени?
– снова задал Люпин вопрос, позабыв, что сейчас спрашивать должен Фенрир.

– Хранитель весьма известный среди магов человек, - Сивый решил не напоминать о договоре, справедливо полагая, что его время спрашивать наступит очень скоро.
– Но вот уже несколько лет все, в том числе и ваш директор, считают, что он мертв. Мы не называем его имя, поскольку не знаем, какие ритуалы проводил Дамблдор. Ты же знаешь про…

– Сигнальную магию, – продолжил Люпин мысль партнера.
– Если называется имя конкретного мага, то кто-то слышит это или же этот факт фиксируется на пергаменте: кто и в каком контексте упомянул это имя.

– Точно, - кивнул вожак.
– Как ты понимаешь, в нашей жизни Хранитель - весьма значительная фигура, и мы все беспокоимся о его безопасности.

– Но ведь у него должен быть преемник или заместитель? – Люпин хотел досконально разобраться в сложившейся ситуации, чтобы потом не попасть впросак.

– Должен, Ремми, должен, - вздохнул вожак.
– Но его пока нет. Хранитель каждый год ждет мага, который смог бы перенять у него знания, опыт и обязанности, но пока такового нет.

– Фенрир, как я понимаю, Хранитель весьма сильный маг. Тогда почему он ничего не сделал, чтобы остановить Дамблдора? – эта несостыковка уже много времени не давала покоя оборотню. Почему этот таинственный Хранитель молча наблюдает за произволом директора вместо того, чтобы прекратить его?

– У них свои правила и законы, – снова в голосе Сивого послышалась усталость.
– Он не может вмешиваться в жизнь волшебников. К тому же, ему удалось сохранить жизнь многим оборотням и не потерять многовековые знания. А это уже, согласись, немало.

– Но… - Люпин хотел было запротестовать, но был прерван партнером.

– Нет, Ремми, мы не будем это обсуждать. К тому же, сейчас моя очередь задавать вопросы.

– Спрашивай, – оборотень понимал, что Сивый прав, и как бы ни хотелось ему не отвечать на вопросы, это нужно было сделать, дабы между ними в будущем не было никаких недомолвок.

– Ты голоден? – вожак решил не пугать сразу своего гриффиндорца расспросами.