Чтение онлайн

Людоед по инерции развернулся и ударил наотмашь второй рукой. Панголин видел боевую систему великанов и знал, что она не отличается тактикой и хитрыми приемами: расчет был на силу. Он легко отскочил назад, только кончики толстых пальцев с каменными ногтями чиркнули по груди, не причинив вреда. Гигант развернулся и встал, широко расставив ноги. Глаза стрельнули на валяющийся в траве лук и колчан.

Грэм уже пожалел о том, что кинул его: сейчас можно сделать хороший выстрел.

Великан, не сводя глаз с панголина, спокойно вырвал стрелу из груди и оскалил желтые квадратные зубы в кривой ухмылке. Это был довольно старый, бывалый воин. На абсолютно лысой морщинистой голове белел широкий рубец, который мог оставить только огромный зверь или другой великан. Он спокойно стоял и наблюдал за человеком, приводя в норму сбитое долгим бегом дыхание. Квадратная, похожая на ковш нижняя челюсть жадно хлопала, пожирая большие порции воздуха.

– Ээыррр… Бооол даавноо еел слаадкоо… - прорычал он.

Грэм медленно попятился. Высчитывая шаги, которые придется сделать людоеду – он правша, бить будет справа. Неуклюжие и неповоротливые гиганты всегда бьют наотмашь и правильно рассчитать дистанцию, и направление удара было не сложно. Остановившись так, чтобы слева прикрывало небольшое деревце и кусты, панголин вызывающе закрутил мечом.

– Давай!
– выкрикнул он и зашипел.

Лысая голова людоеда сверкнула в лучах солнца. Из пасти вылетел дикий рев – его терпению пришел конец. Земля задрожала от грузных шагов. В два прыжка он оказался рядом – в точно высчитанном месте – и со всего размаху ударил справа. Растущие стеной кусты на мгновение замедлили молотоподобный кулак. Этого хватило, что бы Грэм рубанул и отпрыгнул, уходя от удара – кончик клинка распорол грубую кожу, добравшись до ребер. Великан охнул, отмахнулся, но не достал. Выпад, удар – брызги крови из разрубленных костяшек толстых пальцев. Рев, хруст – гигант вырвал руку из кустов в могучем ударе. Грэм ушел в сторону, оказавшись за спиной людоеда. Свистнул меч, вгрызаясь в бугристую дугу позвоночника – клинок, распоров мясо, застрял в пояснице. Панголин изо всех сил дернул за рукоятку и, споткнувшись о кочку, упал.

Дикий рев оглушил окрестности. Грифы, внимательно наблюдавшие за сражением с соседнего дерева, захлопали крыльями, пронзительно закричали удовлетворенные кровавым зрелищем: тонкий аромат крови уже достиг их чутких носов.

Кувыркнувшись назад, Грэм вскочил на ноги. Истекающий кровью гигант уже готовился к новой атаке. Панголин не дожидаясь, побежал в сторону, описывая дугу вокруг врага. Тот, переступая с ноги на ногу, выбирал направление. Добежав до края кустов, охотник развернулся и пошел на второй полукруг. Великан топтался на месте, еле заметно прихрамывая. Когда панголин снова развернулся, гигант ринулся наперерез. Грэм метнулся навстречу, прыгнул в растопыренные ворота ног и проехал по скользкой траве, махнув клинком – лезвие скользнуло по жесткой растительности в паху, не причинив вреда. Людоед сгреб в охапку воздух.

Оба врага развернулись лицом к лицу.

Грэм стоял спиной к зарослям кустарника. Обрадовавшись такой позиции, великан медленно пошел вперед. Не дожидаясь прямого столкновения, панголин вновь стал заходить по дуге. Они описали довольно большой круг, и Грэм вновь оказался возле кустов.

Великан, собрав все силы, прыгнул. Его скорость уже не была прежней и охотник легко увернулся. Не успев вовремя остановиться, людоед завалился в колючие заросли. Уставший, истекающий кровью гигант барахтался, словно рыба в сетях, пытаясь подняться.

Не упуская такой возможности, панголин вскочил на спину людоеду, со всего размаху вонзил меч между ребер и всем телом навалился на рукоятку, пропихивая лезвие как можно глубже. Великан взревел и сбросил Грэма в кусты – ветки сковали, словно цепи. Муталюд пытался схватить врага за ногу – охотник вывернулся. Пальцы великана уже скребли по зеленым чешуйкам сапог, но ухватиться он никак не мог. «Если он дотянется, то это конец, - мелькнула мысль.
– Вырваться уже не получится. Меня сожрут прямо тут. Живьем!»

Звуки разом стихли. Вся жизнь показалась одним законченным клубком событий. Из этого клубка вырывались отдельные воспоминания, люди, они на мгновение приближались к самому лицу и так же быстро возвращались в кипучий водоворот. Сцены из жизни прыгали невпопад, на миг показывались и исчезали. Можно было даже выделить паузы между ними. И хорошие моменты жизни и плохие – все сейчас выглядели одинаково и равнозначно. Самые яркие и самые ничтожные пережитые эмоции выровнялись в прямую линию безразличия и порядка. С нарастающим треском врывались в сознание последние события: муравьи, острокрыл, оскалившееся лицо великана, его ухмылка, как в тот день на дороге, того самого людоеда, кровь, кусты…

Что-то лопнуло в ушах – Грэм вернулся к реальности.

Это не конец: великан все так же царапал каменными ногтями сапог, пытаясь схватить, а Грэм все так же, упирался и, разгребая окровавленными руками ветки, полз.

«Нет, это не конец! Только не так и только не здесь!»

Собрав все силы, и на мгновение, задержавшись, чтобы лучше упереться, панголин рванул, выпихивая тело вперед! Еще! Еще! Снова и снова он выпрямлял ноги, пиная землю.

Проламываясь сквозь путы, рыча как дикий зверь, Грэм выпал наружу. Откатился и вскочил на ноги – в глазах поплыли мутные пятна, ноги подгибались и дрожали, отказываясь слушаться. Вдох-выдох, вдох-выдох – грудь работала на пределе, перекачивая воздух.

Охотник вытащил кинжал и метнул в людоеда. Но клинок угодил в ветку и беспомощно повис, зацепившись за сук. Грэм развернулся и, шатаясь, побрел искать брошенный лук.

Когда великан, хрипя и размазывая по лицу кровавые сопли, выбрался на траву, панголин уже натягивал тетиву.

Жизненные силы покидали людоеда быстрее, чем пустел колчан. Дул легкий ветерок. Слышался только методичный звон тетивы, да тяжелый хрип великана, сбивающийся резкими ударами стрел. Мир затаился, ожидая развязки.

Вскоре огромная туша рухнула. Грэм опустил лук и сел на прохладную землю. С соседнего дерева шумно взлетели грифы. Следя за ними, охотник увидел высоко в небе кружащего острокрыла.

«Грифам придется подождать своей очереди. Надо уходить как можно быстрее» - панголин тяжело поднялся и, обойдя поверженного, но еще хрипевшего великана стороной, побрел в развороченный куст искать кинжал.

Гигант несколько раз пытался встать, но изуродованное тело не слушалось и, стеная от боли, он падал. В красных выпученных глазах застыло непонимание причин своей беспомощности.

Грэм подобрал сумку и разбросанное оружие. А когда стоны и хрипы затихли, взобрался на людоеда и обхватил липкую рукоять меча. С трудом прорезая мясо, расшатывая взад-вперед, вытащил зажатый костями клинок из могучей спины. Наспех стер кровь и, не мешкая ни секунды, поспешил прочь.

Острокрыл проделав круг, опустился на землю рядом с телом. Крикнул на назойливых грифов, которые скандаля и ругаясь, скакали вокруг. Те почтительно отступили. Переваливаясь с ноги на ногу, цепляясь крючковатыми когтями за траву, он подошел к великану. Склонил голову набок и замер, всматриваясь черными немигающими глазками в застывший взор гиганта. Он понимал: все кончено, но в маленьком мозгу ящера не укладывался такой исход битвы – чтобы красноголовый ящер победил великана. Но долгие размышления не свойственны рептилиям, наступив лапой на голову людоеда, он принялся работать клювом словно киркой, глубоко погружаясь в плоть при каждом ударе.

Ветер далеко разносил запах свежей крови – вскоре выстроится очередь из желающих отведать блюдо из великана.

Грэм не оглядываясь, побежал на восток к темно-синей полоске на горизонте, подальше от начинающегося пиршества. Только сейчас он осознал произошедшее: он чувствовал страх, близкую смерть и прилив сил – он победил великана! Несмотря на усталость, ноги сами несли вперед. Легкий ветерок дул в лицо, принося с собой прохладу и запах луговых цветов – панголин жадно вдыхал подогретый солнцем сладкий аромат.