Чтение онлайн

Ну что, Суворов, теперь-то ты меня заметил?

Заметил!

Женское самомнение затеяло со мной роковую игру.

Играть я и не думала…

Но соблазн стремительно возрос.

Особенно, когда мы просто по разные стороны могли спуститься со ступенек лехиного подъезда. И никогда, никогда больше не испытать инстинктивного чувства обоюдной охоты, обоюдного желания.

Обоюдного…

Тот самый миг, когда я выпорхнула на крыльцо, затормозил в сознании, предупреждая, что еще один шаг и все! Я лишусь шанса побыть с ним рядом, испытать то, что так страстно желала, что снилось мне по ночам, что грезилось в полумраке.

И понимание того, что я не хочу сейчас его отпускать, круглой воронкой закрутило в груди.

Сжало.

Потребовало действий.

Я остановилась.

Повернула голову.

И посмотрела на него.

Когда наши глаза встретились, я ни о чем в тот миг не думала.

Но я чувствовала.

Ощущала, как горит за грудиной это чертово желание, чтобы он что-нибудь сделал.

Сказал.

– Тогда подвезешь, - бездумно, совершенно бездумно бросила я и шагнула к нему.

В одном шаге: грация, женственность и… мечта. Мечта о нем. И только сегодня она может исполниться. Здесь и сейчас.

Пусть будет. Возможно это единственный шанс, способ избавиться от Тимофея в моей голове.

Когда он, не задумываясь, кивнул мне в ответ, я уже поняла, что все будет.

Мы идем в сторону припаркованных машин.

– Я закурю?

Вскидываю брови.

– Да. Конечно, - на миг теряюсь я.
– Чего ты спрашиваешь? Взрослый мальчик.

Остановившись около хэтчбека винного красного цвета, я наблюдаю, как в темноте вспыхивает пламя, а затем маленький круглый огонек.

Суворов отходит на пару шагов назад, желая исключить меня из зоны доступа дыма и специфического запаха. Снег противно скрипит под его ногами.

– Так ты куришь?

– Иногда, - Тим медленно выдыхает струю дыма вверх.

– Но не в машине.

– Нет, - мотает головой.

Оно и понятно. Нет-нет, не хочу думать о ней!

Гоню мысли прочь и смотрю на него.

В густых сумерках лицо Тима плохо видно, но когда он затягивается, маленький огонек освещает его, будто набросок картины, статую в парке.

Он стал более мужественным, сильным. Таким, каким я и хотела. Каким представляла его в своем воображении.

Но этот мужчина чужой. Был. Есть. И будет.

И только сегодня в мозг закралась мысль, что он может быть моим.

Вопрос: а действительно ли я этого хочу?

Да.

Другого шанса у меня не будет.

Теперь я это не только инстинктивно чувствую, но и осознаю это желание.

Покончив с сигаретой, Суворов впрыснул себе что-то в рот. Спустя секунду я поняла, что это был освежитель дыхания.

– Поехали.

Отомкнув машину, он обошел ее и открыл мне дверцу.

– Спасибо, - ровно выдала я, опускаясь на пассажирское сиденье и избегая прямого взгляда.

И тут произошло невообразимое.

Оказавшись с Тимофеем в непосредственной близости, мое сердце бросилось вскачь. Я так ясно ощущала его «бух-бух», что невольно испугалась, как бы мое сердцебиение и внезапное волнение не разоблачил Суворов.

Отворачиваюсь к окну.

Шум мотора, скрип снега под шинами.

Кажется, пронесло.

– Куда?

Называю адрес. Интонацию голоса стараюсь держать ровно.

– Так ты с Васей живешь? – иронизирует он.

– Да, - хмыкаю я, - уже два года.

По его виду заметно, что история с котом его умиляет.

– Что смешного, Тим?

Впервые позволяю себе его назвать по имени.

Тим.

Когда это происходит, он мельком глядит на меня.

– Я слышал, ты в Москву уезжала.

Слышал он. Леша рассказал. Гад!

Это моя самая нелюбимая тема! Вот вообще никак. Не собираюсь этого скрывать и всем своим видом показываю, что не желаю об этом говорить.

– Было дело, - отворачиваюсь к окну.

– Чего не позвонила?

Неожиданно слышу я.

Он сейчас серьезно?

Суворова никогда не волновали мои проблемы, зачем сейчас что-то изображать. Не буду высказывать ему это, потому что иначе придется упомянуть его супругу. А если я сейчас буду чаще поднимать в своем сознании ее, все мое желание обломится.

– А ты чего не позвонил?

Встречаемся на короткий миг глазами и вновь расходимся – он следит за дорогой, я задумчиво рассматриваю свой маникюр.

– Да, ты права, Вик, - с нотой грусти соглашается Суворов, - я мог позвонить, но не сделал этого…

– Знаешь, Тимофей, - во второй раз мне его имя дается уверенно, - меня сейчас все устраивает. Я не собираюсь думать и говорить и том, что было в прошлом. Это уже миновало. Это уже за моей спиной, а я никогда не оборачиваюсь.

Моя философия не сильно-то впечатляет Суворова, однако тему о Москве он больше не поднимает.

До самого моего дома мы говорили немного. Об улице, о городе, о людях.

Припарковавшись в моем небольшом дворе, мы замолкаем. Тим выключает движок, и мы сидим в полной темноте. Только свет фонарей дает легкое интимное освещение. К тому времени у меня проходит вся тревога, и я точно понимаю, чего я хочу.

– Пойдем, - хватаюсь за ручку двери.

– Куда?

– На чашку чая.

Тимофей перестает мигать. Сосредотачивает взгляд на моих глазах. И, не сказав ни слова, выбирается из машины.

Моя дверь глухо щелкает и распахивается.

А затем я вижу его руку.

Опираюсь на нее, выхожу из автомобиля.

– Окна квартиры выходят сюда? – Суворов вскидывает глаза на дом.

– Да.

Он ставит машину на сигнализацию и, взяв меня под руку, ведет к многоэтажке.

Мы заходим в подъезд, проходим до квартиры.

Так же молча я открываю дверь и впускаю Тима в свое жилище.

– Ого! Вот это питомец! – пораженно восклицает он, увидев кота.

Мой Вася породы бурма. С округлыми желтыми глазами, с короткой блестящей шерсткой, с крепким мускулистым телом производит впечатление строго и даже сурового хозяина.

– А ты думал! – с улыбкой кошусь на кота, - у меня хороший вкус!

Брякнула я и подхватила Васю на руки. Тот с нескрываемым недовольством глядит на гостя.

– Проходи. Раздевайся. Я сейчас за ним немного поухаживаю, - показываю на кота, - и приготовлю тебе чай.