Чтение онлайн

Тимофей шуршит одеждой, а я уделяю несколько минут своему Васе.

– Располагайся, - призываю я, провожая Суворова в зал.

Он изучает обстановку и присаживается на диван.

– С чем любишь чай? Есть варианты, - загадочно улыбаюсь, - с малиной или с ежевикой?

– Давай с малиной, а то как-то горло болит.

– Хорошо, - едва сдерживаю улыбку, - сиди здесь. Я все принесу.

Иду в ванную. Скидываю одежду и принимаю душ с гелем с малиновой отдушкой. После на тело наношу лосьон все с тем же букетом аромата. Заматываюсь в огромное полотенце.

Подсушиваю феном волосы, тщательно расчесываю. Если этого не сделать, завтра я проснусь Кузей Домовенком.

Прежде чем выйти из ванной, бросаю взгляд в зеркало.

Интересно.

Но я до сих пор не передумала.

Выхожу.

Прежде чем пройти в зал, пару секунд наблюдаю за Тимофеем.

Он спокойно в полумраке смотрит телевизор, заметив меня, выключает его и отбрасывает пульт.

Не теряя зрительного контакта, я мягкой поступью подхожу к Тиму и усаживаюсь на него сверху. Руками я по-прежнему сжимаю на груди полотенце.

В следующую секунду мужская ладонь скользит по обнаженному участку спины, плотно захватывает шею сзади, побуждая наклониться к нему ближе.

Суворов шумно и медленно втягивает запах моего тела.

– Малина.

– Да, малина, - подтверждаю я и позволяю своим рукам скользнуть на его плечи.

Тимофей

Под утро я был просто «убит» сном.

Предрассветные часы отличаются сладостной, блаженной дремотой и обычно меня с легкостью вырубает.

Вот я и чувствую, что вновь провалился в это состояние глубокой спячки ровно до тех пор, пока в ноздри не заплывает аромат терпкого кофе.

Мозговые токи тут же реагируют, пробуждают мозг и дают сигнал проснуться телу.

Отрываю голову от подушки и, поставив на нее подбородок, гляжу перед собой. Перед этим я почуял, что она смотрит на меня, но не понимаю, почему молчит.

При полном марафете Сова спиной подпирает косяк дверного проема и глядит строго на меня. В руках на уровне талии держит чашку кофе.

– Привет.

– Доброе утро, - потягиваясь, сонно произношу я.

– Будешь? – Вика приподнимает чашку в руках чуть выше.

Соображаю над ответом, вот только Сова, не дожидаясь его, ставит передо мной табурет и приземляет горячий напиток на его поверхность.

– Кофе в постель? – не до конца проснувшись, иронизирую я.

– В диван.

– Чего такая «добрая»? – В глаза не смотрит. Упрямая.
– А, Вик? Я грешным делом подумал, что ночью я тебя всецело удовлетворил.

Она давит улыбку и ожидаемо вскидывает глаза.

– Два часа против двух лет с Васей, - скептически прикинула она, потирая указательным пальцем подбородок.

– Согласен, что мало, – принимаю сидячую позу, беру кофе с импровизированного столика и отпиваю, - так ты сама, Вика, убежала в спальню спать с котом. Я же хотел, чтобы ты осталась. Что за детский сад, Вик? Бегать от мужика, с которым… - многозначительно приподнимаю брови.

Сова пару раз медленно хлопнула глазами. Могла бы проигнорировать мой вопрос, однако она этого делать не стала и все четко пояснила.

– Ну, во-первых, сплю я одна, а не с Васей. Привыкла я так. Ты бы меня все равно подмял: ногу бы, руку бы закинул, а я так не могу. Мне нужно, чтобы, когда я сплю, меня никто не трогал, - она делает объясняющие пассы руками.
– Я даже в детстве все игрушки, которые заботливо укладывала рядом с собой перед сном в кровать, ночью безжалостно выкидывала прочь. Люблю я спать одна. Вот что поделать? Считай, что это мой бзик. Но что есть, то есть.

Говорит честно, да и нет у меня повода ей не верить. У каждого из нас есть тараканы: у кого-то они рыжие, а у кого-то с Мадагаскара.

Ее рассказ вызывает у меня невольную усмешку.

– А я уже подумал, что ты о котике своем беспокоишься.

– Я о Васе беспокоюсь, - деловито поставив руки на пояс, расставляет точки над «i» она, - но о себе я больше всего беспокоюсь.

Ее губы слабо улыбаются.

– Не бери в голову, ты все равно, должно быть, скоро уезжаешь, - обреченно, но с нотами смирения заявляет она.

Делаю глоток бодрящего кофе и отставляю на табуретку-столик.

Что-то здесь не так…

– С чего ты взяла, что я уезжаю? – адресую Вике внимательный взгляд.

– Тебе, Тим, что ли никуда не нужно?

Удивление на ее лице неподдельное. Странно. Она что, ничего не знает? Я допускал мысль, что Леха мог поведать ей весь расклад. Напрягаю извилины и припоминаю, что вчера брат с сестрой Савельевы тет-а-тет не оставались. Значит, Сова не знает. Но до того? Общие знакомые все равно в курсе, что произошло с Ульяной. А вот о том, что я решил вернуться в родной город, знают единицы. Хотя впрочем, какое Вике дело до моей личной жизни? Живет себе с котом и хлопот не знает.

– Нет.

Она ненадолго сводит брови так, что меж них пролегает тонкая линия.

Не верит?

– А в Москву когда? – все тем же недоумевающим тоном спрашивает она.

Не верит. Точно. Потому что не в курсе Вика. А я сейчас говорить об этом не могу…

– Чего так сильно меня спровадить хочешь?

Вбираю в легкие больше воздуха и повторно растягиваюсь на диване.

– Не хочу, - сомневаясь, произносит Сова и неуверенно пожимает плечами, - я, правда, думала, что ты будешь утром торопиться…

Она в задумчивости проходит мимо и останавливается рядом с диваном.

– Ага, - сползая с подушки, ненароком накидываю простынь чуть ли не до подбородка, - уже шнурки в прихожей завязываю.

– Учти, мне к десяти. Так что долго поваляться все равно не получится, - предусмотрительно, но без укора предупреждает.

Наши глаза встречаются.

Смотрим друг на друга.

Несколько секунд я играю с ней: пусть понервничает, погадает, что происходит? И чего я хочу?

Вика даже не замечает, что я поднапрягся и приготовился к «нападению».