Чтение онлайн

– Очень интересно!
– сказал Меркулов-старший.
– Очень интересно и зорко!

– Не верю, - отрезал Глебов.
– Всех к стенке!

– Генерал, нашего друга Гиацинтова, право довольно трудно заподозрить в красноватости, - сказал премьер-министр.

– Второе сообщение. Я пока ничего не могу утверждать определенно, однако мне представляется, что в городе, даже после уничтожения большевистского подполья, все равно существует глубоко законспирированная очень сильная организация. И в том, что не работают моторы танков, уважаемый генерал Глебов, виноваты отнюдь не наши японские братья, а красные.

– Какие, кто, где?!

– Я пока что не обладаю достаточным количеством фактов, чтобы ответить сейчас же на ваши вопросы. Идет тщательная оперативная работа, и, по-видимому, в течение ближайших дней я смогу доложить о результатах.

– Прекрасно, - сказал Меркулов и что-то отметил в календаре, - в этом деле надо тоже тщательно разобраться. Переходим к следующему пункту.

Меркулов не успел сказать, каким будет следующий пункт, потому что в кабинет вошел Фривейский и положил перед премьер-министром большой телеграфный бланк, на котором сверху было набрано красными буквами: <Срочно. Совершенно секретно. Правительственная>. Спиридон Дионисьевич надел очки, взял в руки телеграфный бланк и начал читать по складам, как все дальнозоркие люди, отставив бумагу далеко на вытянутую руку. Читал он телеграмму долго, дважды.

– Господа, - попросил он.
– Прошу всех встать.

Все поднялись.

– Господа, члены царствующей династии Романовых пишут мне из Европы, что их сердца и помыслы со мной, в моем великом деле! Теперь я не вижу ничего, что мешало бы договориться с атаманом Семеновым. Как патриот, после этой телеграммы он, я думаю, поймет мою роль в нашей великой борьбе.
– Меркулов поцеловал краешек телеграммы и сказал: - Прошу простить, господа.

Быстрыми шагами, заложив руку за отворот френча - ни дать ни взять Керенский, - ушел в маленькую комнатку, к киоту. Рухнул на колени перед образами и начал жарко молиться. Глаза его засветились, и ноздри стали трепыхаться. Это значило - быть сейчас слезам.

Н о т а

заместителя официального представителя РСФСР

в Великобритании министру иностранных дел Великобритании

Керзону

Г-н Берзин свидетельствует свое уважение лорду Керзону оф

Кедлстон и имеет честь обратить внимание Правительства Его Величества

на факт вербовки беженцев для белых армий на Дальнем Востоке, который

имеет место в лагере для русских беженцев в Египте.

До нас дошли сведения о том, что немедленно после недавнего

переворота во Владивостоке среди русских солдат, находящихся в

русском лагере <Б> в Александрии, Сиди-Виша, начала проводиться

агитация за вступление в белые армии на Дальнем Востоке. Эта агитация

была санкционирована администрацией лагеря, и когда несколько недель

спустя к лагерю подошел пароход, всем добровольцам было разрешено

совершить посадку на него, причем власти, по-видимому, были

осведомлены о пути следования судна.

Далее, принимая во внимание современные условия международного

судоходства, г-н Берзин вынужден заключить, что транспортные средства

не могли быть предоставлены иначе, как с ведома и даже с помощью

некоторых союзных правительств. Таким образом, события во

Владивостоке, которые справедливо приписываются военным замыслам

Японского Правительства, по-видимому, также получили поддержку со

стороны какого-то другого правительства.

Г-н Берзин надеется, что Правительство Его Величества, которое

всегда отрицало какое-либо участие в недавнем перевороте во

Владивостоке, обратит должное внимание на факты, которые доведены до

его сведения, и предпримет все необходимые шаги, дабы

воспрепятствовать вербовке в белые армии русских беженцев в лагерях,

находящихся под его контролем.

Берзин.

КАФЕ <АФРОДИТА>

_____________________________________________________________________

Гиацинтов позвонил в редакцию Ванюшину и попросил Николая Ивановича встретиться с ним - выпить чашку кофе и посоветоваться по важному делу.

Гиацинтов приехал в кафе первым, сел возле окна, закурил, попросил лакея принести два кофе и, опершись лбом о ладони, принялся разглядывать серые прожилки на белом мраморе стола.

Ванюшин вошел в кафе тихо, глядя себе под ноги, на приветствия знакомых не отвечал. Сел возле полковника и спросил:

– Что-нибудь неприятное?

– И да и нет, - ответил тот, заправляя в длинный мундштук сигарету. Я похитрить тебя позвал.

– Устал.

– От хитрости не устают, от нее гибнут.

– Афоризмы, афоризмы - они-то красивы, а истина уродлива.

– О! Это даже не афоризм, это аксиома. Что Исаева не привез?

– Ты же просил меня приехать одного.

– По-моему, ты доверяешь ему больше, чем себе.

– Себе-то я вообще не доверяю, я - растратчик по натуре.

– Коля, как на исповеди: ты Исаева давно знаешь?

– Я работал с ним у Колчака и шел от Омска до Харбина.

– Ну а если мы его возьмем к себе?

– Он не согласится.

– Ты меня неверно понял. Что, если мы его заберем?

– Причины?

– У меня нет явных улик, у меня есть уверенность, построенная на интуиции.

– Я не дам его в обиду, Кирилл. Не потому, что, как и всякий русский интеллигент, я не люблю жандармов, нет. Просто нельзя хватать людей по интуиции, это средневековье.

– А если я дам компрометирующий материал?

– Другой разговор.

– Я жду ответа из Лондона и Ревеля... Но тогда я буду со щитом и припомню этот разговор.

– Ты что - угрожаешь?

– В некотором роде.

– Господь с тобой, Кирилл, я уже пуганый, с тех пор ни хрена не боюсь. Сволочи, в кофе соли целую чайную ложку кладут.

– Турецкий рецепт.

– Ерунда, просто кофе зазеленелый, иначе он плесенью отдает. И поскольку я отношусь к тебе с симпатией, Кирилл, не советую зря рисковать: я-то - бумагомаратель, я-то - зерно, но Меркулов будет недоволен. Об этом я уж позабочусь.

– Ах, вот так...

– И не иначе.

– Считаем, что этого разговора не было вовсе.

– А его и не было, - улыбнулся Ванюшин и стал рисовать пальцем замысловатые узоры на запотевшем окне.

Уже третий день шел дождь со снегом, океан казался коричневым, он был иссечен тонкими струйками, и если по вечерам, когда город затихал, подолгу слушать, начинался тоненький стеклянный перезвон - дождевые пузырьки лопались.

САЛОН-ВАГОН МЕРКУЛОВА

_____________________________________________________________________