Чтение онлайн

– Кое-что о секретном переводческом поручении. – Эзлем садится на диван.

– Ага. А на самом деле? Теперь мне надо будет искать для тебя шакалов еще и в Пампасах? – Лина садится в кресло, с которого она видит Эзлем в полупрофиль. Она не хочет смотреть ей в глаза. – Ладно, я была недовольна, но я сделала то, что…

Эзлем перебивает:

– Речь о Яссине.

– Знаю, я разозлилась, но выполнила то, что надо было сделать. Он хочет, чтобы я извинилась?

Лина чувствует, как ускоряется сердцебиение. Пора принять медикаменты. Она нагибается, открывает сумку, достает пузырек и проглатывает таблетку.

– Все в порядке? – спрашивает Эзлем.

– Конечно. Жарко, но я в норме, – она чувствует, что успокаивается, и продолжает: – Я занимаюсь этой работой вовсе не для того, чтобы разбирать лживые сообщения, неправдоподобные до такой степени, что никто никогда им не поверит. Такого рода новости, будь то шакалы, волки или медведи, появляются каждые несколько недель. Полагаю, конечно, хорошо, что мы в курсе дела, но это сводит на нет результаты наших расследований и попытки повлиять на общественное мнение, а я хочу…

– Я здесь не поэтому, – Эзлем снова улыбается, что случается довольно редко, и это вызывает тревогу. Она выпивает глоток воды и отставляет стакан: – Яссин в больнице.

– О черт, что с ним? – испуганно спрашивает Лина.

Эзлем внимательно смотрит на нее:

– Ты могла бы догадаться, почему я так срочно пришла к тебе.

Лина старается не смотреть на нее, выжидает.

– Я знаю, что между вами снова что-то есть.

Теперь она смотрит на Эзлем в упор. Но сердце не начинает биться сильнее. Таблетки действуют.

– И поэтому ты здесь?

– Да.

– Насколько это серьезно?

– Возможно, он не протянет и до утра.

У Лины начинает кружиться голова. На мгновение ей кажется, что она ничего больше не видит и не слышит. Эзлем встает, подходит, садится на корточки, кладет руку ей на колено.

– С ним произошел несчастный случай.

– Что случилось? Я хочу к нему.

– С ним его жена.

– Что произошло?

– Он упал на рельсы перед подъезжающим поездом.

У Лины в голове начинают звучать объявления, которые она слышала на вокзале, но к Яссину они никакого отношения иметь не могли. Эзлем говорит о ком-то другом:

– Бред! С чего бы ему сводить счеты с жизнью, да еще таким образом? – она чувствует учащенное сердцебиение, несмотря на сильное лекарство.

– Наверняка он не хотел покончить с собой.

– Тогда что это за несчастный случай?

Рука Эзлем все еще на ее колене. Она произносит приглушенным голосом:

– Я бы хотела тебе кое-что показать. Где нас никто не потревожит?

Они одни в гостиной, но комната кажется такой обширной и открытой, что здесь совершенно невозможно почувствовать себя защищенным от вторжения. Лина встает и неуверенным шагом идет вперед, Эзлем следует за ней.

Родители устроили гостевую комнату там, где прежде была ее детская. Или, точнее, ее и брата. Лина живет здесь уже несколько месяцев, но до сих пор не привыкла к возвращению в родные стены. Часть комнаты, принадлежавшей брату, превратили в гостиную, там стоят два удобных кресла, между ними журнальный столик. Кроме того, письменный стол с офисным стулом, на стене висит большой экран. Кровать и платяной шкаф находятся в Лининой части комнаты, которая производит впечатление гостиничного номера. Она передвинула письменный стол на свою половину и, по сути, пребывает только там, стараясь не заходить в пространство брата.

Как только Лина закрывает за ними дверь, Эзлем говорит:

– Ты нужна мне сейчас. Ты должна мне помочь. А еще больше – Яссину. Сможешь?

В голове у Лины все вверх дном. Ее взгляд мечется от Эзлем к двери, потом к окну, на стену, на пол, лучше было бы потерять сознание.

– Что с ним? – спрашивает она тихо.

– Сядь. В кресло. Ладно? Ты должна быть очень сильной. Я знаю, ты можешь. Окей? – Голос Эзлем звучит глухо, будто издалека. У Лины шумит в ушах.

– Он что-нибудь сказал?

– Он в коме.

– Он выживет?

– Я не знаю.

– Но если он умирает, мне надо к нему! – Она встает, кидается к двери. Эзлем хватает ее за руку и удерживает.

– Нет.

Лина садится обратно:

– Почему нет?

– К нему никому нельзя. Только жене. А она и близко тебя не подпустит. – Это звучит жестко, но так надо, чтобы Лина поняла. Она пытается дышать спокойнее, подает Эзлем знак, что ей нужно время.

Эзлем садится рядом на корточки:

– Тебе лучше? Сейчас мы кое-что посмотрим. Готова?

Лина молча кивает.

– Это один и тот же эпизод, но с четырех разных ракурсов. Ты увидишь Яссина.

Взгляд Лины снова начинает блуждать по комнате.

– Крови и ничего подобного не будет.

Лина молчит.

– Очень важно, чтобы мы посмотрели это вместе. Тогда мы сможем помочь ему. Ясно? Ему срочно нужна твоя помощь.

Это срабатывает. Лина смотрит на Эзлем и кивает. Эзлем садится в свободное кресло и кладет смарткейс на стол.

Она включает первый видеофайл. Запись с одной из камер безопасности на станции метро «Театральная площадь». На экране ожидающие и снующие люди. Лина замечает Яссина прежде, чем Эзлем указывает на него. Она видит, как он пробирается между людьми к краю платформы, будто хочет сесть в поезд одним из первых. Яссин балансирует на носках ботинок и поворачивает голову туда, откуда появляется поезд. Его тело бросается вперед и исчезает на железнодорожном полотне, где камера уже не берет. Лина издает сиплый крик, отворачивается, закрывает глаза. Эзлем останавливает запись и ждет. Лина замирает, она сидит, согнувшись, закрыв лицо руками. Потом ее плечи начинают подрагивать. Она тихо плачет. Эзлем обнимает ее. Ждет. Лина порывисто встает, разворачивается и выходит из комнаты.

Взяв себя в руки, она возвращается к Эзлем. Бьющая в лицо струя холодной воды, несколько минут пустоты и еще одна таблетка помогли.

– Продолжим, – говорит она Эзлем, будто ничего не произошло.

Эзлем снова включает первое видео. Затем она показывает запись с ракурсов второй и третьей камер, а потом съемку непосредственно из поезда. Из головы первого вагона, в который встроены камеры калькулятора вождения, видно, как Яссин падает перед останавливающимся поездом и исчезает под ним, но ничего из того, что могло бы происходить на перроне.

Лина смотрит до конца, не реагируя. Внешне она выглядит сосредоточенной, в то время как в ее голове крутится одна и та же мысль: «Я делаю это для него. Я должна помочь ему».

– Как он выжил? – спрашивает она Эзлем.

– Поезд почти остановился. И хотя вагон зацепил его, Яссин упал довольно удачно, если так можно выразиться.

– Но ты не знаешь, выкарабкается ли он.

– Его уже дважды оперировали. Хуже всего – тяжелая черепно-мозговая травма. Он еще не приходил в сознание.