Чтение онлайн

— Отлично, — я встал и потянулся. — А я пока схожу на тренировку. Надо мышцы размять.

Эмили посмотрела на меня поверх очков.

— Будь осторожен, Джей. Не только с биткоином, но и с этим студентом. Вдруг он не тот, за кого себя выдаёт.

— Эмили, — я улыбнулся, — я вешу сто десять килограммов, боксирую с детства и вырос в Уоттсе. Если кто-то попытается меня ограбить из-за пиццы, это будет самый глупый грабитель в истории Калифорнии.

Она фыркнула и отвернулась к своему ноутбуку, но я заметил, как уголки её губ дрогнули в улыбке. И как она слегка покраснела.

Спорткомплекс встретил меня знакомым запахом хлорки, пота и кожи. Я прошёл мимо бассейна, где студентки в откровенных купальниках плавали на дорожках, демонстрируя подтянутые тела. Одна из них — высокая блондинка с грудью, готовой вырваться из лифчика, — заметила мой взгляд и улыбнулась, медленно проведя рукой по мокрым волосам. Я вежливо кивнул и пошёл дальше. «У меня и так в личной жизни все хорошо, — подумал я. — Не хватало ещё гарем пополнить пловчихами. Хотя, если честно, плавание — полезный навык. Может, пригодится, когда буду тонуть в деньгах и женщинах».

Я поднялся на второй этаж, в боксёрский зал. Просторное помещение с высокими потолками, ринг с красными канатами, груши всех видов, плакаты великих боксёров на стенах. В зале уже были люди. Брок Хардинг, мой личный «фанат», стоял у ринга, скрестив руки, и смотрел на меня с выражением «я тебя ненавижу, но боюсь подойти, потому что в прошлый раз ты меня унизил при всех». Я помахал ему рукой и улыбнулся. Он скрипнул зубами и отвернулся. «Бедный Брок. Его отец-спонсор, наверное, каждый вечер орёт на него за ужином: „Почему ты не можешь побить какого-то ниггера из гетто?“ А Брок молча жуёт свой стейк и мечтает о том дне, когда я уеду обратно в Уоттс. Не дождёшься».

В правом углу зала виднелась дверь, ведущая в маленькую комнату. Внутри сидела спортивный куратор Глория Мартинес. Она встала и выглянула. Её фигуру обтягивал спортивный костюм который подчёркивал каждый изгиб её роскошного тела. По моим данным ей было тридцать восемь, она прошла через травму позвоночника, которая закончила её карьеру в лёгкой атлетике. Теперь она строила карьеру в мужском мире, и каждый день напоминал ей о том, что она уже не та юная спортсменка. Она заметила мой взгляд, чуть облизала губы, но тут же одёрнула себя и приняла строгий вид. «Интересно, — подумал я, — что она чувствует? Она вроде как одинока. Тут появляюсь я — молодой, наглый, с техникой, которая её восхищает, и телом, которое вызывает у неё дрожь. Она боится это показывать, маскирует влечение под деловое сотрудничество».

Я подошёл к тренеру Марвину Джонсону.

— Уильямс, переодевайся и на разминку. Сегодня будем работать над твоей защитой. Ты бьёшь как паровой молот, но пропускаешь слишком много. В реальном бою тебя разберут за пару раундов, если не исправишь.

— Понял, тренер, — сказал я и направился в раздевалку.

Через десять минут я вернулся в зал, размялся, попрыгал на скакалке, поработал на груше. Тело слушалось идеально — мышцы работали как хорошо смазанный механизм. Марвин подозвал меня к рингу и надел лапы.

— Давай, покажи мне свой джеб. Не спеши, работай на технику.

Я встал в стойку и начал работать. Джеб, кросс, хук, апперкот. Марвин кряхтел, принимая удары, и корректировал мою стойку.

— Не опускай левую руку после джеба! Не заваливайся вперёд на кроссе! Бей из ног, а не из плеч!

После десяти минут работы Марвин остановил меня и указал на ринг.

— Сейчас будет спарринг с Рамиресом. Это твой шанс показать, чему ты научился.

Я запрыгнул на ринг. Мой спарринг-партнёр, Мигель Рамирес, уже ждал меня. Это был коренастый латинос с быстрыми глазами и татуировкой «Familia» на шее. Он вроде как был из восточного Лос-Анджелеса, сын мексиканских иммигрантов, и боксировал с восьми лет, чтобы защищаться от уличных хулиганов. В отличие от многих, он не выпендривался, а просто работал. Мы уважали друг друга без лишних слов.

— Готов, Джей? — спросил он, надевая капу.

— Всегда готов, — ответил я.

Рефери дал сигнал, и мы начали. Рамирес был быстр и техничен — он двигался по рингу, как заведённый, выбрасывая джебы и тут же уходя в сторону. Я не торопился, ждал момента. Читал его по мельчайшим деталям: напряжение плеча, смещение веса. Когда он бросился в атаку, я ушёл в защиту, принял его удары на перчатки, а потом контратаковал — апперкот снизу вверх, точно в подбородок. Он ушёл, но удар задел его, и он отшатнулся.

— Хорош! — крикнул Марвин. — Продолжайте!

Мы снова сошлись. Теперь я давил, заставляя его отступать. Мои удары были мощными и точными. Через три раунда Марвин остановил спарринг. Рамирес тяжело дышал, но улыбался и протянул мне перчатку.

— Чёрт, Джей, ты стал ещё быстрее. Что ты жрёшь на завтрак?

— Гречку и чесночную пасту, — ответил я. — Русская кухня. Попробуй как-нибудь. Будешь боксировать как медведь после спячки.

Он рассмеялся и покачал головой. Я спрыгнул с ринга и подошёл к Марвину.

— Неплохо, Уильямс. Защита стала лучше, но всё ещё есть над чем работать. Брок будет использовать твою агрессию против тебя. Не давай ему этого шанса. Работай умнее.

— Понял, тренер.

Я отошёл к скамейке, и тут ко мне подошла Глория.

— Отличный спарринг, Джей. Ты прогрессируешь с каждым днём. У тебя настоящий талант. И не только к боксу.

— Спасибо, мисс Мартинес. Стараюсь.

— Не надо «мисс». Для тебя я просто Глория. — Она понизила голос и, оглянувшись по сторонам, добавила: — Я хотела бы обсудить твою дальнейшую карьеру. У тебя большой потенциал, и я, как спортивный куратор, могу помочь с продвижением. Контракты, спонсоры, связи в федерациях. В неформальной обстановке. Может, за ужином? Завтра в семь. Я заеду за тобой.

Она снова облизала губы и поправила волосы, собранные в тугой хвост. Её пальцы дрожали.

— И, Джей… Мы ведь не только будем говорить о спорте. Но и о спорте тоже. В основном о спорте.

Я усмехнулся про себя. «Ещё одна милфа хочет обсудить со мной „карьеру“. Но хотя бы пытается сохранить лицо и прикрыться деловым интересом. Уважаю. В отличие от Мелиссы, которая сразу полезла в трусы, или Виктории, которая раздвинула ноги на рабочем столе, Глория действует осторожно. Она боится. И это делает её ещё более желанной».

— Звучит заманчиво, Глория. Завтра в семь. Договорились.

Она кивнула, развернулась и ушла, покачивая бёдрами. Я проводил её взглядом и подумал: «Надо купить ежедневник и вести расписание. Понедельник — Мелисса, вторник — Виктория, среда — Кармен, четверг — Глория… Чёрт, а когда отдыхать? Ладно, регенерация вывезет. И, возможно, чесночная паста».

После тренировки я отправился в раздевалку. Пустое помещение с кафельными стенами, запахом хлорки и пота. Я разделся, встал под горячий душ, смывая усталость. Потом вытерся казённым полотенцем, обернул его вокруг бёдер и подошёл к старому зеркалу с трещиной в углу.