Чтение онлайн

— Умный-умный, а поумнее в Крестах сидят, — проворчал Хейфец.

Лабуткин осматривался. В дальнем углу за плитой высился могучий буфет. Между ним и плитой — кухонный стол, мойка. Возле лежанки — большой сундук, на нём набросаны узлы. Он пошёл к дверям в спальню и надавил на медные ручки. Двери заскрипели и раскрылись.

— Будем дербанить состоятельных кротов! — объявил он.

Зеленый смахнул узлы и подёргал крышку сундука. Крышка не подавалась. Под ней темнела кованая пластина с прорезью для ключа.

— Вот и халтурка, Исак Давыдыч, — указал он и последовал за Лабуткиным. — Саша, глянь в шкафу, а я в комоде пошарю.

Спальня была отделана как городская квартира. Одна только мебель стоила приличных денег. Лабуткин подошёл к зеркальному шкафу из красного дерева, поставил чемодан и повернул медный ключик, торчащий из замка.

Посмотрел на висящие в шкафу манто и шубы.

Перевёл взгляд на чемодан.

— Да мы столько не унесём.

Зелёный проворно вытаскивал ящики из комода и вытряхивал на кровать.

— Вот гадюка, — Хейфец позвякивал инструментами. Наконец, громко щёлкнул запор сундука. — Есть.

Раскрыв чемодан, Лабуткин уложил котиковое манто и шикарную чёрную шубу из обезьяны. Прибивая пальцами, чтобы не лезли в щель, закрыл и придавил коленом, пытаясь защёлкнуть замок. Чемодан потрескивал, грозя лопнуть.

— Атас! — свистящим шёпотом предупредил Зелёный. — Во дворе.

По ступеням затопали тяжёлые мужские шаги.

В дверь громко постучали.

— Хозяева!

25. Делюга

Колодей вернулся от начальника уголовного розыска с одобрением плана операции.

— Как же ты удачно зашёл на Охту, товарищ Панов, — с ноткой зависти сказал он, когда личный состав устроился возле стола. — Вяхирев Сергей Антипович, он же Коробок, трётся среди серьёзных бандитов. Скорее всего, Василий Васильевич, тебя отведут на малину возле Сенной. Предполагаю, что там будут Барин и Хвыля, подельнички. А также Сёма, Ощип и Дурман, пристяжь. Вяхирев возле них крутился последнее время. По сведениям, они недавно сбились в банду и мутят какую-то поганку. У вас есть сомнения по поводу участников, товарищи? — спросил Яков Александрович.

Всё для всех присутствующих было очевидно.

— У нас нет сомнений, — постановил Колодей. — Да мы их всех знаем, в принципе, — продолжил он и перевёл взгляд на Васю. — Кроме тебя, товарищ Панов. Ты их не видел, и они тебя тоже в лицо не признают. Надеюсь, — добавил он и перевёл дух. — В любом случае, будем брать эту сволочь, раз она соберётся вместе. Если они что-то затевают, значит, окажутся при оружии. Мы с товарищем Красношеевым считаем, что лучше закрыть их сейчас на небольшие срока, чем поставить к стенке, когда они убьют мирных граждан. Отправим в лагерь, а там поглядим. Может быть, их труд перевоспитает…

Кабинет осветился стальными улыбками сотрудников уголовного розыска.

— …Может быть, они в лагере на новый срок раскрутятся или ещё как судьба повернёт. По меньшей мере, избавим от них общество на какое-то время, а потом не факт, что им снова получится сойтись.

В кабинете повисло плотное молчаливое согласие.

— С жиганами как поступать? — спросил опер Чирков.

Сотрудники Первой бригады переглянулись и смолчали, но было ясно, о чём они думают, и начальник поддержал:

— До первого выстрела, — сказал Колодей. — Кто стреляет, того живым разрешаю не брать. Все они неисправимы и народу вредны.

Чирков с удовольствием осклабился и кивнул.

— Понятно, — сказал Эрих Берг.

— Поскольку товарищ Панов — сотрудник молодой, а операция по внедрению в банду представляется в условиях Сенного рынка и окружающих его жилых помещений исключительно опасной, нас усилит Седьмая бригада.

Опера закивали с пониманием, дескать, где Бодунов, там без перестрелки не обойдётся. Это дополнительно страховало мирных граждан от опасной сволочи.

Васю стали готовить на операцию всей бригадой, тщательно снаряжая и давая советы.

— Приоденься неброско, но удобно, — говорил опер Рянгин. — Возьми мою кожанку.

Вася примерил и покрутился. Тужурка была ношеная и удобная.

— Смотришься, — оценил Колодей.

Опер Чирков снял с вешалки свою клетчатую кепку, надел Васе на голову, поправил, отошёл, полюбовался.

— Выглядишь фартовым, — сказал он.

— Нож возьми, — сказал Эрих Берг.

Долго подбирали финку в кладовой, пока не нашли самую жиганскую с наборной ручкой из разноцветных деревяшек с медными проставками. К ней даже подошли кожаные ножны, которых среди изъятого холодняка было совсем немного. Пристраивали на Васе так, чтобы ни откуда не торчало и не выпирало. В конце концов, сошлись на мнении, что лучше носить его во внутреннем кармане пиджака. Оттуда перо будет легко достать. При клинке в пятнадцать сантиметров рукоять была совсем детской, со спичечный коробок длиною, чтобы в кармане носить удобней, и торцом в ладонь упереться можно, когда будешь засовывать фраеру под ребро. Гарды у ножа не имелось. Это была конкретная узкая пика для нанесения колющих ударов, хотя и лезвие отточено острей бритвы.

— Рапидная сталь, из напильника делали, — определил бывший токарь-инструментальщик Берг. — Ей сносу нет.

— На пёрышке твоём два трупа, если ничего не путаю, — опер Чирков постучал пальцем по колечкам красного дерева, выделяющимся на фоне светлых буковых. — Смотри, Вася, не попадись. Если возникнут вопросы, скажешь, что на улице нашёл.

— Прямо в ножнах? — Панов сейчас как никогда был внимателен к своей жизни.

— Ножны не от неё, это сразу видно. Скажешь, дома валялись.

Осечный наган Оспы Вася привычно заткнул за ремень с левой стороны.

— Сразу видать — парень хваткий, — ироничным тоном подметил Колодей.

— А я долго тренировался! — заявил Вася. — Шпалер для пацана — любимая игрушка.

— Тоже верно, — одобрили сотрудники.

Теперь надо было куда-то пристроить настоящее оружие. Запускать в лапы урок сотрудника без пистолета было немыслимо.

— Идите-ка получать маузер, товарищ Панов, — распорядился Колодей. — Вам всё равно оружие пора менять. Мы с начальником угро этот вопрос утрясли.

Из оружейной комнаты Вася вернулся с новеньким воронёным маузером образца 1914 года, двумя снаряженными магазинами и кобурой.

— Кожуру и запасной магазин вы здесь оставьте, — посоветовал Яков Александрович. — И удостоверение мне отдайте до конца операции. А вот пистолет мы сейчас определим.

— Орёл, Вася! — подмигнул Чирков. — Теперь ты настоящий волк ленинградского сыска.

Коллеги закивали, а начальник Первой бригады сказал ему серьёзно:

— Ты, Николай Иванович, мужик дошлый, а того не учитываешь, что Иван Васильевич Бодунов до сих пор с наганами ходит и только им доверяет.