Пари на дурнушку
Шрифт:
Сейчас ей не польстило его внимание. Зачем она такая убогая знатному и красивому герцогу? Он даже танцевать с ней не может, что уж говорить о более интимных вещах.
Постель станет для них местом испытаний, а не наслаждений. Она будет бояться пошевелиться, а он бояться причинить ей боль. Куда лучше ей вообще ни за кого не выходить замуж, а Говарду жениться на другой. Саманта, вот кто подходила ему. Зря Вал призналась, что он нравился ей.
Все глубже погружаясь в невеселые мысли, Валери опустила голову и уставилась на свои руки.
Еще пару танцев и она отправится к себе. Вечер ее триумфа слишком быстро закончился.
– Что с тобой? У тебя снова разболелась нога?
Вал не слышала, как Говард подошел к ней, но то, что он спрашивал о ноге, казалось, только подтверждало ее мысли. Как бы нелепо это не звучало, но ее нога всегда будет стоять между ними.
– А ты почему не танцуешь? Твои-то ноги здоровы.
Досада, которую Вал хотела скрыть, все же вырвалась наружу.
Она ждала реакции Говарда, но он молчал.
Чтобы посмотреть на него, ей пришлось бы повернуть голову и задрать ее вверх, но она осталась сидеть ровно.
Через несколько секунд Говард все же заговорил.
– Пожалуй ты права. Осталось только найти себе достойную партнершу. Извини меня. Мне придется покинуть тебя.
Говард ушел, а Валери продолжила сидеть как истукан.
Ее терзало слово «достойная».
Как же точно оно отображало ее положение. Калека Вал была недостойна герцога Солсбери.
Выдержав еще три танца, Валери решила, что с нее достаточно и, опираясь на трость, прошествовала к выходу.
Говарда она не видела ни среди танцующих, ни среди гостей. Но она и не искала его.
Стоило ей выйти из зала, как к ней тут же подступил слуга.
– Мисс Вудс, прошу вас следовать за мной. Мне велено проводить вас.
– Куда?
– удивилась она.
– Простите, но я не могу вам сказать. Это приказ Его Светлости.
Вал не стала возражать и отправилась за слугой в противоположный конец дома.
Они дошли до малой гостиной, после чего тот открыл дверь и пропустил ее внутрь, а сам остался стоять в коридоре.
Вал с опаской вошла в комнату, но почти сразу заметила Говарда, который стоял у камина и смотрел на нее. Был он не один, а еще с одним мужчиной. Незнакомец держал в руках скрипку.
Вал перевела взгляд с Говарда на мужчину, а потом снова на Говарда. Она не совсем понимала, что он задумал. При людях или без, с больной ногой она все равно не сможет танцевать.
Но видно Говард думал по-другому, так как направился к ней, поклонился ей и, протянув руку, сказал:
– Вы позволите пригласить вас на танец, мисс Вудс?
Вал совсем растерялась. Она лишь распахнула глаза и открыла рот, чтобы сказать, что это невозможно, но так ничего и не произнесла.
Видя ее замешательство, Говард лукаво улыбнулся, дьявольски сверкнул глазами и тихо произнес:
– Тебе только нужно принять мое предложение. Скажи, что согласна и доверься мне.
Валери неуверенно вложила свою руку в его, а потом с волнением выдохнула:
– Я согласна.
Глава 31
Забрав трость и прислонив ее к подлокотнику кресла, Говард отвел Вал на середину комнаты и встал напротив нее. Далее последовал взмах руки.
Уловив жест герцога, мужчина поднес скрипку к лицу и разместил ее под подбородком.
Валери замерла в ожидании. Она должна была признаться, что не знает ни одного движения.
Смычок тронул струны.
– Говард, я не...
Но ее слова оборвал его стремительный порыв. Он резко сократил между ними расстояние, подхватил ее на руки и, прижимая к себе, принялся исполнять танец.
Валери была поражена. Ошеломлена. Обескуражена. Но в то же время, приятно удивлена.
Пока она приходила в себя, Говард делал шаги вперед, назад, кружил ее, обходил несуществующего соседа и возвращался в исходную точку. Он часто заглядывал ей в лицо и смотрел, довольна ли она танцем.
Встречаясь с ним взглядом, Валери нисколько не скрывала, что была очень довольна. Она обхватила его шею и доверчиво прижалась к нему. Тут же Говард обдал ее лицо судорожным дыханием и скользнул губами по виску.
Эмоции, которые в этот миг захватили Вал, заставили ее задрожать. Задрожать от счастья. От переполнявших грудь чувств. Наконец, задрожать от любви.
Она любила Говарда, который раз за разом доказывал ей, что понимает ее, и знает, чего она хочет. Он давал ей то, в чем она нуждалась. Даже сейчас, при музыканте, он не боялся проявить к ней чуткость и заботу. А что это, если не доказательство его серьезного отношения к ней?
Говард хотел видеть ее своей женой, и никакие ее физические недостатки не отталкивали его. Он находил выход из любой ситуации.
Теперь Вал была убеждена, что для двух любящих людей не существовало ничего невозможного. И зря она волновалась насчет постели. Он и там сможет ее удивить.
Ее украдкий смех привлек внимание Говарда.
– Что тебя так развеселило?
Валери устыдилась своих мыслей и, покраснев, отрицательно покачала головой.
– Я рад, что ты наконец-то улыбаешься, - заметил он и продолжил двигаться с ней на руках.
Когда танец подошел к концу и мелодия стихла, Говард выглядел слегка уставшим. Валери слышала как тяжело и прерывисто он дышал. Но это не остановило его от того, чтобы, когда он опустил ее на ковер и отступил назад, спросить, не желает ли она исполнить с ним еще один танец.
Валери не стала злоупотреблять его добротой и здоровьем.
– Мне достаточно и этого танца.
В глазах Говарда промелькнула благодарность, после чего он подошел к музыканту, дал тому несколько монет и о чем-то строго напомнив, отпустил.
Мужчина кивнул и без промедления покинул гостиную, оставив Валери с Говардом наедине.
То, что она тут же оказалась в объятиях любимого, не удивило ее. И его поцелуй был вполне логичен. А вот последовавшие за этим слова все таки заставили ее проявить упрямство, или, как бы сказали люди этого века, благоразумие.
– К сожалению, я должен тебя покинуть, - с прискорбием сообщил он.
– Я больше не могу так долго отсутствовать. Но чуть позже, когда все разойдутся, я приду к тебе. Ты же впустишь меня?