Чтение онлайн

Джипси же, в отличии от большинства девиц, вела себя расслабленно и непринужденно. Она не старалась быть заметной или громкой. Она и без этого выгодно выделялась на фоне остальных. Ее движения были наполнены грацией и изяществом. Она умела себя подать, при этом ничего не делая.

Все таки в какой-то степени Валери тоже поддалась всеобщему настроению и незаметно следила за Солсбери. Она хотела понять, как он реагировал на Роуз. Был ли увлечен ею? Но не потому, что ревновала его. Наоборот! Она ХОТЕЛА, чтобы он выдал свою заинтересованность этой женщиной, тогда бы она, Вал, поняла, что все его слова были ложью, и она не должна ему верить. Не должна верить в его признание, что он что-то чувствовал к ней.

Но сколько бы Вал не присматривалась к нему, гораздо чаще ловила его взгляды на себе, чем на ком-либо другом. И вместо того, чтобы найти причину не доверять ему, невольно находила подтверждение обратному. От этого ей становилось все труднее отвергать свои чувства к нему. И все труднее притворяться равнодушной. Она проигрывала сама себе.

После завтрака была намечена очередная репетиция.

Брендон проводил ее и Саманту в малую гостиную, а Говард ненадолго задержался.

Саманта сидела за роялем и нервно перекладывала ноты, явно ожидая его прихода и переживая, что он остался без присмотра и мог проводить время с Джипси.

Брендон заигрывал с Валери, отчего ей приходилось в шутливой манере отвечать на его безобидные колкости и кокетливо толкать в плечо.

Флирт мгновенно прекратился с появлением Говарда. Вместе с ним в комнату вплыла и Роуз.

Тут же в воздухе повисла напряженная тишина.

Больше всех недовольной выглядела Саманта. Она метнула в Джипси молнию, потом встревоженно посмотрела на брата, на Говарда и сцепила пальцы в замок, чтобы не запустить их кое-кому в волосы.

– Надеюсь вы простите меня за то, что я взял на себя смелость пригласить мисс Роуз присоединиться к нам? Она как никто другой имеет большой опыт в выступлениях, и сможет дать нам ценные советы.

– Помощь никогда не помешает, - ответила за всех Валери.
– С мисс Роуз наше выступление станет еще лучше. Я думаю никому бы из нас не хотелось бы спеть плохо.

Вал не собиралась показывать Солсбери, что появление Джипси как-то задевает ее. Она смотрела на гостью приветливо, и в ответ получила точно такой же взгляд.

Роуз прошла к роялю, встала рядом с Самантой и заглянула в нотные листы.

Саманта так сильно напряглась, что буквально одеревенела. На лице прорезались скулы, а на шее выступили жилы.

– И кто же из вас поет партию влюбленных?
– немного приподняв глаза, лукаво посмотрела Джипси на троицу у дивана.

– Все мы!
– ответила Саманта довольно резко.
– Нас ровно две пары, как вы могли заметить. Я пою с герцогом Солсбери, а Валери с Брендоном.

– Я все поняла, - усмехнулась Джипси и перевернула лист.

Она просмотрела все песни и отметила хороший вкус того, кто их выбрал.

Брендон тут же зарделся и как бы вскользь упомянул, что это он их подобрал.

Джипси села на стул и приготовилась слушать обе пары.

Валери не стеснялась петь перед Роуз. Ей было интересно узнать мнение о своих способностях из уст профессионала.

И она его услышала, но не совсем такое, какое ожидала.

Когда мелодия стихла, Джипси обвела всех задумчивым взглядом, что-то про себя прикинула, а потом заговорила:

– Вполне неплохо. У вас у всех прекрасные голоса, но они немного не сочетаются. Голосу мисс Вудс больше подходит голос герцога Солсбери, а голос мисс Нельсон раскроется с голосом брата. Так часто бывает, что у родственников они лучше всего интонируют. Вы все будете звучать лучше, если поменяетесь партнерами.

Снова установилась тишина.

Вся четверка переглянулась.

У Валери, как и у Саманты, на лице читались смешанные чувства. Никто из них ничего не хотел менять.

Но решение за всех принял Говард.

– Тогда нам нужно последовать совету мисс Роуз и спеть по-новому. Саманта с Брендоном исполнят первый куплет, а я с мисс Вудс второй.

Он направился к дивану, где она сидела, и встал перед Брендоном, открыто показывая другу, чтобы тот освободил место, которое теперь по праву принадлежало ему.

Брендону ничего не оставалось, как только подняться и прошествовать к сестре.

Говард сел рядом с Валери и довольный посмотрел на нее.

Она криво улыбнулась и отвела глаза. Листы с текстом песен в ее руках начали немного дрожать.

Спокойно, Валери, спокойно.

Пока Солсбери не знал о ее чувствах, она была в безопасности. Ей нужно спеть песню так, чтобы не слишком себя выдать.

Хм... Песню влюблённых... Песню, где все слова пропитаны признанием. То есть, она должна петь ему о любви и при этом не выглядеть натурально.

Валери чуть не застонала.

Вот зачем ей выпало такое испытание?!

– Мы готовы, - возвестил Солсбери, а затем подал знак Саманте, что можно начинать играть.

Та с грустным лицом кивнула и прикоснулась к клавишам.

Пока брат с сестрой пели первый куплет, Валери настраивалась на свой. Она не смотрела на Говарда, но чувствовала на себе его взгляд. Чувствовала и тепло его ноги, которая соприкасалась с ее ногой.

Она могла немного отсесть от него, но намеренно этого не делала, вырабатывая в себе иммунитет к его присутствию. Чтобы не реагировать на него, она должна привыкнуть к его близости.

И все было бы хорошо, если бы не закончился первый куплет и не начался второй.

Валери пришлось слегка повернуться и посмотреть на Говарда. В это же мгновение, исполняя свои слова, он накрыл ее руки ладонями, нежно обхватил их и приподнял. Он повторял за ней и Брендоном. Говард продолжал петь и сжимать ее кисти как что-то очень ценное и хрупкое. Его глаза смотрели прямо в душу Вал. Они были полны любви.

Это обескуражило ее и испугало. Она не хотела верить тому что видела.

«Только не радуйся», - уговаривала она себя. «Только не вздумай ответить ему таким же взглядом».

Но слова, которые Валери пришлось исполнять, противоречили ее разуму и вторили ее сердцу. Она озвучивала то, что сидело глубоко внутри нее, и что не хотела испытывать. Она невольно выдавала всем свой секрет. Оставалась надежда, что ей удавалось соблюсти баланс и не смотреть на Говарда слишком влюбленно.

Заканчивая петь куплет, Валери проклинала жар его рук и ответный жар своего тела.