Чтение онлайн

Николай поднял пулемет и навел на Димкину голову:

–  Тебя долго уговаривать?

Димка плюнул Николаю под ноги, посмотрел на меня и спустился в овраг. Его ботинки по щиколотку грузли в песке. Только сейчас я заметил вокруг колонн белеющие кости. Николай послал Димку на верную гибель. Козел, сука правительственная, жополиз пресмыкающийся, ублюдок, падла, что б тебя Зона съела со всеми потрохами, гореть тебе медленной смертью над жаркой, разорви тебя аномалия, разрази тебя кровосос!

Я не заметил, как перешел на крик, проклиная вслух полковника разведки. Он только молча слушал, потом кивнул кому-то головой и удар в висок повалил меня в траву. Голова разорвалась болью, из глаз посыпались искры, в ушах зазвенело. На шею что-то надавило, не позволяя мне двинуться.

Взглядом я смотрел на Димку, который остановился и посмотрел на меня. Я протянул к нему руку, но он был так далеко. Почему-то не смог закрыть глаза и смотрел, как Димка уверенным шагом подходит ближе к колоннам. Хочется крикнуть ему, окликнуть, но в горле стоит комок, на глаза накатывают слезы. Я не желаю, чтобы Димка умирал. Почему полковник выбрал именно его, а не меня? Чем Димка перед ним провинился?

С ужасом наблюдаю, как Дима делает шаг, все медленнее, неувереннее, оглянулся. Николай что-то крикнул, но я не понял что - звон в ушах все заглушал. Дима сделал еще шаг, второй, третий, четвертый. И тут я заметил, что тень от колонн ложится в противоположную сторону от Димкиной. Выверт! Я дернулся, но груз на шее помешал.

–  Не дергайся, сталкер!
– приказал властный голос и в мою щеку уперся холодный пламегаситель ствола автомата.

Слезы от беспомощности наполнили глаза, затрудняя зрение. Я сильно зажмурился, выдавливая из глаз солоноватую воду, и раздался далекий не человеческий крик. Открыл глаза и увидел упавшего и корчащегося на песке Димку. Во все стороны брызнули фонтаны крови. Тело Димы замерло.

Даже кричать не захотелось, некому было кричать. Только сильно стиснул зубы, до боли в мышцах. Кулаки сжал до боли в суставах.

Колонны враз ушли в землю, пропуская жаждущих желаний.

–  Вы, четверо, бегом туда и несите сюда алтарь, - приказал Николай.
– Нечего на меня так смотреть, как бараны на новые ворота. Там уже не опасно, поверьте мне.

Меня отпустили и я сел на земле, уставившись на удаляющиеся фигуры черных. Вот так, жертва ИЖу принесена. Димка пожертвовал собой ради меня. За что мне такая честь?

Прямо над ухом раздалась автоматная очередь. Я похолодел. Все, нет больше и Толика, как и Димки. Пронзили меня пули 7,62мм. Жди меня друг, я уже иду.

Но вопреки ожиданиям, я не почувствовал жгучей боли от пуль, не почувствовал слабости от потери крови. Рядом упало тело Виктора. Его широко открытые безжизненные глаза, полные удивления и боли, уставились на меня. Изо рта потекла струйка крови.

Я попытался встать, подвелся, но ноги меня не слушались.

–  Лежать, Ягуар, - это были последнее, что я услышал, когда сильный удар выкинул мое сознание из тела.

–  … командир, я не совсем понимаю, зачем мы взяли с собой этого недоноска сталкера!
– кричал кто-то, перекрикивая громкий свистящий шум.

Я лежал на чем-то прохладном и не имел сил пошевелиться. Голова сильно раскалывалась, готовая вот-вот лопнуть.

–  Он мне жизнь спас, когда я попал в засаду на ЧАЭС! И без него я хер бы смог забрать ту установку!
– кричал в ответ Николай.
– Так что пусть живет!

Ах ты сука! Оставил меня в живых, чтобы я мучился гибелью Димки. Вот я тебя найду - удушу собственными руками.

Я открыл глаза и понял, что нахожусь на полу вертолета. Посмотрел ненавидящим взглядом на Николая.

–  Санитар!
– крикнул кто-то.
– Кольни этой твари свою дрянь, чтоб успокоился!

Николай посмотрел на меня и подмигнул. В ногу кольнуло, и веки отяжелели, сильно захотелось спать.

Эпилог

Открыл глаза. До боли знакомый потолок нависал надо мной. Оглянулся. Я лежу на своей кровати в своем доме. Сон? Пробую правый висок, скулу. Ну и шишка, наверное на пол морды. Может, в баре подрался? Небритый. Как же хочется пить. Какой-то непонятный привкус во рту. Я где-то вырвал. Точно, напился до чертиков и все мне приснилось. Димка дома отлеживается в таком же состоянии. Резко встаю - зря я это сделал - и быстро валюсь обратно. Голова резко заболела и закружилась, правая сторона лица запульсировала и мне затошнило. Похмельный синдром во всей своей красе.

Пытаюсь встать медленнее - получается. Вступаю во что-то липкое и холодное. Блин! Вот куда я вырвал! Ну, надо ж такому.

Боковым зрением замечаю бумажку на тумбочке у изголовья, беру и читаю печатный текст:

"Дорогой Анатолий по кличке Ягуар

Благодарю от всего Главного Управления Разведки Украины за помощь в извлечении из Чернобыльской Зоны Отчуждения фрагментов упавшего спутника и артефакта особой ценности. Как и договаривались по контракту, сумма на вашем счету увеличена, плюс премиальные и компенсация за гибель вашего компаньона Дмитрия по кличке Сон. Думаю, этой суммы вполне достаточно, чтобы начать новую жизнь и забыть о случайных заработках.

P.S.: все ваши секретные схроны, оружие, обмундирование и транспорт переходят в собственность ГУР, они вам больше ни к чему.

Мой вам совет: не лезьте больше в Зону, переезжайте в более спокойное место, любая месть вас погубит.

С Ув. Полковник ГУР Украины Николай".

Прочитав эти строки, я тупо уставился на бумагу и глубоко вздохнул. Значит не сон, значит реальность, значит не увижу больше Димку. В памяти, как поплавок из толщи воды, вынырнул тот момент, когда Димку выворачивало наизнанку, а я не мог ничего сделать. Боже.

Что я скажу его подружке? А я даже не помню, как ее зовут. Как нибудь потом, надо в бар.

Бумагой вытер подошву ноги и кинул в лужицу рвоты. Сейчас мне нужен душ.

До бара еле дотопал. Темные очки и капюшон скрыли "красоту" на лице. Вечер только начинался. Интересно, Леха меня узнает? Узнает, он меня даже по костям без всякой экспертизы опознает и скажет: "Он, точно он, я его крепкую скулу из миллиона узнаю, а эти руки их тысяч". Я усмехнулся, но воспоминание о Димке быстро стерло улыбку с моего лица.

Вот он бар, все такой же. Захожу. Леха сидит на своем прежнем месте. Посмотрел на меня скучающим видом.

–  Бар только для особых клиентов, - пробасил он лениво.

Не узнал. Стареет. Я скинул капюшон, снял очки. Его глаза округлились, губы зашевелились, пытаясь что-то сказать.

–  Не утруждай себя вопросами, Леха, все равно не отвечу. Дядя Саша на месте?

Дар речи к нему еще не вернулся, но утвердительно кивнуть головой он все же смог. Я толкнул дверь, и все замерли, уставившись на меня как на привидение, даже музыканты перестали играть. Прошел к свободному столику и сел, ни на кого не глядя. Сразу подбежала официантка и молча поставила бутылку водки и две стопки. Дядя Саша постарался, он чувствует, когда человеку плохо.