Чтение онлайн

«Ну, с батей на даче поработаю… снег почищу, сарай поправим!» – решил он, выходя на перекресток, где сходились три улицы его микрорайона, и сразу же уловил краем глаза какое-то движение слева. Глянул туда – метрах в пятидесяти от него из кустов на слабо освещенную дорогу выбралась собака и потрусила к нему. Саша сразу каким-то звериным чутьем понял – собака измучена, хромает на обе задние лапы, но при этом она не агрессивна и не опасна.

Это оказалась овчарка. Черная шерсть на впалых грязных боках, голове и морде, светло-коричневая и рыжая на животе и ногах, редкие седые шерстинки тут и там. Явно служебная – уверенно пошла к человеку, не боясь возможной агрессии, внешне довольно ухожена (несмотря на засохшую тут и там на шерсти грязь). Опять же, недешевый кожаный ошейник давал понять, что у собаки есть хозяин. Или был. «Таможенная? Полицейская?» – соображал Саша. «Адресника на ошейнике нет… плохо!».

– Привет, милый, – сказал он, присев на корточки и протянув собаке руку. Такая же овчарка когда-то была у его покойного деда. – Хотя нет, ты у нас леди, – мельком глянул он ей под брюхо и не обнаружив полагающихся кобелю причиндалов.

Собака обнюхала его ладонь и спокойно дала себя погладить по большой мохнатой голове.

– Ты потерялась? – спросил Саша, гладя собаку и соображая, как быть дальше. Та посмотрела на него – и вдруг, хромая, навострив уши, потрусила к двум молоденьким девчушкам в огромных цветастых пуховиках, вышедшим из ближайшего подъезда. Те, увидев подбегающую собаку, завизжали в голос.

– Фу! – крикнул Саша, бросаясь к собаке. – Гайка, ко мне! – назвал он первое попавшееся имя. Собака удивленно обернулась и с готовностью во взгляде похромала к нему.

– Рядом! – приказал Саша. Овчарка послушно потрусила рядом. Саша медленно направился к своему подъезду, прокручивая в голове план действий.

– Похоже, я нашел, чем заняться! – сказал бортоператор, входя в лифт. Собака вопросительно посмотрела на него.

– Будем искать тебе новый дом. Мой тебе понравится, но ненадолго.

Ввалившись в свою скромно обставленную съемную однушку на шестом этаже, Саша расстелил на полу в прихожей валявшуюся в шкафу армейскую плащ-палатку и разрешил собаке:

– Заходи! Место!

Собака, сообразив, что ее никто не прогоняет, незамедлительно плюхнулась на плащ-палатку и с интересом посмотрела на спасителя.

– Я щас тебя вымою, посплю, а потом поедем тебя обследовать в ветеринарку. И хозяина искать. Как тебя зовут?

Собака вывалила язык и тяжело задышала.

– Не. Имя «Гайка» тебе не идет. Будешь Берта. У немцев пушка такая была. Большая Берта. А ты немецкая овчарка, большая, – погладил он ее. – Место!

Через каких-нибудь двадцать минут он уже спал крепким сном, даже не почувствовав, как наспех отмытая от уличной грязи овчарка тихонько перешла из коридора в комнату и доверчиво легла вплотную к его кровати.

***

– Ну, вот, значит, объявления мы расклеили про тебя по окрестностям, и в интернете написали, где смогли! – пояснил Саша, когда стемнело, и они после визита в ветеринарную клинику, покупки поводка и намордника, а также прогулок вдвоем по городку ужинали на кухне. – Ветеринар сказал, все у тебя нормально, глаза только прокапаем, да и все…

Собака лежала у стены, внимательно глядя на ложку в Сашиной руке и принюхиваясь к вкусному запаху котлет, лежавших на тарелке перед ним. Гулять ей с Сашей определенно нравилось – он отдавал ей простые и понятные команды, и она все понимала.

– Не-не-не, котлеты я тебе уже дал…

Мелодия телефонного звонка перебила его на полуслове. Саша глянул на экран, где высвечивалось имя абонента, и помрачнел, но все же ответил:

– Да, слушаю.

– Привет, – нерешительно сказал мягкий женский голос. – Как дела?

Года три назад он был счастлив слышать этот голос. Два года назад – рад, что его обладательница приняла его предложение руки и сердца. Год назад слегка недоумевал, какого черта с ней связался. А вот последние три месяца – звонки от нее не предвещали ничего хорошего. С того самого дня, как он собрал вещи и холодным снежным ноябрьским утром ушел на работу, чтобы никогда к жене больше не вернуться. С той поры она превратилась для него просто в женский голос в телефонной трубке, раз в неделю предлагавший встретиться, поговорить и начать все сначала, либо рыдавший и проклинавший его.

– Нормально, – сухо сказал Саша. – Привет. Что стряслось?

– Когда ты вернешься?

– Я уже вернулся.

– Ко мне.

– Никогда. Мы подаем на развод. Я снял квартиру, живу тут один, и вполне счастлив.

– Ну, Саша… послушай… Хочешь, я к тебе приеду поговорить?

– Женя, никаких «послушай», – сухо перебил ее Саша. – Это бессмысленно. Когда ты можешь приехать в загс для подачи заявления?

– Я работаю вообще-то! – в голосе жены зазвучали злость и металл. – С девять до полшестого! И отпрашиваться не буду.

– А я вот бездельничаю дни напролет! – ухмыльнулся Саша, подавая Берте последнюю котлету. Аппетит со звонком жены пропал уже окончательно – а вот собаке угощение пришлось по нраву. Она вежливо взяла котлету с ладони и аккуратно съела.

– Ты сам выбрал эту работу, а я тебе предлагала в банк менеджером пойти! – взорвалась жена. – Сейчас бы отделом руководил! Нравится в свой аэропорт ездить – езди. Все равно ко мне вернешься!

– К тебе и твоим родителям? – ехидно отозвался бортоператор. – Ты ж с родителями до свадьбы жила, и после свадьбы, и сейчас живешь. Батя твой все вечера телик смотрел и меня жить учил, мать поддакивала, а ты по субботам ныла, что я сплю допоздна. О, да, мечта, не жизнь! Прям бегу – волосы назад! – воскликнул он, воздев очи горе. Собака с недоумением воззрилась на него, видимо, поняв, что Саша уже на взводе.

– Я тебе уже объясняла! Если снимать квартиру, мы так никогда на ипотеку не накопим! – в голосе жены послышались всхлипывающие нотки. – Это ж дорого! А так бы через два года…

– Через два года такой жизни у меня уже не встанет, – зевнул Саша с присущей ему прямотой. – Постоянно теща и тесть дома. Не хочу. Пошли в загс, разведемся, и дальше живи как хочешь. Делить нам вроде нечего…

«Ох, и зря я это сказал! – запоздало мелькнула мысль. – Деньги ж, что нам на свадьбу все надарили, пополам лежат в разных банках, ее это еще тогда бесило!».

Оказалось, не показалось:

– Если ты не можешь потерпеть немного до ипотеки, как ты собирался с ребенком потом жить? Инфантильный придурок!

«Логика просто железная!» – про себя ухмыльнулся Саша. Вслух же ответил:

– Давай живее решай насчет загса, дорогая. Мне надоело жить в статусе женатого человека, я хочу разврата, кутежа и купить себе коня. Позвони, как надумаешь, а то я в суд по месту прописки пойду, и нас разведут без твоего присутствия. Чао. Обнимаю.

Кнопку «Отбой» он нажал раньше, чем благоверная разразилась обиженным воплем. Вообще, он был не склонен к хамству, но ситуация с разводом зашла в тупик – жена давно откровенно саботировала его желание развестись и жить, как ему заблагорассудится.