Чтение онлайн

Патриция оценила красоту местного пейзажа -- выбор фотографом сделан прекрасный. Впрочем, по ее разумению, такой же прекрасный выбор был в любой точке Саламина.

– - Здесь превосходно сохранившиеся руины древнего греческого храма, -по-английски говорил старенький экскурсовод оглядывающимся по сторонам туристам.

Патриция вздохнула и снова начала диктовать в магнитофон:

– - Еще несколько тяжелых дней и ночей и я про все забуду. Все эти любовные истории длятся пару дней и не больше! Не буду сходить с ума! Не буду идиоткой!

Патриция убрала магнитофон в сумку, встала и пошла. Она веско рассудила, что клин клином вышибают. Фотограф ей приглянулся издалека, она решила попробовать познакомиться с ним. Множество девиц, окружающих кудрявого блондина отнюдь не беспокоили ее.

– - Повернись в профиль, -- услышала она проходя мимо останков каменных ворот, голос фотографа.
– - Так, хорошо, хорошо. Еще разок. Отлично!

Патриция облокотилась на парапет с другой стороны от фотографа и стала наблюдать за его действиями. Он фотографировал жеманную девицу с длинными светлыми волосами и роскошным бюстом. На ней были одеты белоснежные помпезные одежды, голова перевязана длинным, также белоснежным шарфом.

– - Если я буду смотреть, -- спросила она фотографа, -- не помешаю?

– - Что?
– - повернулся он к ней.

Был он светловолос, кучеряв и коренаст, с длинными пижонскими бачками на чисто выбритом лице. На шее висел круглый, блестящий в солнечных лучах, медальон на толстой позолоченной цепочке. Тонкая рубаха под окраску ягуара распахнулась, обнажая покрытый рыжими волосами живот.

– - Меня зовут Беатрисс, -- представилась Патриция, обворожительно улыбнувшись.

– - Бернард, -- ответил фотограф. Он оценивающе-профессиональным взглядом оглядел Патрицию, прикидывая что-то в уме.

– - Эй, -- окликнула разряженная девица-фотомодель.
– - Я думала, мы приехали сюда работать!

– - Конечно, -- ответил фотограф и крикнул: -- Линда, Керри, отсняты. Ральфа, Матильда, переодевайтесь. Ты, Айменга, тоже можешь идти в автобус.

Девица в белых одеждах, скорчила недовольную физиономию и прошла в ворота мимо них. Патриция обошла древний парапет и, без малейшего почтения к музейной ценности строению, облокотилась на него задом, встав лицом к фотографу.

– - А вообще, у меня неприятности, -- проникновенно сказала Патриция, ей надо было с кем-то поделиться наболевшим.
– - Слышал, что это такое?

– - А что случилось?
– - равнодушно спросил он, ковыряясь в фотоаппарате.

– - Меня бросил парень, которого я люблю, я его найти не могу, Он меня возненавидел за то, что я осталась с этим галантерейщиком...

– - А что ты с ним делала?

– - С кем, с галантерейщиком? Я с ним спала. Но это было только, чтобы доказать себе, что Том не прав. Оказалось, что я не права. Тебя это шокирует?

– - Да нет, нисколько.
– - Он вежливо отстранил ее и подошел к лежащему на парапете чемодану со сменным набором линз и объективов.

– - А ты?
– - спросила Патриция.
– - Ты никогда никому не изменяешь?

– - Слушай. Может, хочешь у меня поработать?
– - Он снова оглядел ее с профессиональным любопытством. Если согласится -- хорошо, а нет, то нечего надоедать ему с чужими проблемами.

– - Конечно, -- улыбнулась Патриция, которой было все равно чем заниматься.
– Могу и поработать.

– - Можешь позировать голой?
– - задал провокационный вопрос фотограф и посмотрел прямо ей в глаза.

– - Что?

– - Стесняешься?

– - Почему? Нисколько не стесняюсь, -- уверенно и нагло улыбнулась Патриция.

– - Тогда вон наш автобус, -- кивнул он буйной курчавой головой, -- подожди я закончу с делами. Познакомься с нашими модельершами. Потом поедем в студию.

– - Хорошо, -- согласилась Патриция, взяла сумку и отправилась к автобусу.

Три девушки сидели в некрасивых позах в траве у автобуса и курили. Если бы их отснять сейчас, то ни один бы журнал такие фотографии не принял бы. Но на то они и профессионалки, чтобы быть привлекательными за деньги.

Патриция вошла в автобус. За рулем скучал широкоплечий шофер в кожаной кепке и черных очках. У него были огромные бакенбарды и пышные усы подковой, концы усов доходили почти до шеи. Он вопросительно уставился на девушки.

– - Привет!
– - весело поздоровалась Патриция.
– - Меня Бернард взял на работу, сказал пройти сюда.

Шофер равнодушно кивнул в сторону салона. На заднем широком диване сидела девица с обнаженной грудью и рассматривала свое лицо в зеркало.

Патриция поставила сумку у свободного сиденья, удобно устроилась у окна и стала сосредоточенно рассматривать окрестности.

* * *

Студия фотографа располагалась недалеко от берега залива, километрах в пятнадцати от города -- место тихое и живописное, в какую сторону не пойди, везде отличная натура для съемок.

Автобус отвез девушек в город и уже потом они приехали сюда. Вместе с фотографом на базе жило еще несколько человек, в том числе и девица в белых одеждах, которую звали Айменга.

Дело у фотографа было поставлено аккуратно и он сразу сунул Патриции бланк контракта. Не особо вчитываясь, она вписала туда что в голову взбрело и расписалась. Он забрал контракт и заявил, что через несколько часов он будет ее снимать, пусть приготовится.

В огромной светлой столовой стояло десятка два столов, застеленных чистыми белыми простынями -- видно здесь бывало и много людей сразу. Пожилая женщина принесла обед, фотограф и шофер уселись за ближайший столик. Патриция от еды отказалась, хотя со вчерашнего вечера ничего не ела.

Прямо в столовую выходила широкая распахнутая настежь дверь гримерной. Патриция, стоя у дверей на улицу, наблюдала, как белокурая Айменга небрежно сбросила с себя белые одежды и села в кресло перед огромным зеркалом. Туалетный столик у зеркала был заставлен великим множеством разных флакончиков и тюбиков. Та же самая женщина, что принесла обед фотографу, подошла теперь к блондинке и принялась ловко массировать ее стройное, пышное тело.

Не отрываясь от еды, фотограф посмотрел на стоящую в вольготной позе Патрицию.

– - А если я останусь здесь пожить... Ты не возражаешь?
– - спросила она фотографа.
– - Том уехал, я без денег...

– - Как хочешь, дорогая, -- поднял голову от тарелки фотограф.
– - Жизнь тяжелая штука. Я не возражаю.

– - Между прочим, -- сказала обнаженная фотомодель из гримерной, -- он платит только когда мы работаем. Когда не работаем, он не платит.

– - За то что ты делаешь, -- сказал ей фотограф, -- тебе нужно переплачивать.