Чтение онлайн

Мы не умели покоряться чужой воле. И даже когда проигрывали сражения, то после выигрывали войну.

Иномиряне — они другие. И не только внешне. Разумные, высокотехнологичные, они при этом временами казались мне просто стадом, послушно идущим за опытным вожаком, а бегущие по бокам собаки-доминаторы четко контролировали направление движения.

Может быть, именно поэтому Бездна так легко захватывала миры один за другим, не встречая особого сопротивления. И я не слышал от Айи ни одного рассказа о том, что кому-то когда-то удалось вновь вернуть себе свободу. Таких прецедентов не существовало. Бездна не оставляла ни малейших шансов на возврат к прежней жизни, и единственная возможность отгородиться от ее влияния — это перекрыть все возможные пути-дороги, по которым в наш мир могли явиться враждебные силы. Физически заблокировать саму возможность повторного вторжения.

Но пока у нас были посольства, и пока был жив Адди — мальчик, ставший временным щитом нашего мира, такая возможность все равно существовала, и я ничего не мог с этим поделать. Ведь он был в то же время и маяком, на который ориентировался враждебный флот. И в любой момент, ослабь он контроль, этот маяк вновь укажет им путь к нашему миру. Но, в самом деле, не убивать же ребенка своими руками — хотя, признаюсь честно, иногда я подумывал, что это был бы самый просто и самый логичный выход из сложившейся ситуации. И все равно остается открытым вопрос: что делать с посольствами, которые являлись, по сути, прямыми вратами в другие миры, но при этом и широкими дорогами для вторжения армий с той стороны, причем прямо в самое сердце страны — в Фридрихсград?

Все те надежды, кои витали в головах власть предержащих в то время, когда посольства появились в городе, давно уже испарились. Не получилось единства и всеобщего братства, хотя и с фогелями, и с вэттами мы, в принципе, дружили и широко сотрудничали. Два же других посольства так и остались под энергощитами, до сих пор не выходя на контакт.

Я знал, что в иператорском военном совете рассматривался план физического уничтожения закрытых посольств. Способы имелись. Но эта идея была временно отложена. Все же первые два посольства, открывшие свои двери, привели к нам если не друзей, то партнеров. И оставался шанс, что и закрытые до поры посольства позже сыграют свою роль, добавив Руссо-Пруссии новых компаньонов.

Пока же мы сконцентрировались на поисках агентов Бездны, способных занимать человеческие личины и носить их, как костюмы от модного портного.

Под штаб-квартиру для нашего секретного отряда был выделен скромный двухэтажный особняк на самой окраине города, стоявший чуть на отшибе — в стороне от прочих домов, с небольшим внутренним двориком, окруженный высокой стеной. Прямо за стеной начинался пустырь, но ворота выходили на мостовую, и, зная город, до центральной площади можно было добраться достаточно быстро. Во дворике мы соорудили нечто вроде полукрытого каретного сарая, насколько хватило места, где под навесом оставляли мехвагены, дабы вода и снег не испортили механизмы.

Особняк, который мы именовали просто «штаб»,внутри был куда просторнее, чем выглядел снаружи. К тому же, в доме имелся еще и большой подвал, тут же оккупированный профессором Зоммером под свою лабораторию и склад. Места для его приборов требовалось много, но размеры подвала ученного устроили, хотя примерно четверть площади у него отхватил Крафт Силлас, устроивший там оружейную комнату. Я познакомился с Крафтом при необычных обстоятельствах — нас обоих похитили для участия в подпольных боях, — а после, когда все кончилось, и император предложил мне титул и полную поддержку, позвал его в отряд, созданный для поиска и уничтожения доминаторов и агентов Бездны, и Крафт не отказался. Он собрал и возглавил небольшую собственную группу ликвидаторов, и тренировал их днями и ночами на полигоне. Старина Мэлвин также присоединился к нам, я взял его, даже несмотря на его панические атаки при любом намеке на опасность. Но как только доходило до дела, все как рукой снимало — он был собран и внимателен, поэтому некоторые слабости или, точнее, особенности его характера я прощал.

Ликвидаторов Силласа мы тщательно отбирали из новобранцев. Претендентов искали в совершенно разных местах: в университетах по всей империи, на балах молодых аристократов, в провинциях, даже в тюрьмах. Принципы отбора у меня были весьма своеобразные: плевать я хотел на прошлое потенциального члена отряда, мне важно было, что он может дать нам в настоящем и будущем.

И отряд потихоньку комплектовался.

Но помимо силовой группы, занимавшейся физическим устранением объектов, нам нужны были толковые молодые люди, способные вычислять доминаторов, выискивая из груды ежедневно поступающей информации ценные крохи — этакий мозговой отдел отряда. Признаться, набрать подобный аналитический отдел оказалось даже сложнее, чем подобрать ликвидаторов Силлоса. Но люди нашлись, и прекрасно понимали свою первоочередную задачу — понять, что планируют агенты Бездны в Колумбиане и других странах, и чем эти планы грозят Руссо-Пруссии.

Политика — штука хитрая. Тактика Бездны зачастую заключалась не в прямой атаке (хотя и это нередко практиковалось), а в том, чтобы ослабить сильное государство изнутри, поставив на ключевые посты своих людей (не обязательно доминаторов, и обычных предателей было вполне достаточно для дела), и проводя собственную политику, идущую во вред истинным интересам страны.

Подобных переметнувшихся на чужую сторону было достаточно, и император лично беседовал в пыточных подвалах со многими из них, с неким странным отстраненным любопытством выясняя мотивы. Но универсального так и не нашел. У каждого имелись свои причины, по сути, мелкие и ничтожные, свои обиды и свои планы на будущее. Но все кончалось в подвалах, все планы ударом топора разрушал императорский палач. Подобные приговоры не выносились на широкую публику, суд проходил за закрытыми дверями, и решение выносилось быстрое и справедливое. Предателям — смерть. Это было правильно.

Наша служба имела огромное значение для империи, но действовать приходилось скрытно, дабы не привлекать излишнего внимания. И все же суета вокруг штаба не могла не остаться незамеченной, но пока что мы умудрялись отслеживать и пресекать любой сторонний интерес к нашей деятельности, хотя бесконечно долго это продолжаться не могло — слишком шумно бывало временами в нашем штабе и вокруг него.

Соседи по кварталу нас не докучали. Кто полезет с расспросами в дом, круглосуточно охраняемый ротой имперских солдат. Местные, конечно, предприняли пару попыток разузнать, что за неведомая сила захватила пустовавший дом, числившийся, тем не менее, за Девятым делопроизводством. О доме и прежде ходили разные слухи, а так как даже деловые ни разу не пытались его грабить, то и соседи предпочитали делать вид, будто особняка вовсе не существует.

С нашим же появлением жизнь вокруг закипела. В кратчайшие сроки штаб был приведен в порядок, стены подлатаны и побелены, ворота покрашены, снаружи со стороны пустыря подготовлена площадка, на которой были выстроены пара небольших домиков для охраны, а так же изрядный кусок территории обустроили под тренировочный полигон для Силласа, внутри здания поставлены несколько стационарных переговорников, комнаты распределены, а многочисленные сундуки профессора Зоммера так же заняли свое место в подвале, где он их и разбирал сутками напролет, раскладывая по новым местам и каталогизируя.

Крафт Силлас, получив карт-бланш на закупку вооружения и снаряжения, тоже развил бурную деятельность, опустошая армейские и полицейские склады в округе. Но этого ему показалось мало, и по его экстренным запросам необходимые предметы закупались и в других странах. Более того, он не оставлял попыток уговорить Айю и Валера предоставить для отряда и ряд иномирянских устройств, по сравнению с убойной мощью которых мой знаменитый «дыркол» казался всего лишь детской игрушкой. Крафт был уверен, что подобное вооружение у них имеется. К сожалению, все его попытки пока оказались безрезультатными. Иномиряне не спешили делиться своими секретами.

Остальные члены нашего маленького отряда так же не сидели без дела. Работы было море. Грета Липпе, помимо забот о моем скромном жилище, координировала связь с императорским дворцом — важное дело, когда требовалось принимать быстрые решения или выбивать необходимое финансирования для нашей работы. Ее личный канал прямой связи с императрицей очень в этом помогал. К тому же из дворца мы получали общеимперские сводки о происшествиях, которые после тщательно анализировались и проверялись. Таким образом мы вычислили и уничтожили нескольких доминаторов.