Чтение онлайн

Глава 3

Мир постепенно принимал прежние очертания, воздух перестал дрожать перед глазами, в голове слегка прояснилось. Но это ничего не изменило, я по-прежнему был опустошен и совершенно не представлял, что делать дальше.

Разумнее всего сейчас было бы отправиться во дворец с личным докладом Его императорскому величеству, признать свой позор и ответить за гибель доверенных мне людей по закону. Надеюсь, у расстрельной роты осечек не случится?..

И все же, что-то удерживало меня от этого шага. И, хорошо зная свою сущность, мне не требовалось много времени, дабы понять, чего я хочу в эту минуту на самом деле, хочу так, что скулы сводит от желания, и ногти впиваются в ладони до крови, а мышцы рук и ног напряжены так, что их почти сводит судорогой.

Месть. Я хочу мести.

Погибшие друзья проклянут меня на том свете, вдруг он все же существует, если я не отомщу виновникам их гибели, не найду их и не покараю… уже не по законам империи, а по собственному закону. И я не пойду к императору, не попрошу его помощи. Я все сделаю сам. И может, после этого я обрету право на смерть.

Где-то неподалеку резко и громко засвистел в свисток городовой, послышался топот сапог по брусчатке, раздались отрывистые команды. Помощь пришла, но, к сожалению, слишком поздно… да и сумели бы они как-то исправить ситуацию, явись вовремя? Вряд ли. В моем отряде служили люди проверенные, с боевым опытом, но даже они не смогли помешать чужакам прорваться в особняк.

И все же, отчего полиция появилась с такой немыслимой задержкой? Обычное время реагирования на нестандартную ситуацию — четверть часа, вне зависимости от городского района. Хорошо, даже если прибавить еще десять минут, учитывая удаленность нашего штаба от центра города, то полицейские силы опоздали примерно на полчаса — этого вполне достаточно, чтобы начать и завершить маленькую войну… что, собственно, и произошло.

Это означало… ничего хорошего это не означало — факт. Кто-то притормозил вызов подмоги, дав возможность чужакам выполнить свой план. Был ли смерч частью того плана, я не знал. Иномиряне точно так же стремились избежать попадания в воронку, как и я. Вот только мне это удалось, а им нет. Возможно, смерч появился спонтанно или был вызван некой третьей стороной, о которой я не знал.

В любом случае, складывалось ощущение, что некто, занимающий высокий пост и имеющий право отдавать распоряжения, искусственно задержал подкрепление… а значит, у меня появилось преимущество — враги посчитают и меня погибшем в ходе атаки на штаб, и если я останусь в тени, то, возможно, сумею сделать больше, чем если явлюсь к императору с позорным докладом и повинной головой.

Нет уж, пусть лучше считают меня мертвецом все: и друзья, и враги. А я постараюсь найти устроителей сего происшествия и спросить с них по полной.

Именно поэтому я не стал дожидаться, пока доблестные полицейские, наконец, доберутся до места происшествия, а, недолго думая, рассовал оружие по карманам и бросился бежать к дальней части территории, обогнув стороной котлован, оставшийся на месте штаба. Там вдоль полигона, на котором тренировались наши новобранцы, все лето буйным цветом росли лопухи и крапива, достигая поистине гигантских размеров, куда выше человеческого роста. И теперь это оказалось мне на руку.

Сквозь заросли и кустарник, практически напролом, не выбирая дороги, только лишь поглядывая под ноги, чтобы не провалиться в одну из множества кротовых нор, я продирался по окружности пустыря, стараясь успеть скрыться с глаз явившихся полицейских. И, кажется, мне это удалось. Никакой погони за своей спиной я не слышал, зато зазвенел колокол — значит, прибыла еще и пожарная команда.

Наконец, я выбрался с пустыря, перелез через невысокий заборчик, попав на задний двор одного из домов, прошел к воротам, отряхивая по дороге с одежды грязь и репейник, под недоуменными взглядами бродящих по дворику кур, и, счастливо не повстречавшись с хозяевами дома, вышел в короткий переулок. Отсюда еще можно было слышать и колокол, в который непрестанно бил один из членов пожарного расчета, и чуть приглушенные расстоянием крики людей… но видеть меня они не могли, и я, широко шагая, отправился ровно в противоположную сторону, с каждым шагом увеличивая расстояние.

Принятое несколько минут решение о полной конспирации было не так-то просто исполнить, но я, наученный прежним опытом, заранее подготовился… и теперь уже четко знал, куда идти и что делать.

Домой возвращаться я не мог, но Грета справится и без меня. Ее, скорее всего, не было в штабе при атаке, она редко туда захаживала, поэтому за ее судьбу я не волновался. Некоторое время назад я открыл отдельный банковский счет и предоставил ей право пользования. Расходы на дом и прочие мелочи, коими я не хотел себя загружать сверх необходимого. Грета была честна до безобразия, и вечно пыталась всучить мне отчеты о потраченных средствах, но я их просто игнорировал, что ее обижало. О доме и Вилли она позаботится — в этом я был уверен. Даже, несмотря на известие о моей смерти, она сделает все необходимое.

Но этот банковский счет был не единственным 'запасным флюгхафеном*, были у меня и другие секретные запасы, сделанные экстренный случай, и отложенных там денежных средств должно с лихвой хватить на небольшую компанию.

*Flughafen (нем.) — аэропорт

Главное, у меня была одна зацепка — фамилия, которую успел выкрикнуть профессор за несколько мгновений до появления смерча. Этот человек, видно, был очень важен, раз в последнюю минуту своей жизни Зоммер назвал мне его имя, значит, и я обязан найти его и узнать, что связывало его с профессором… А там видно будет. Иного плана действия у меня не было. Полиция, конечно, постарается разобраться в произошедшем, но мне отчего-то казалось, что ничего и никого они не отыщут. Тот, кто организовал атаку, действовал обдуманно и, наверняка, замел все следы.

Но сам смерч — загадка, которую я обязан разгадать. Если он был вызван искусственно, в чем я ни на секунду не сомневался, то это сверхоружие, обладание которым сулит мировое господство. Но применено оно было против нашего отряда. Значит, мы кому-то очень сильно помешали, причем настолько, что неизвестные враги не побоялись применить сверхсекретную технологию для нашего устранения. Осталось понять — чьи именно интересы мы так сильно зацепили.

Самый очевидный вариант — здесь действовали агенты Бездны. И метод применен схожий — не зря же я вспомнил про унтербан — в тот раз тоже действовали измененные, и технологии казались достаточно схожими… и все же мне казалось, что не все так просто. Око — главного координатора по Руссо-Пруссии, а по совместительству, моего родного дядю, я убил лично, и, насколько знал, пока его место никто не занял. Позиции Бездны в империи значительно ослабли, и наш отряд сыграл ключевую роль. Мы планомерно зачищали агентурную сеть, отлавливая и уничтожая каждого доминатора.

Как видно, наши успехи не остались незамеченными, и против нас бросили такие силы, появления которых никто не ожидал. Итог — наш проигрыш, гибель людей, полное фиаско.

Но пока я жив, игра не кончена.

Я знаю, куда ехать. Знаю, кого искать. У меня есть силы и средства. Есть мотив.

Все только начинается.

Тяжелым шагом по длинному дворцовому коридору шел Его Императорское Величество Константин. Следом за ним, чуть не вприпрыжку, едва поспевал личный секретарь, не так давно назначенный на этот пост, а точнее, отобранный самим Константином среди сотен претендентов, маркиз Брун — невысокого роста, обильного телосложения, с ранними, не по возрасту, залысинами — он, однако, по мнению императора, был одним из самых подающих надежды умов столицы.

На почтительном, но не слишком значительном отдалении в три шага, за ними следовали дежурный дворцовый риттер-офицер и четверо гвардейцев.

Редкие для столь позднего часа придворные в испуге шарахались в стороны от процессии, склоняя спины в глубоких поклонах, на которые император не обращал ни малейшего внимания. Это было плохим знаком. Придворные — локаторы настроений Константина, перешептывались между собой, лишь только гроза проходила мимо. В такие моменты разумнее всего было покинуть дворец и не путаться под ногами, дабы не лишиться мимоходом головы.