Чтение онлайн

Мертвец не сопротивлялся. Тело его было теплым, упругим, никак не похожим на тело умершего человека, ни тактильно, ни по внешним факторам.

Я перевернул его лицом вверх. Ни тени сознания в стеклянных глазах, ни малейшей реакции на мои удары. Он был и жив, и мертв одновременно. Каким образом он стоял на ногах до этого, я не понимал.

Пара хлестких ударов по щекам ничего не поменяла, Финн все так же оставался безжизнен, и это была не игра.

Я тяжело поднялся на ноги, не понимая, что должен делать дальше. И тут мой взгляд зацепился еще за одну фигуру, стоявшую чуть в стороне.

Резко упав на пол, я перекатился в сторону, уходя с линии огня, и направил «дырокол» на нового врага, но все оставалось спокойно, никто в меня не стрелял, а замеченный мной силуэт не шевелился.

Да что тут происходит, хотелось бы знать?!..

Все так же осторожно, не сводя с прицела потенциальную цель, я подошел ко второй фигуре, пригляделся к его лицу, и почему-то совсем не удивился.

Это был Финн номер два… или номер три? Такой же, как тот, которого я убил, и абсолютная копия мертвеца, лежавшего в паре десятков шагов позади. И этот тоже мертвец. Слишком много мертвецов!

Теперь уж я огляделся по сторонам внимательнее. Тот тут, то там недвижимыми манекенами замерли фигуры людей. Уже не так опасаясь, как прежде, но все же держась настороже, я обошел их все — около двух десятков безжизненных Финнов, идентичных копий.

Когда-то в прошлом я уже имел дело с дублями — бойцами, похожими друг на друга, словно близнецы, но в этот раз дело было в ином. Прошлые дубли были искусственно выращены в гальванических ваннах сразу в зрелом возрасте и активированы для ведения боевых действий.

Эти же копии Финна вокруг не являлись полноценными живыми организмами — это были своего рода костюмы, в данный момент сброшенные с плеча хозяина и повешенные на плечики в шкаф до следующего подходящего случая. Все тела были холодными, но эластичными, они словно бы впали в некий долгосрочный ступор, сомнамбулическое состояние. Из них как бы вынули управляющий организмом разум, погрузили в долгую спячку ровно до того момента, пока хозяин «шкафа с вещами» не вернется. Это напоминало систему подселенцев-доминаторов, но в то же время кардинально отличалось от нее. У доминаторов тело было одно до самого момента физической смерти организма-носителя. Тут же хозяин менял свои костюмы-тела, когда сам того хотел.

Теперь понятно, почему Финн ничего не боялся там, в подвале. Ведь, даже уничтожив тело, я не убил того, кто им управлял, и он, дождавшись момента, просто сменил оболочку на аналогичную. Здесь таких костюмов были десятки. И опять же становилось понятным, почему «человека Старых людей» так боялись те, кто уже имел с ними дело. Даже если такого убить, он всегда вернется и отомстит. Без вариантов и исключений.

Получается, я попал в своего рода ангар-кладовую, где помимо старых, ненужных механизмов хранились и копии тел-костюмов, которые в данный момент не были востребованы хозяевами.

Да, но куда в таком случае делся сам владелец тела, если он снял свой «костюм» буквально несколько минут назад? Или не снял, а сменил? Но зачем менять тело одного Финна на точно такое же. Или были варианты? Как он, черт его дери, он выглядит теперь?!..

И тут вновь себя проявила моя ящерка. До этого смирно сидевшая на ромбовидных плитах пола, она внезапно сорвалась с места и помчалась вперед, смешно перебирая лапками и сияя предупредительно-красным цветом.

На мгновение мне стало безосновательно страшно. Но ничего ужасного пока не происходило, и я просто пошел за ней следом, приняв тот факт, что ящерка предупреждала об опасности впереди.

Внезапно задрожала земля, словно нечто гигантское передвигалось где-то внизу. Меня пошатнуло, но на ногах я все же удержался. Неужели червь-полоз добрался и до этого места?!

Я не видел иных выходов из зала с механизмами, кроме того темного прохода, через который я проник внутрь. Но как-то же отсюда выбрался тот, кто бросил здесь костюм-тело!

Моя ящерка волновалась. Она, то отбегала вперед, то возвращалась назад. Цвет ее менялся с тревожно-алого на изумрудно-зеленый. И именно ящерка помогла мне, наконец, найти второй выход из этого зала. Чуть сбоку, за одним из очередных механизмов, я вновь приметил колыхающуюся тьму — очередной проход.

Нисколько не сомневаясь, я шагнул вперед, вновь преодолевая ощутимое сопротивление пространства, которое все же поддалось, продавилось, выпуская меня наружу. Я вывалился в очередной полутемный пустой коридор, заканчивающийся тупиком.

Впрочем, нет, я ошибался. В конце коридора вибрировали колышущейся тьмой еще две мембраны-прохода, одна вела налево, вторая — направо. Моя ящерка, которая уже нетерпеливо поджидала меня там, бегая от одного входа к другому, меняла цвет. У левого прохода ее цвет оставался спокойным, зеленым, у правого же менялся на красный.

Все понятно, направо идти не стоит.

А налево шагать оказалось недалеко. Сразу за мембраной был очередной короткий проход, заканчивавшийся, как не странно, мощной дверью, украшенной резными узорами. Ее явно ставили не местные строители, обладавшие специфическим вкусом, а мастера из верхнего мира.

Дверь была старая, дерево местами почернело, медные бляхи давно уже не блестели, зато сверкали драгоценные камни, симметричными узорами покрывавшие всю поверхность. Крест-накрест дверь перекрывали две балки, опоясанные цепями. Помимо этого, я увидел огромный замок, весь проржавевший от времени.

Кто-то очень не хотел, чтобы эту дверь когда-либо отворили.

Ящерка нетерпеливо замерла перед дверью, вся налившись изумрудным цветом.

Понятно, мне явно сюда. Замок — ерунда, я пнул его, и он осыпался на землю ржавой трухой. Сколько же лет прошло с тех пор, как эту дверь затворили? Сотня или две? А может, гораздо дольше. Удивительно, что дерево оказалось прочнее железа. Я ткнул кулаком на пробу, но дверь и не думала поддаваться. Ладно, попробуем иной метод!

«Дырокол» сработал на славу — сначала я срезал цепи, потом балки, а затем просто потянул дверь на себя. Она не хотела поддаваться, за годы сросшись со стеной, и все же, сантиметр за сантиметром, с жутким скрипом, дверь открывалась.

Я тянул и тянул на себя тяжелый массив дерева, полностью доверившись зеленой ящерке, сообщавшей мне, что внутри опасности нет.

Получилось! Сначала медленно, потом пошло легче, и дверь отворилась ровно настолько, чтобы я смог протиснуться внутрь.

Тяжелый, затхлый запах давно не проветриваемого помещения выплеснулся наружу, через приоткрытое пространство двери.

Комната, в которой я оказался сейчас, была сравнительно небольшой — шагов десять в длину и столько же в ширину. И находился в ней лишь один предмет.