Чтение онлайн

Если пуля повредит диски, то вся его жизнь прошла зря.

Он пролетел через присыпанный снегом кустарник, понёсся по склону оврага наискось. Ускоряясь, лишь бы не упасть и всем существом ощущая, как стопы ударяются о мёрзлую землю. С каждым разом лодыжки сгибаются сильнее. Ещё чуть и хрустнут, как молодые ветви, или он полетит кубарем вниз, где среди жёлтой травы замёрз грязный ручей.

Сенатор пробежал до дна, выровнялся и врезался в очередной кустарник, но уже на другой стороне. Пробился через него и на четвереньках побежал вверх, хватаясь то за пучки травы, то землю или тонкие стволы деревьев… Слева земля выстрелила коротким фонтанчиком, и промёрзшие комочки чиркнули по лицу. Почти угодив в глаз. Затем ещё два фонтанчика ударили справа и над головой. Сенатор запоздало понял, что это пули.

Выстрелов он не услышал за гулом крови в висках и грохотом сердца. Развернулся и на краю оврага увидел двух солдат в горном камуфляже. Один прижал винтовку к плечу, ствол слегка покачивается, подстраиваясь под бег мишени. Сенатор сорвал со спины автомат и не глядя выстрелил в сторону врага. Короткая очередь треском пробилась через свист крови в ушах. Руку тряхнуло с такой силой, что почти выбило из плеча.

Солдаты отшатнулись, хотя пули Сенатора ударили далеко от них, ниже по склону оврага. И всё же, они огонь по нему прекратился. Так что мужчина смог выбраться из оврага и спрятаться за деревьями. Где просто упал на снег и зарылся лицом, хрипло дыша и выхаркивая лёгкие.

Такое напряжение никакая тренировка не даст.

Тело опустошено, а разум захлёстывают волны панического счастья. Он выжил! ВЫЖИЛ! Следом накатил ужас, ладонь ухватила рюкзак, ощупала… ЦЕЛЫЙ! В него даже не попали!

Среди деревьев разнёсся сиплый клёкот. Сенатор дёрнулся и осознал, что это его смех. С трудом поднялся на колени, встал, хватаясь за дерево, и побрёл вперёд. В этот раз без какого-либо плана, лишь бы разорвать дистанцию.

Снег беспощаден, и только слепой не возьмёт след, особенно теперь.

Сенатор судорожно огляделся, вслушиваясь в шорохи леса, скрип ветвей и хруст снега под ногами. У него есть шанс! Нужно добраться до текущей воды и дальше идти выше или ниже по течению. Даже если горяне, а это именно они, приведут собак, они потеряют след!

Почти идеальный план, с одним маленьким минусом. Зима. Холод уже сейчас кусается через ботинки, пробует кончики пальцев на вкус. Стоит пройтись по воде, он почти наверняка поймает переохлаждение и даже если не заболеет, будет прикован к костру на пару дней. Пока ботинки не просохнут.

Но всё же это лучше, чем быть пойманным или убитым.

Сенатор прикинул в памяти ручьи, мимо которых проходил ранее. Позади в шорохах ветвей проступают злые голоса и, кажется, лай собак. Андерец прибавил шаг, перешёл на бег трусцой. Отчаянно пытаясь контролировать дыхание и расход сил.

Нужно только добраться до воды, и он будет спасён!

Истребитель приземлился плавно, как по маслу. Полоса уложена посреди леса, бетонными блоками, к которым огромными машинами подведены тропы для снабжения. Инженерные войска, пусть и не участвуют в войне напрямую, но их вклад ничуть не меньше.

Вместо ангаров натянуты брезентовые шатры исполины. Нирел свернул в помеченный тройкой. Ткань, натянутая на железный каркас, затрепетала, стоило истребителю заехать. Двигатель затих, и Нирел выбрался из кокпита на крыло. Воздух в «шатре» на удивление прогрет, вдали от стен и работают тепловые пушки. А над входом гудит тепловая завеса, не дающая холодному воздуху, пробиться внутрь.

Под взглядом Нирела двое механиков «закрывают» ангар. Сдвигают полотно до щелчка магнитной застёжки. Стоило проходу закрыться, и тепловая завеса смолкла. В ангаре, кроме Нирела ещё пятеро пилотов, двое стоят у истребителей и наблюдают за работой механиков. Остальные сидят за пластиковым столом, какие ставят на дачах или в дешёвых кафешках на тёплом побережье. Пилоты играют в карты, время от времени прикладывая руку к передатчику на груди и прислушиваясь.

Винель среди них нет, так что никакого желания присоединяться у Нирела тоже нет. Он спрыгнул с крыла и поймал себя на этом странном умозаключении. С каких пор наглая девчонка стала его объектом интереса? Отмахнулся от них и повернулся к механику, что подходит, вытирая руки чёрным от масла полотенцем.

— Интересная у тебя птичка… — Пробормотал он, оглядывая заломленные вперёд крылья, подвижные турбины и слегка изогнутый корпус. — Это ведь У-37?

— 38-Ц. — Поправил Нирел с чувством гордости, какое редко испытывал, обсуждая, что-либо другое.

— Н-да, редкий аппарат. — Кивнул механик и в глазах появился блеск любопытства. — Сильно отличается от тридцать седьмой модели?

— Ну… на самом деле все отличия убрали ещё до моего рождения. — Вздохнул Нирел. — Он мог выходить на высокие орбиты и, говорят, планировался как для прототипа плазменного щита.

— Ну, про такое я не слышал. — Механик покачал головой и вновь окинул взглядом истребитель, особо уделяя внимание шасси. — Плазменный щит, это типа от снарядов защита?

— Не, для снижения трения. — Нирел неопределённо покачал головой и невольно улыбнулся. — Самолёт должна была покрывать плазменная плёнка и трение о воздух падало почти в ноль, ну или как-то так.

— Звучит… фантастично.

Механик отбросил тряпку, которая скорее пачкала руки, чем счищала с них машинное масло. Сунулся к шасси и заглянул внутрь корпуса, цокая от восхищения работой древних инженеров. Шасси — это не просто костыль с колёсиком. Оно обязано быть лёгким, прочным, безотказным и, главное, компактным. А удержать до двадцати тонн, что ударяются о бетон на немыслимых скоростях… это задача, требующая куда больше гениальности, чем может показаться.

— Ну, говорят в старину технологии были круче. — Нирел пожал плечами и с какой-то ревностью следит за механиком.

— Брешут. — Сунув голову в лоно истребителя, отмахнулся тот. — Не круче, просто им было проще, подумать только, возможность связываться в любое время с любой точкой на планете, а как облегчала жизнь.

— Ну да, здорово облегчало.

— Что за проблема-то?

— Навигация сбоит.

— Сильно?

— Меня увело на полтора квадрата.

— Н-да, недурно. Ладно, сейчас поправим, заодно проверим твою птичку.

Механик соскочил с шасси и свистнул, сложив губы трубочкой. Откуда-то из глубин «шатра» к нему поспешил помощник с массивным ноутбуком подмышкой. Не выслушивая, влетел на крыло и сунулся в кокпит, подключая провода к разъёмам в ноутбуке. Экран запоздало вспыхнул, выскочили чёрно-зелёные окна, что почти сразу заполнились цифрами.

Две машины начали общение в формате «запрос-ответ». С небольшой натяжкой, это похож на беседу с врачом. Помощник прислонился к кабине и, глядя в экран ноутбука, выкрикивает парные цифры:

— Одни… семь. Два… два!

Механик кивает, задумчиво постукивая пальцем по корпусу. На седьмом пункте нахмурился и мрачно кивнул.

— Ладно, сходи покури

Нирел кивнул, он не настолько разбирается в механике, чтобы следить за работой мастеров. А наблюдать, как его «птичке» лезут под «юбку» совсем не тянет. Он вышел через малый клапан и почти сразу поёжился от холодного ветра. Чем ближе к океану, тем холоднее, воздух сырой и на деревьях уже видна наледь. Она же блестит по края взлётно-посадочной полосы. На другом её конце замер экскаватор с приваренным вместо ковша реактивным двигателем. В кабине курит водитель в раздутом ватнике и меховой шапке.