Чтение онлайн

– Проклятье!

Алиса не осмелилась посмотреть.

...

Исаия чувствовал это - падение. Он старался притормозить, удержаться, но проваливался лишь глубже, увязая в безумии, как в трясине.

Безумие.

Как еще назвать навязчивое чувство, будто ты безнадежно влюблен? Чувство, что сделаешь что угодно, станешь кем угодно, лишь бы она была счастлива?

... Счастлива? Ложь.

Сделаешь что угодно, станешь кем угодно, лишь бы она улыбалась тебе. Улыбалась. Тебе.

Нуждалась в тебе. Полагалась на тебя. Зависела от тебя.

Влюбиться так самозабвенно даже в простую девушку Исаия не хотел. Раствориться в ком-то, открыться и потерять контроль в бредовой надежде, что и она ответит тем же - нет, это было не для него. Такие парни со стороны выглядели слишком жалко, чтобы Исаия добровольно вошел в их ряды.

И вдруг пасть перед желанием - влечением к собственной малолетней сестре.

Омерзительно.

Извращенно.

Противоестественно.

Он никогда - никогда!
– не смотрел на нее не так, как надо. Просто младшая сестра, о которой и вспоминаешь-то лишь, когда на глаза попадется. И вдруг... такое.

Исаия жадно вдохнул запах Евы, по-прежнему витавший в ее комнате. Скоро Ева перестанет давать им свою кровь. Еще три недели и не останется ничего - никакой причины прикоснуться к ней, держать в руках, пить ее и ласкать, пока дурман укуса заставляет забыть, кто и что с ней все это делает.

Исаия с ужасом и надеждой ожидал этого. Возможно, все только ухудшится, но могло быть и наоборот. Без постоянного контакта эмоции постепенно остынут, и станет легче. В противном случае парень не представлял, как будет смотреть в глаза матери.

...

– Аппетитный мальчик, - ласково коснувшись плеча Измаила, проронила Мириам после того, как отослала Майлза прочь. Оба они глядели на то, как Ева отчаянно стирала кровь с лица Ильи, сдерживая слезы. Она была напугана, и это чуяли все вампиры в гостиной.
– Напоминает тебя, - вкрадчиво добавила княгиня. Измаил никак не отреагировал, и она продолжила: - Как думаешь, он поступит с ней так же, как ты с Агарь? Он изнасилует ее? А, мой дорогой Ишмаэль?

Он повернул к ней голову, и Мириам отдернула руку от его плеча, потому как Измаил ей улыбался. Улыбался ласково и нежно, интимно, только ей одной. Так он улыбался Агарь, и так он улыбался своим врагам за мгновение до того, как отрывал им головы, вырывал глотки, выбрасывал их на солнечный свет. Эта улыбка предвещала смерть, ибо была полна темной, одержимой любви к женщине, которой уже нет.

– Будь ты проклят, Ишмаэль!
– прокричала Мириам с гневом, полным расстройства.
– Почему ты не можешь просто стать моим!?

Ее крик привлек внимание всех в гостиной. Ева и вовсе подскочила от неожиданности, уставившись во все глаза на разворачивающийся скандал между двумя вампирскими повелителями, что больше напоминал ссору давних любовников.

– Я могла бы убить тебя, перебить весь твой двор и забрать Источник!
– заявила княгиня резким голосом и тут же прильнула к Измаилу всем телом, ладонями обхватив его лицо, полное нежного, безумного веселья.
– Но я люблю тебя. Посмотри, как я люблю тебя. Неужели это ничего для тебя не значит?

Князь не ответил ей. Он накрыл ее ладони своими и мягко высвободился из ее рук. А после наклонился и поцеловал в полные, кроваво-красные губы. Отстранившись, Измаил обратился к Еве, и, девочка могла поклясться, лицо его выражало скорбь, а улыбка - тень усталости:

– Ты хотела поговорить. Я слушаю.

И сказал он так, будто знал, о чем пойдет разговор, и знание это его не радовало.

От всего этого Ева на миг растерялась. Илье пришлось подтолкнуть ее, чтобы вывести из задумчивости.

– Я хотела бы обратить человека в вампира, - медленно произнесла она, мимолетно оглянувшись на Ноя.
– Ту девушку, что первая в очереди.

– Нет, не хотела бы, - заметил Измаил. Ева на него нахмурилась, не понимая, к чему это он сказал. Зато понял Илья.

– Ев, мы чуем, когда говорят неправду, - напомнил он ей негромко.
– Ты не хочешь никого обращать.

Теперь сестра нахмурилась на него. Она думала, что все вампиры типа телепатов, мысли читают. А они чуют, оказывается.

– Ладно, могу я обратить ту девушку или нет?

– Зачем тебе это?

– Она вроде умрет, если ждать конца месяца.

– И что с того?
– продолжал спрашивать Измаил.
– Ни ее жизнь, ни ее смерть тебя не касаются.

– Меня Ной попросил, - сдалась Ева, снова оглянувшись на упомянутого вампира.
– Что тут плохого, если я не дам ей умереть?
– занервничала она.

– Это тебе решать, - Измаил перевел взгляд на Ноя, и взгляд этот стал далек от теплого.
– Все не уймешься?

Ной упал на колено, склонив голову. Выглядело это отработанным за много лет рефлексом. Возражать он не посмел.

– Однажды ты уже разбил сердце Агарь мольбой спасти для тебя женщину, - сумрачной грозой двинулся на него князь. А приблизившись, схватил Ноя за волосы, заставив поднять голову: - Ты забыл, чем все закончилось?

– Я помню, князь, - ровно отозвался тот.

– Отпусти его, - вмешалась Ева. Измаил повернул к ней голову, но девочка все равно подошла и обеими ладонями обхватила его за локоть руки, что удерживала Ноя.
– Пожалуйста.

– Агарь любила его, - сказал он тихо, едва разборчиво.
– Она уступила его мольбе, хотя это решение разрывало ей сердце.

– Она обратила ту женщину?

– Да, - выдавил Измаил, и вдруг вся та боль, что искажала его лицо, пропала, сменившись знакомой Еве улыбкой блаженного и конченного психа.
– Но я все исправил.

– Как?
– Ева не хотела знать.

– Я посадил ее в клетку и запретил кормить, - счастливо поведал ей князь, будто ребенок, что хвастался собственноручно изувеченной мухой.
– Две ночи, и она уже походила на бешеное животное. Через четыре она стала напоминать высушенную старуху. А через неделю Ной получил мое разрешение.