Чтение онлайн

— Туда, — указал он направление.

— Теперь твоя очередь, — сказал я Кате.

— Я смогу, — она решительно качнула головой.

Чёрно-белый мир, не знавший полутонов и оттенков встретил Катю, когда она коснулась пульсирующего шара пепельного цвета. К слову, источник антиэнергии доставшийся ей, не висел в одиночестве посреди ничего, как в случае с Хуном. Вокруг него закручивались вихри, в которых она ясно ощущала привкус смерти и разложения.

— Окружи себя энергией и проскользни мимо них, — посоветовал ей Павел.

Она с благодарностью кивнула и войдя в состояние «берсерка», как его называл её любимый, покрыла своё тело изумрудной энергией жизни и рванула вперёд.

Как только она приблизилась к первому вихрю, тот внезапно ожил и ринулся ей наперерез. Его примеру последовали остальные, загоняя девушку в окружение. Вот только она не боялась ни смерти, ни разложения. Катя всё это видела сначала на войне, а затем и в подвале вампиров.

Она резко остановилась и дождавшись пока вихри уже ринутся к ней, подпрыгнула со всей возможной силой. Получилось даже слишком высоко.

— РЫВОК! — крикнула она, и её Слово обратилось в два невидимых крыла за спиной, что взмахом отправили её к цели.

Катя потрясла головой, будто вытряхивая из неё мысли о прошедших смертельных догонялках, и сосредоточилась на реальности.

— Чёрное и белое, — пробормотала она.

Чёрная земля с ярко белыми проплешинами и небеса, белые, с гигантскими чернеющими кляксами облаков.

Катя несколько мгновений раздумывала, а потом махнув на всё рукой, зашагала куда глядели её глаза.

Я мрачно смотрел на замершие в полуметре от Кати вихри антиэнергии и думал. Моя женщина уже третий день находилась внутри шара и в отличии от Хуна, никаких внешних воздействий на её тело и организм не происходило. Она была спокойна, энергия текла ровно, как и эмоциональный фон, в котором лишь прослеживалась скука.

Вообще интересно получилось с этими источниками антиэнергии. Для каждого претендента на их силу выпадало своё испытание, что наводило на мысли об искусственном происхождении данных шаров. Могло ли быть такое, что в изнанке нашего мира тоже кто-то обитает? Но не здесь, где в реальности пустошь.

Теория интересная, но сейчас меня больше волновала моя женщина и то, когда она уже найдёт это чёртово зерно.

Внезапно вихри ожили и мгновенно втянулись внутрь сферы, а та в свою очередь, в руку Кати.

А вот потом было интересно. Катя не засветилась серой энергией, лишь в глазах промелькнула искра антиэнергии и всё. Никаких спецэффектов и прочее.

— Ты как? — вглядываясь в её глаза, всегда тёплые и нежные для меня, спросил я, стараясь не выдавать тревогу за неё.

— Отлично, — улыбнулась она. — Только устала искать тот шарик! Он создал целый черно-белый мир, и постоянно прятался от меня.

— Словно разумный? — с интересом уточнил я.

Она мгновенно подумала и морща лобик ответила:

— По ощущениям, он как кот, который нашкодил и прятался от меня.

На это я улыбнулся и обнял её.

— А антиэнергия?

— При мне, — она вытянула ладонь, где тут же возникла серая сфера, в которой я распознал зерно.

— Оно не заперто в твоём источнике? — удивлённо посмотрел на неё я.

— Нет, — непонимание в её глазах и вопрос: — А должен?

— Видимо нет, — медленно ответил я, и начал сканировать её магическое тело. — Попробуй его поглотить снова. И скажи, что ты можешь с ним делать.

— Сейчас, — кивнула Катя и начала экспериментировать.

Ну что можно сказать? Хун стал монстром, каких поискать, с возможностью открытия порталов в изнанку и обратно, в любом месте, а Катя… Она может с антиэнергией делать что угодно, и я подозреваю, что она сможет поглотить ещё с десяток таких источников, если не больше.

Порадовавшись за них, и за то, что шансов в грядущих противостояниях стало больше, мы отправились домой.

Ритуал было решено провести в Новый год. В тот самый миг, когда ударят куранты, а император поздравит страну с очередным прожитым нелёгким годом.

Готовился не только я, но и город. Благодаря Кислицину и его начальнику, получилось организовать всё необходимое, и что немало важно — реализовать мою задумку на все сто процентов. Хотя, влетело это всё в копеечку, как для меня, так и для государства, но деваться было некуда, иного пути я просто не видел.

Когда мои ученики, все, включая Говорухина с парнями, кадетов, новых студентов, Серёжей и врождёнными магами-подростками, собрались у моего особняка, я взял слово:

— Мы здесь собрались для того, чтобы сделать наш клан сильнее. Как и всех тех, кто за нами пойдёт в будущем. Запомните, сила — это единственная гарантия жизни и мира, всё остальное — ширма, за которой прячут оружие.

В этот момент с неба закружился лёгкий снег, что я, да и ученики, судя по улыбкам, посчитали добрым знаком.

— А теперь, — после небольшой паузы, продолжил я, — давайте сделаем это!

Они все взялись за руки, образуя круг, и над ними вспыхнул другой, но уже магический. Отголосок прошлой силы, то, что позволило мне первое время после пробуждения вполне достойно жить, учитывая моё крайне плачевное состояние на тот момент.

Над магическим кругом вспыхнул эгрегор, а из храма донеслись голоса, которые мелодично исполняли песню в мою славу.

Я поднял руки и прикрыл глаза. Небольшой импульс и несколько артефактов вспыхнуло алым, оставляя после себя лишь пепельный след, но отдавая всю заложенную в них магию.

Потекли мгновения, которые показались мне вечностью, ибо через меня ревущим потоком рванула мана. Природная и божественная начали смешиваться, а я ощутил привкус металла во рту. Неужели я ещё слишком слаб для подобного?

Упрямо стиснув зубы, я прошептал несколько слов телесного и духовного укрепления, и продолжил прогонять через себя океаны силы.

Ещё немного и у меня получится, я чувствовал это. Секунда, другая, и вот уже кровь в ушах и под носом, что я просто игнорировал. Всё потом, сначала дело.

Шпак Ерёма Николаевич устало потёр глаза и откинулся в кресле. Так как он был доверенным человеком Павла, на него свалилось множество бумажной волокиты, связанной с переоформлением города. Но самое забавное и в то же время раздражающее было не то, что императорский населённый пункт переходит под ответственность клана Павла Повелителя Слов, а смена названия.