Чтение онлайн

Хамал мягко убрал его руки. Эммануэль обратил внимание на залёгшие под глазами Гиллеля густые чёрные тени. Вчера их не было.

– - Старик сказал, что украшения принёс какой-то молодой человек, рассказав, что это-де семейная реликвия, но дела идут плохо и он вынужден продать её. Говорит, что не разглядел лица.

Ригель на мгновение замер.

– - А то, что он сказал... соответствовало тому, что он думал?

Хамал долгим, мрачным взглядом окинул Ригеля.

– - Нет, не совсем соответствовало. Точнее, совсем не соответствовало.

Эммануэль молча ждал.

– - Он сказал Моозесу, что хочет не заложить, а сразу продать украшения.

– - И это всё? Немного, -- резюмировал Эммануэль.

Хамал судорожно вздохнул. Вошёл Риммон. Слуги стали накрывать на стол.

– - Можно сделать ещё ряд умозаключений. Он хорошего происхождения, семья богата -- ведь он разбирается в камнях, хотя, ... ну, не важно, а ещё -- у него хорошие артистические данные и недюжинные находчивость и смелость.

– - Я исключаюсь по всем признакам, -- невесело заметил Эммануэль, разглядывая купленное Риммоном колье. На душе его странно похолодело. Он Сибил такого не купит... нет, не то... Эммануэль что-то понимал, но само понимание не облекалось в слова и не доходило до сознания.

– - А вот Риммон подходит по всем, -- ввернул Хамал.

– - Да уж, нашли артиста, -- Сиррах лениво развалился в кресле и, взяв ларец, внимательно поглядел на камни.
– - Что нужно женщинам? Зачем им эти побрякушки?

– - Бриллианты никогда не были просто украшениями, Риммон. Они отражают статус. А статус будет важен всегда.

– - Наверное, вы правы. Кстати, вы торговались, Хамал, как заправский делец. Я много переплатил?

– - Нет. Вы не переплатили. Торговался же я не как делец, а как самый обыкновенный еврей.
– - Хамал говорил как-то отрешённо, точно вовсе не думая над сказанным.
– - Есть, кстати, такой забавный анекдот. Еврей обещает Богу, что будет исполнять все заповеди, если Бог даст ему богатство, красавицу-жену и сделает его раввином. Слышащие его молитву говорят ему, чтобы он не торговался с Богом. Тот педантично перечитывает все десять заповедей и уверенно говорит, что заповеди "не торгуйся" там нет.
– - Эммануэль и Сиррах улыбнулись.
– - Я надеюсь, Риммон, камни Эстель понравятся. Они подходят под цвет её глаз.

Некоторое время все молча ели. Неожиданно Риммон заметил:

– - А может, мы ошибаемся, Хамал? Укравший камни -- ведь не обязательно убийца. Он мог просто знать о них, а когда Лили убили, подумать, что это -- весьма удобный случай стащить их.

– - Если так, то воришка -- одна из девиц. А продать камни она могла через подставное лицо.

– - Девица не стала бы их продавать. Оставила бы до лучших времён. Сами же говорите -- "статус", -- Риммон захлопнул футляр.

– - Слишком много загадок. Никто так и не знает, как её убили. Есть ли связь между смертью Лили и гибелью Виллигута? Как погиб Генрих? Колдовство какое-то...
– - Хамал нервно поёжился, и Эммануэль снова ощутил исходящий от него странный импульс.

– - Я не верю в колдовство, Гиллель.

– - А в привороты, Риммон?
– - насмешливо спросил Гиллель. Губы его раздвинулись в какой-то механической, деревянной улыбке.

– - Да ну вас, Хамал! Будь можно колдовством мужчин заманивать, у Хеллы Митгарт были бы любовники!

Хамал нервно расхохотался. Отсмеявшись, заметил, наклонившись к Ригелю:

– - Представьте, Эммануэль, нашего красавца мсье де Невера и Хеллу Митгарт у алтаря...

Эммануэль обладал живым воображением, и нарисованная Гиллелем картинка на мгновение вызвала оторопь, потом -- улыбку, сменившуюся тихой болезненной грустью. Морис и Сибил...

Хамал заметил странности его мимики, внимательно посмотрел на него и опустил глаза. Руки его нервно дёргались, он, казалось, готов был сломать себе пальцы. За окном закружились снежинки, и вскоре снег повалил хлопьями.

После обеда Хамал напомнил Эммануэлю о книге, обещанной ему. Эммануэль ничего не обещал Хамалу, но понял, что тот хочет остаться с ним наедине. Он кивнул, и они направились к нему в комнату. В коридоре Гиллель напевал под нос какую-то шансонетку, смеясь, рассказал, как пытался уговорить Риммона сходить в городе в варьете, а сам то и дело поглядывал на Ригеля. Эммануэль, наконец, смог сформулировать свои ощущения.

Хамал солгал ему. Всё совсем не так. Хамал боится чего-то. Он напуган до полусмерти.

Глава 17. Оборотень

И под личиной внешней скрыта личность,

которой мы вовек не разгадаем...

– - И.В. Гёте, "Фауст"

Едва они оказались в гостиной Ригеля, Гиллель сам наложил на дверь засов и дважды провернул ключ в замке. Выдержка начала изменять ему. Он рухнул в кресло, вцепившись руками в волосы. Ригель присел на краешек тахты и терпеливо ждал. Страх Хамала передавался ему.

– - Это ужасно, Ригель.

– - Рассказывайте же, Господи!

Хамал поднял на него больные глаза.

– - Старик Моозес знает меня с пелёнок. Почти год до поступления сюда я работал с ним. Он любит меня как внука своего друга и невероятно высоко ценит как сотрудника. Говорит, что у меня великолепная интуиция. Вы знаете, Эммануэль, на чём она основывается. Я помог ему заработать на клиентуре сотни тысяч.
– - Он сглотнул слюну, и руки его конвульсивно сжались, -- Моозес обладает огромным опытом и отточенным умом. Обмануть его невозможно...
– - Гиллель снова замолчал. Эммануэль боялся пошевелиться.
– - ... а самому ему ничего не стоит надуть любого. Но лгать мне он бы не стал, да и не смог бы, вы же понимаете.

Ригелю показалось, что он уже начал понимать.

– - Эммануэль, это ужасно... Он был потрясён моим вопросом и подумал, что я рехнулся.

– - То есть... к нему приходил...

– - Гиллель-Исроэль-Шломо бен Давид бен Абрахам Хамал! Я, я к нему приходил!!!
– - сорвался на истеричный крик Хамал.

Эммануэль потрясённо молчал, ни о чём не спрашивал. Опустив глаза, обдумывал услышанное. В глухой тишине было слышно только мерное тиканье настенных часов. Хамал тоже сидел молча, вцепившись в подлокотники кресла. Молчание Ригеля чуть успокоило его.

– - ...Я говорил Неверу, что здесь слишком много чертовщины, но это уже чертовщина запредельная, -- проговорил наконец, глубоко дыша, Гиллель.
– - Человек, принимающий облик другого... Спасибо, что не подумали...

– - О чём?
– - прошептал Эммануэль.

– - "Не я ли это все-таки был? И не стащил ли я сам в сомнамбулическом сне дедовы бриллианты и не загнал ли их в беспамятстве?" -- Лицо Хамала нервно передёрнулось.
– - Кстати, вор получил настоящую цену, Моозес же знал, что я в этом разбираюсь не хуже него. Я боюсь, Эммануэль.

– - То есть старик-ювелир был уверен, что к нему пришли вы сами с колье Лили?
– - Ригел ошеломленно покачал головой.
– - Если речь идёт о гриме, то под вас могли загримироваться только девушки или... я. У всех остальных -- другая комплекция.

Хамал отмахнулся от этой версии.

– - Грим не мог бы обмануть Моозеса Фейбиша. Он знает меня с детства, помнит ребенком. Форма лица, носа, скул, цвет глаз, разрез век и ноздрей! Это не подделать никаким гримом.

Ригель не оспорил его.