Чтение онлайн

Рогги на это лишь махнул рукой.

– Короче, хреновы наши дела, Танцор… Без гражданства в Баненхайме делать нечего. Думаем за город податься, в деревню. Сам знаешь, на земле рабочие руки всегда нужны - мужики крепкие в помощь по хозяйству. Что крестьянам эти документы – они поди такие же безграмотные, как и наши. В деревне что главное – не отлынивать и честно трудиться. Две руки есть, голова на плечах тоже имеется, а значит на краюху хлеба заработаем.

– Или вдовушку какую на селе найдем, - вновь подал голос Зычник из кружки.

– Или так, - согласился Рогги, – но с бабами как повезет.

Расстался я с мужиками на тоскливой ноте. Вроде и никто они мне, а все равно чувствовал себя паршиво. Еще и денег зажал, гуляя на халяву. Не то что бы из жадности, просто лежали банкноты глубоко в кармане, свернутые в трубочку. Чтобы одну бумажку достать, пришлось бы светить остальные, а после объяснять мужикам, откуда такое богатство.

– Можешь у нас переночевать, - предложил Бабура. – Ты не подумай… условия не хуже, чем на корабле.

Это он про полуподвальное помещение в местном клоповнике. Матросы ютились в одной комнатке на троих, настолько маленькой, что даже мебели не имелось. Спали на полу вповалку, питались чем придется, а денег… А денег катастрофически не хватало, и при этом они продолжали бухать.

Другой бы на моем месте попытался прочитать нотации. Только кто я такой, чтобы взрослых мужиков жизни учить. Тут бы со своими проблемами разобраться. А что касаемо выпивки… Порою она выступала в роли защитной прокладки на механизме. Забери её и оборудование мигом выйдет из строя. Полетят шестеренки и колесики, одолеет душу черная тоска и останется у человека только одна дорога - на тот свет. Поэтому бухают зачастую в предупредительных целях, чтобы меньше о петле думалось и о той серой безнадёги, что окружает.

Распрощался я с троицей возле самой «Жемчужницы», на прощанье уточнив адрес коморки, где их можно найти.

– Танцор, ты учти, что через пару дней съедем и…, - Зычник неопределенно махнул рукой. В сторону противоположную от океана, где по его разумению находились деревни и богатые вдовушки, только и ждущие мужского внимания.

– Может лучше к нам, переночуешь до утра, - вновь предложил Рогги. – А то в порту последние дни неспокойно.

– Шумят, - вздохнув, добавил Бабура. И покрепче перехватил Зычника, перепившего и по причине оной утратившего всякую связь с землей.

– Не, мне в город надо. Как-нибудь доберусь проулками.

– Ну смотри, твоя шкура - тебе и решать, - вздохнул здоровяк.

– А чего решать, это же Танцор. Он в отличии от нас крутиться по жизни умеет, -возразил Рогги.
– Помнишь, в каких обносках с корабля сходил? И теперь глянь – на сюртук заработал и новые сапоги где-то раздобыл.

От сказанной фразы внутри неприятно заныло. Разве это новые? Вот раньше была обувка – всем сапогам сапоги: подметка крепкая, толком не истертая, и кожа скрипит. Пока одна сволочь не спёрла, вместе с баночками гуталина. Ну да чего уж теперь…

Матросы пошли своей дорогою, а я своей. Свернул в узкий проулок и вместо того, чтобы продолжить путь по плохо освещенной улице, подошел к бирже (примечание автора: в данном контексте то же самое, что и стоянка) автомобилей.

Любили местные всему свои названия давать, а чего, спрашивается, выпендриваются? Дескать все из себя прогрессивные и умные. Как у народа простого повелось, ежели есть четыре колеса, то выходит повозка: с лошадью - обыкновенная, без оной - самоходная. И все, точка! Но нет, давайте мы их автомобилями прозывать станем.

Один такой как раз стоял на углу магазина. На капоте серебрилась фигурка вставшего на дыбы коня. Возницы в салоне не оказалось - тот медленно прогуливался вдоль бортов, то и дело постукивая носком сапога по колесам.

– Милейший, до Восточных Холмов подкинешь?

Возница нехотя оторвался от своего несомннено важного занятия. Некоторое время изучал мой прикид, а после озвучил:

– Двадцать кредитов.

Я аж чуть не поперхнулся от возмущения.

– Чего так дорого?

– Времена нынче непростые, потому в ночное время двойная такса.

Ага, непростые… Этим только дай повод. Что торговцы на рынке, что извозчики - вечно цены задирают, стоит людской беде случится. Пришлось торговаться и скинуть первоначально озвученную цифирь до двенадцати.

Всё равно дороговато выходит поездочка, пешком не в пример дешевле… Взвесив все «за» и «против», я решил не испытывать удачу. Хумай, как известно, птица непостоянная: а ну как махнет крылом и улетит в другую сторону. Одно дело разбираться с бандой мелких молокососов, перед которыми пусти кровь – мигом разбегутся, и совсем другое – прожжённые уголовники. Тут каким бы ловким не был – окружат и забьют на смерть.

Заплатив положенное, я забрался на заднее сиденье. Поднял воротник от холодного ветра и думал подремать, но возница оказался на редкость разговорчивым. Поведал о надвигающейся непогоде, о напряженности на границе и помянул недобрым словом перекупов, задирающих цену на масло.

Я долго слушал болтающего обо всем на свете мужичка. И когда дождался паузы, вставил давно интересующий вопрос:

– Эта машина на монополи работает?

– А то, - возница довольно хмыкнул, дескать чего взять с деревенщины необразованной. Когда каждому в городе известно, что ежели нет впереди кобылы, значит под капотом небесный артефакт. Дураком показаться не страшно, куда страшнее им быть.

– И каков принцип работы сего устройства?

– Принцип простой. Силовой камень с помощью специального привода передает энергию на колеса и те крутятся.

– То есть вставил любой монополь и механизм заработаеь? – уточнил я.

– Если бы было все так просто, как ты говоришь, парень. Каждый камень требует предварительной калибровки, в зависимости от места назначения. К примеру, монополь в отопительной системе для автомобиля не подходит, а оружейный так и вовсе будет опасен: либо взорвётся, разнеся к шантру половину квартала, либо начнет притягивать к себе все металлическое в радиусе полста метров: гвозди, водосточные трубы, люки. Из-за чего машина превратится в груду покореженного железа.

– А калибровка это что?

– Это вроде тонкой настройки камня. Его обтачивают, выдерживают в кислой среде, и размагничивают с помощью специальных приспособлений.

– В кислоте-то зачем?

Возница задумался, но вскоре вынужден был признать, что не знает.

– Этим ученые в секретных лабораториях занимаются, а простым смертным туда хода нет. Почитай, вся экономика на силовых камнях держится: и заводы, и фабрики. Если с их энергией что-то случится - страна развалится.

– Прямо-таки развалится, - удивился я.