Чтение онлайн

Другие ребята не получили благодати Господней, так что? Это не дает тебе права вести себя так, будто ты лучше их.

Ты всего лишь мальчишка, – продолжал он строго отчитывать меня, грозя пальцем. – Ты еще ничего не совершил. Ровным счетом ничего. Когда однажды ты чего-нибудь достигнешь, тогда и празднуй. Но и тогда делай это со смирением и скромностью!»

Я был потрясен. Помню, как отчаянно хотел я убежать и спрятаться в спальне, которую делил с Зока. Но, как обычно, Дондиньо дал прекрасный совет – тот разговор запал мне в душу на долгие годы. Как оказалось, это было также важным предупреждением для всей Бразилии.

Когда чемпионат, наконец, начался, все наши уличные игры прекратились, поскольку мы хотели с должным вниманием следить за турниром. Какое-то время казалось, что все наши волнения и переживания с затаенным дыханием не напрасны: Бразилия выиграла стартовый матч в Рио, разгромив Мексику со счетом 4:0, причем два мяча забил Адемир – прекрасный футболист из клуба «Васко да Гама», получивший прозвище Челюсть за… Разумеется, за выдающуюся вперед челюсть – за что же еще! Следующий матч стал отрезвляющим: ничья 2:2 со Швейцарией на стадионе «Пакаэмбу» в Сан-Паулу. Однако победа над Югославией со счетом 2:0 успокоила нервы, и вот так Бразилия подошла к финальному раунду.

С этого момента наша команда словно превратилась в монстра. Бразилия буквально уничтожила довольно приличную шведскую сборную со счетом 7:1, при этом четыре мяча были забиты Челюстью. Четыре дня спустя наша команда подобным же образом разгромила Испанию, добившись сокрушительной победы со счетом 6:1, причем голами отличились пятеро наших игроков. Бразильская команда выглядела умелой и хорошо сбалансированной, имевшей крепкую оборону и широкий выбор атакующих комбинаций для завершающих ударов по воротам. Она играла на публику, которая, в свою очередь, подбадривала ее речевками и кричалками, осыпала конфетти и всячески демонстрировала свою любовь, как это бывает у болельщиков, когда играет команда из их родного города. Без видимых усилий и с еще меньшим напряжением Бразилия оказалась в одном шаге от победы на чемпионате. Может, Дондиньо был прав и кубок в итоге будет нашим?

Завершающая схватка должна была стать именно такой, какой все хотели ее видеть, – Бразилия играла против Уругвая. Население Уругвая, страны овцеводческих хозяйств и песчаных пляжей на южной границе Бразилии, составляло на тот момент чуть более двух миллионов человек – в одном Рио-де-Жанейро проживало куда больше людей. Уругвайская сборная, в отличие от бразильской, прошла в финальный раунд с горем пополам, едва вытянув ничью 2:2 с Испанией и успев таки забить гол в матче со Швецией в последнюю пятиминутку, победив со счетом 3:2.

У нас даже было идеальное место для проведения матча – совершенно новый стадион «Маракана» в Рио, специально построенный к чемпионату мира. Благодаря своим огромным размерам и архитектурным изыскам он больше походил не на стадион, а на императорский дворец, на который не поскупились с явной целью короновать здесь команду хозяев чемпионата. Бразильское правительство привлекло к его строительству свыше десяти тысяч рабочих. Ближе к завершению строительства рабочие «протестировали» конструкцию стадиона, заполнив до отказа часть трибун и изображая восторженную толпу, радующуюся забитым голам. К счастью, все опоры и балки выдержали. Когда спустя два года работа, наконец, была закончена, «Маракана» стал крупнейшим стадионом в мире, способным вместить почти двести тысяч зрителей, что более чем на сорок тысяч мест превышало возможности второго по величине стадиона «Хемпден Парк» в Глазго, Шотландия.

Бразильские СМИ и политики из кожи вон лезли, стараясь переплюнуть друг друга в похвалах, расточаемых в адрес «Мараканы» и, соответственно, Бразилии. Газета «А Нойте» восклицала: «Бразилия построила крупнейший и идеальнейший стадион в мире, прославив знания и умение своего народа, продемонстрировав прогресс, достигнутый ею во всех областях человеческой деятельности… Теперь у нас есть арена фантастических размеров, на которой весь мир сможет восхищаться нашим престижем и спортивным величием».

Если в этом звучит некоторый перебор, то он – ничто в сравнении с тем возбуждением, которое царило в день матча. Парады, похожие на карнавалы, захлестнули улицы Рио, они шли друг за другом с пением песен, специально сочиненных для празднования коронации бразильской команды как лучшей в мире. Многие рабочие взяли в этот день отгул, запаслись пивом и сладостями в предвкушении бешеной вечеринки, которая непременно должна была начаться позже. Одна газета даже опубликовала фотографию нашей сборной на первой странице с заголовком «Вот они – чемпионы мира!».

Когда бразильская команда вышла на поле, игроки с восторгом увидели полностью заполненный стадион «Маракана» – двести тысяч болельщиков даже по сегодняшним меркам является рекордом посещаемости футбольного матча. Перед началом игры членам команды были подарены золотые часы с гравировкой: «Чемпионам мира». А затем – на тот случай, если до кого-то не дошло – губернатор штата Рио-де-Жанейро обратился к команде, зрителям и нации со следующими словами: «Вас, бразильцы, я считаю победителями турнира… Вас, игроки, менее чем через несколько часов будут чествовать миллионы соотечественников… Вас, не имеющих равных на этом земном полушарии… Вас, настолько превосходящих любого другого соперника… Я уже приветствую вас как победителей!»

И среди всей этой экзальтации звучал лишь один осторожный голос, принадлежавший человеку, который был очень обеспокоен. «Это не показательное выступление. Этот матч, такой же, как любой другой, только тяжелее, – сказал журналистам накануне игры бразильский тренер Флавио Коста. – Боюсь, мои ребята выйдут на поле так, как будто у них на футболках уже нашивка чемпионов мира».

Все происходившее тогда порождает множество вопросов: Бразилия, дорогая моя, что же стало причиной всей этой шумихи? Наша наивность? Глупость? Или что-то еще? Одному я научился за прошедшие годы – и далось мне это с большим трудом: то, что произойдет на футбольном поле, почти никогда невозможно полностью предугадать. Это со всей справедливостью можно отнести не только к Бразилии, но и ко всем странам мира. Для того чтобы предсказать результат, необходимо учесть то, что творится за пределами ограничительной белой линии – в жизни самих игроков, команд, а зачастую и в политической ситуации в стране.

Чемпионат мира 1950 года как раз и продемонстрировал тот факт, что зачастую спорт имеет ко всему, происходящему на подобных мероприятиях, лишь частичное отношение. Тогда бразильские политики – разумеется, не в последний раз – увидели в турнире золотую возможность поднять репутацию страны, а также и свою собственную, на более высокий уровень. В то время многие в Европе и в Соединенных Штатах продолжали видеть в Бразилии тропическое захолустье, банановую республику, погрязшую в болезнях типа холеры и дизентерии, населенную главным образом индейцами и безграмотными бывшими рабами. Вероятно, это звучит жестоко или не политкорректно… но так и было на самом деле. Это мнение высказывалось неоднократно многими бразильскими должностными лицами, включая мэра Рио, заявившего, что Кубок мира даст нам шанс показать всему свету, что мы не дикари и что Бразилия может соперничать с богатыми мировыми державами – и побеждать.

Такой взгляд на Бразилию, веками очаровывавшую и привлекавшую иностранцев, чрезвычайно однобокий. В самом деле, увлекательна даже история нашей независимости. В отличие от большинства стран Латинской Америки Бразилия была колонизирована не испанцами, а португальцами. В 1808 году португальская королевская семья, спасаясь от вторжения наполеоновской армии, бежала из Лиссабона и перенесла монархический двор в Рио-де-Жанейро, став тем самым первой европейской королевской семьей, ступившей на землю одной из своих колоний (не говоря уже о переезде). Показательно, что даже после того, как Наполеон потерпел поражение и его войска больше не представляли никакой угрозы, некоторые члены королевской семьи, включая сына короля принца-регента Педру I, предпочли остаться в Бразилии.