Чтение онлайн

— Гретта Альдофф и если ты, мужлан сейчас не объяснишь, что здесь…

— Великолепно. — Коротко кивнул рыцарь и легким движением подняв прислоненный к бочонку арбалет, направил ее на гармандку и нажал на спуск. Раздался громкий хлопок и в середине груди наемницы вырос стальной шип. Глаза Гретты расширились от удивления. Опустив взгляд, женщина выронив скьявону, медленно подняв руку, не понимающе подергала ушедший в плоть по самые летки болт, несколько раз беззвучно открыла и закрыла рот и покачнувшись, упала лицом вниз.

— Ну вот и отлично. — Небрежно отбросив оружие в сторону, весело рассмеявшись произнес цу Гернхарт. — Связать их!

Лошади в корале испуганно заржали. Конь рыцаря встав на дыбы заколотил в воздухе копытами.

Ну вот и началось. Что сейчас будет? Я струшу или все же смогу драться зная что это последние мои мгновенья?

— Investigatione! Flamma! — Крутанув сжатыми в сложную, даже с виду болезненную фигуру, пальцами коротко бросила зажатая латниками с двух сторон Майя.

Вокруг разверзлась преисподняя. Схвативших ее латников отбросило в стороны. Курени вздрогнули, просели, Траченные сыростью и мхом бревна застонали и взорвались, разбрасывая вокруг куски дымящегося дерева и раскаленных камней. Налетевший, казалось со всех сторон горячий ветер, дыханием горна дохнул в лица, вцепился в тут же задымившуюся одежду, из прогоревших за ночь костров ударили тугие, подозрительно похожие на щупальца неведомой морской твари, струи черного, источающего нестерпимый жар, дыма. Арбалеты в руках фальшивых паладинов вспыхнули черно-зеленым огнем.

— Ведьм-а-А-А-А!!! — Нацеливший на травницу горящий самострел Мрак, закрутился вокруг собственной оси, сбивая перекинувшийся на руки и лицо пламя. На рябой коже мужчины с пугающей скоростью расползались глубокие черные пятна ожогов.

— Сука! Взя… Кружащийся в невидимом смерче камень врезается в лицо кричащего латника, обрывая его крик на середине. Жадно рыскающие в поисках живого, струи дыма расползлись по лагерю, жадно ввинчиваясь в плоть, и сразу пол дюжины латников повалились наземь, захлебываясь стремительно сменяющимся неразборчивым бульканьем, криком.

Ну… давай же. Хватит себя жалеть. Умрешь хотя-бы стоя…

Качнувшись вправо, Эддард крутанулся на пятке, почти в балетном плие, высвобождая спрятанный в трости клинок. Стоящий за ним латник дернулся было, но тяжелый кавалерийский палаш рассек лишь пустоту. Мышцы ученого застонали от напряжения. Уйдя от следующего выпада в низком приседе, цу Абеляр выбросил вперед острие роперы, целя противнику в не прикрытое сталью, лицо. Клинок вошел в переносицу почти не встретив сопротивления. Что-то влажно хрустнуло, расширившиеся от удивления и осознания собственной уязвимости, глаза воина распахнулись еще больше, впалые, покрытые мелкой сеточкой лопнувших капилляров, щеки дернулись, чтобы тут де расслабится и фонтанирующий кровью изо рта лжемонах тяжело опустился на колени.

Повезло. Этот не успел опустить забрало. Еще пару мгновений жизни…

Увернувшись от заинтересовавшегося было его персоной дымного щупальца, цу Абеляр прыгнул в сторону застывшей посреди лагеря травницы и плечом оттолкнув ее за спину встал в защитную позицию выставив перед собой роперу. Вовремя. Сразу двое каким-то образом избежавших жадных прикосновений хищного дыма латников, бросились к колдунье, поднимая над головой легкие кавалерийские топорики. Ученый встретил их на середине. Пятая, Финт. Вторая. Отшаг. Перевод. Выпад. Первый из закованных в сталь мужчин неловко шагнув вбок падает прижимая руки к окровавленному паху. Третья. Восьмая. Напрячь запястье. Отход. Увернувшись от разминувшегося с его виском не больше чем на ноготь пальца острого лезвия, Эддард не обращая внимания на прострелившую бок вспышку боли на мгновенье застывает в низком выпаде. Получилось. Нашедший лазейку между броневой пластиной и решеткой забрала гибкий и узкий клинок скрывается где-то в глубине шлема и потерявший всякий интерес к Абеляру и травнице латник, роняет свое оружие, и прижав руки к лицу бредет прочь прямо в полосу тянущегося к нему напитанного багрянцем дыма. Что-то грубо рвет за подол куртки. Не время расслабляться. Еще трое. Вооруженные тяжелыми и длинными мечами. Шлемы плотно закрыты. Пристегнутые горжеты прикрываю шею и нижнюю часть лица.

Плохо. Очень плохо.

Перед лицом Эддарда пронеслась испуганно вращающая глазами, роняющая изо рта пену, лошадь. Обезумевший конь, видимо прорвавший загородку кораля, громко заржав, встал на дыбы и замолотив копытами обрушился на стоящего позади троицы с мечами воина с арбалетом и стоптав коротко вскрикнувшего панцирника высоко подбрасывая покрытый дымящимися подпалинами зад устремился к холмам. В следующий миг земля задрожала и по разделяющему латников и ученого пятачку камней и грязи пронесся бурный, храпящий, стонущий, тяжело дышащий поток, источающих острый запах страха взмыленных шкур, высунутых языков и молотящих по земле копыт.

Идут за вожаком. Есть время перевести дыхание. Перед смертью.

Конная лавина иссякла так же неожиданно как и началась. Отогнав неуместные мысли Эддард, бросив быстрый взгляд назад на бледную как мел, закатившую глаза, что-то продолжающую скороговоркой бормотать себе под нос, Кирихе и стряхнул с клинка покрывающую его кровь метя в защищенные сталью лица на мгновение замешкавшихся противников. Ни один из троих даже не вздрогнул.

Очень плохо. Опытные рубаки. Их не собьешь с толку резким движением или криком. Хотя, все равно стоит попробовать… За друзей…

— Ну! Давайте! — Они конечно не испугались. Кинулись вперед, все вместе, умело расходясь в стороны и перехватив свое оружие половинным[1] хватом лишая его возможности отбить клинки.

Привыкли работать в группе. Мне конец. Ей конец.

— Pluvia. Mortis… — Еле слышный шепот травницы заставил небо покачнутся. Стоящий меж дымящихся куреней воз подпрыгнул, застонал, затрясся каждой доской, клепкой и деталью и выстрелил в небо фонтаном острых щепок. Раздался звук словно сразу тысячу лучников отпустили тетивы. И сверху посыпался дождь смерти. Обломки были повсюду. Ударялись о камни, неведомым образом высекая из них целые снопы искр, с чавкающим звуком втыкались в бревна доски и грязь, пробивали латы не хуже выпущенных с десятка шагов арбалетных болтов. Волна криков прокатила по превратившемуся в поле битвы лагерю. Тяжелые латы приближающейся троицы ощетинились десятком деревянных игл. Из щелей и пробоин щедро плеснуло красным.

— Я пуста, господин Эддард… — Простонала за спиной травница и покачнувшись, начала валится на бок. Крутанувшись на пятке Цу Абеляр подхватил потерявшую сознание женщину и прижал к себе. Бок прострелила боль.

А теперь нам точно конец.

Дым рассеивался. Быстро. Слишком быстро. Стремительно теряющие плотность алчушие щупальца и втягивались обратно в костры. Земля больше не дрожала. Воздух стремительно леденел. С неба сыпало щепками, углями и мусором.

Не сдержав стон Эддард покрепче перехватил рукоять трости. На ногах осталось не меньше десятка латников. Некоторые все еще сжимали в руках, дымящиеся, но судя по всему, вполне способные на пару выстрелов, арбалеты.

— Брать живыми! — Тряхнув головой цу Гернхарт, могучим пинком отбросил попавший под ноги бочонок и потянул из ножен меч. Рыцарь выглядел ужасно. Великолепные каштановые кудри обгорели, на лице вздулись набрякшие сукровицей пузыри ожогов. — Брать живыми, сукины дети! Ведьма выдохлась! Сильно не калечить! Потом развлечетесь!

С устрашающей легкостью взмахнув тяжелым полуторным клинком здоровяк оскалившись шагнул вперед. — Но ноги-то я вам сейчас переломаю…

— Не смей трогать моих друзей! — Тонкий, пропитанный истерикой крик Августа ввинтился в воздух раскаленным буром. Мгновение назад безучастно сидящий на земле и не обращающий никакого внимания на происходящее вокруг, юноша подхватив выроненный Гретой клинок встал перед закованным в сталь гигантом. Юного барона трясло и заметно покачивало. — Не смей! Трогать! Моих! Друзей!

— Ха! Это может быть забавно. — Прищурившись, рыцарь поднял закованный в сталь кулак. — Всем стоять! Окружить! Не давать уйти! А с этим я сам разберусь. Крутанув клинком сложную восьмерку рыцарь презрительно сплюнул под ноги. — Ну… Давай, щенок. Посмотрим, на что ты способен.

— А-а-а! Тонко взвизгнув Август рванулся вперед. Мечи столкнулись, раз, другой третий. Эддард невольно поджал губы. Контроль. Контроль. Контроь. Слишком сильные удары. Слишком высокая позиция. Кем бы ни был цу Гернхарт мечом он владел хорошо. Очень хорошо. И не реши поиграть, юноша уже потерял бы руку. Оглянувшись по сторонам, ученый скрипнул зубами. Круг латников медленно, но неумолимо сжимался. Он не справится со всеми. Просто физически не сможет.