Чтение онлайн

Но сначала Мишель, потом ты, а потом и Питер, не сговариваясь, решили окончательно все испортить. А ведь как гладко все складывалось! Ты благоразумно погибаешь в автокатастрофе, как только выезжаешь за город. Мишель предусмотрительно остается слабоумной. И мальчик мой навсегда. У Кристофера не было бы ни одной нити, связывающей его и этот мир, ни одного якоря в вашей скучной гавани.

Но тут вмешивается противная девчонка Мишель. А глупый Питер никак не соглашается, чтобы я избавила нас от этого никчемного создания. Подумать только, он в своей отцовской любви заходит так далеко, что пытается угрожать мне! Мне! Он, жалкий червяк, чей век настолько короток, что я с трудом успела запомнить его имя.

Ну хорошо же. Один звонок в полицию, сообщающий имя Снежной Королевы, и вуаля! Я, скорбящая вдова, единоличная владелица доходного предприятия. Единственная опекунша слабоумной девочки. Думаю, через несколько лет Мишель вернулась бы в родные края – поумневшая, похорошевшая… А там, глядишь, Снежная Королева снова спасла бы от старости несколько маленьких девочек.

Вот уж никак не ожидала, что ты станешь свидетельницей блестящей операции в парке. Но согласись – обвести вокруг пальца полицейских, как слепых котят… Это я выстрелила, чтобы они стали стрелять в ответ и застрелили Питера. Согласна, гордиться здесь нечем, я всегда предпочитала холодное оружие. Или яд. – И она холодно улыбнулась.

Легенда гласила. Когда-то в королевстве кельтов, еще за тысячи лет до Дал-Риады и за тысячи лет до Альбы, лето длилось круглый год, люди жили по сто лет, а умирали молодыми и без боли.

От брака смертного короля Балэра и цветочной феи Этайн, вечно юной и бессмертной, родились две дочери – Брэнна Управляющая Снегом и Северным Ветром и Эйтлин Понимающая Язык Растений.

Пришло время, прекрасный король Балэр умер, а его жена живой сошла с ним в могилу и навеки была там замурована. Их дочери стали править королевством. Правили они по очереди, и когда королевой была Брэнна – наступала зима. Королева Эйтлин приносила с собой лето. Так появились времена года и остались навсегда.

Королевы-дочери в отличие от бессмертной матери были смертными, как и их отец. Эйтлин умерла, когда невидимая птица Мара сняла руну жизни со лба королевы.

А Брэнне предстояло еще жить да жить, ведь холод и снег продлили ей век. Однако судьба сестры испугала ее, и стала она думать, как избежать участи смертной Эйтлин.

На время лета Брэнна удалялась все дальше и дальше на север и возвращалась только с наступлением зимы. Много раз приходила Брэнна на могилу родителей и взывала к матери, спрашивая ту, как может она избежать смерти. Молчала прекрасная и вечно живая Этайн.

Тогда Брэнна в отчаянии обратилась за помощью к женщине-друиду Бирог. Та сказала, что есть только один способ – в полнолуние особой ночи выйти на берег священного Озера и дождаться, когда волшебная птица Мара с человеческой головой, забирающая у людей жизнь, прилетит напиться.

А когда Брэнна заморозит Озеро, Мара улететь не сможет, ибо даже птица Мара не может поднять целое озеро льда. В обмен на свободу птица исполнит любое желание.

Только коварная Бирог не сказала Брэнне, чего именно попросить у Мары, и та попросила лишь вечную жизнь, не упомянув о вечной молодости. Отныне Брэнна должна жить вечно – но старухой! Это было для нее страшнее смерти.

Прошел срок, и Брэнна выведала у сжалившейся над ней матери, что, для того чтобы жить вечно и оставаться молодой, она должна каждые пятьдесят лет забирать жизнь двенадцати девочек. И сейчас среди людей бродит бессмертная Брэнна – Снежная Королева.

Куки всегда ощущала присутствие в своей жизни брата. Именно с его появлением сама Куки и родилась. Вернее, перестала быть растением и начала превращаться в человека.

Большой Снегопад стал разломом, который разделил ее жизнь на «до» и «после». Где-то в сердце снежной бури, все еще бушующей в разломе, остался красный колышек– ее потерянный брат.

Дальше Куки шла одна. Кит был маркером, который задавал масштаб вселенной Куки. Отныне и навсегда она измеряла расстояние между ним и ею сегодняшней. Той, которой она становилась с течением времени и по мере удаления от брата.

Кристофер оставался ровно на том же месте. В том же времени года. И сам он никогда не изменялся, оставаясь маленьким мальчиком. Куки же все время ощущала, как увеличивается по сравнению с ним. Как тело ее постепенно раздувает, а душу наполняют повседневные опилки жизни.

Поначалу она покрылась коростой горя. Казалось, вся ее кожа – это сплошная рана. Любое прикосновение к ней – вольное или невольное – причиняло страшные муки. Любое напоминание о тех событиях заставляло ее сочиться слезами, совсем как исходит соками дерево с раной на коре.

Постепенно кора грубела, рана зарастала. Долго потом облетали с нее струпья этой коросты. Долго она приноравливалась к своей ране изнутри и закрывала ее снаружи, наращивая все новые и новые слои покрова.

Исподволь пустые каждодневные заботы разбавили насыщенный и густой сироп из горя. Надуманные или насущные заботы промокнули сукровицу. Слова человеческие обветрили и отполировали рану. Куки стала такой, какой стала.

И вот теперь пришел ее час. Она почувствовала, как вихрь, больше похожий на сильное течение в жидком и гладком воздухе, подхватил ее и понес обратно. Туда, к самому началу, к маленькой точке в метели.

Там остался ее брат. Покинутый, потерянный и так до сих пор не найденный. Теперь Куки предстояло найти его. Теперь она знала все, что ей надо было для этого знать.

Куки чувствовала, как, по мере приближения к нему, меняется сама. Еще немного, и она снова стала девочкой восьми лет. Она брела в метели, увязая то и дело в глубоком снегу и прижимая к себе окоченевшими руками с чужими пальцами сокровище. Маленький детский ботинок.

Но вдруг она перешла невидимую границу. За эту волшебную стену уже не проникала метель. Воздух здесь еще больше стал походить на жидкость. Жидкий кислород.

Отныне уже не испытывала Куки никакого сопротивления, слегка оттолкнувшись от земли, она подпрыгнула да так и осталась висеть в этом необыкновенном воздухе.

Чуть пошевелив плечами, она поплыла дальше, к центру странного и тихого снежного сада. Здесь густо произрастали морозные цветы, какие появляются на стеклах зимними ночами. Цветы, не имеющие никакого отношения к ботанике, известной Куки.

То там, то сям росли пышные кусты с изумительно красными ягодами. Ничего подобного Куки никогда не видела. Заинтересовавшись, она подлетела ближе к одному из кустов.

Облетев вокруг, Куки с трудом оторвала заиндевевшие пальцы от ставшего железным ботинка и прикоснулась к рдеющей огнем ягоде.