Чтение онлайн

– Всего не предусмотришь…

Корин, если судить по тому, что предстояло ему сделать, отсутствовал недолго. Николь улышала условный стук минут через десять.

Высунув голову в проем, сержант махнул Николь рукой, и они спустились по лестнице вниз.

– Пойдем, поищем плавсредства. Ты – налево, я – направо, – приказал Корин стажеру.

Сойдя на берег, патрульные скоро наткнулись на замаскированный ветками плот. Корин велел Николь принести из подвала переметные сумки с одеждой и ритуальной утварью, а сам отправился к стойлу и осмотрел порхов.

Найдя и своего скакуна, и скакуна Николь в полном порядке, сержант отвел их на плот и привязал к специально сделанной на нем деревянной оградке.

Затем земляне перенесли на плот трупы Коновльца и Аэрлы, прихватив с собой и обнаруженные в подвале бластеры.

После этого Корин и Николь еще раз облазили весь рыбачий домик, но больше ни одного предмета земного происхождения не нашли.

– Осталось только побеседовать с барышнями, – сказал сержант, ополоснув руки в серебряном тазу, стоявшем в спальне Аэрлы. – Твоя речь должна быть короткой, но емкой.

Николь протянула командиру полотенце.

– Нет проблем.

– Действуй.

Николь собрала «недостойных имени» в коридоре на втором этаже рыбачьего домика. Судя по их лицам, ничего хорошего от храмовников они не ждали.

– Высокородная и сотник Туир ушли в мир теней, – слегка придав своему голосу материнской теплоты, начала Николь. – Остальные воины тоже покинули наш мир. Так повелел Нэк Карающий. Вы завершите для стражей замка ритуал ухода, чтобы они не попали в Пустыню Хокто. Они согрешили, но не заслуживают вечных страданий.

– А что ждет нас, жрица?

– Вас не за что карать. Вы живете. Но вам нужно оставаться здесь и молиться. За вами придут. Ждите. Пища и вода у вас есть. Эта «недостойная имени» встанет над всеми. – Николь указал на самую старшую по виду кастисианку. – Остальные «недостойные имени» должны ее слушаться. Приказ отдала вам Гэра, жрица храма Триединого Нэка. А сейчас Гэра и страж храма Оэр покидают остров.

– Процветания храму Триединого! – склонились в поклоне «тела» высокородного.

Корин отвязал канат и, сложив его в бурт, кинул на плот.

– Ухватись за что-нибудь, – приказал он Николь. – А то можешь свалиться.

– Да, нежелательно…

Стажер опустила руку на поручень.

Войдя в воду, сержант оперся о торцы бревен, и, запрыгивая, что есть силы, оттолкнул плот от берега.

– Ты нейтрализовал всех воинов? – взявшись за весло, спросила Николь. – Всех девятерых?

– Их было одиннадцать. Видно, двое находились здесь постоянно.

– Быстро ты управился.

– Часовых на другой стороне острова я снял из бластера.

– А как же след от луча?

– Проткнул потом трупы мечом.

– Нужно было и потаскух убрать, – произнесла Николь деловым тоном. – Для полного спокойствия.

Сержант в ответ не сказал ни слова.

Когда плот причалил к берегу, уже без трупов и бластеров, Корин снял с порха переметную сумку с одеждой и бросил ее Николь.

– Оденься по форме. Я пока закреплю конец.

– Есть.

Сержант завязал канат пиратским узлом на стволе ивхии и, пока Николь переодевалась, свел порхов с плота на берег. Потом он наполнил бурдюки водой и приторочил их к седлам. Заметив, что стажер уже замерла у рулевого весла в полном боевом облачении, скомандовал:

– Прыгай. Здесь неглубоко.

Николь ловко соскочила с бревен на мелководье.

– Проведи немного порхов. Проверь, чтобы ничего не гремело на ходу. Я пока тоже переоденусь.

Сменив одежду, Корин связал все лохмотья в узел и, сунув в него увесистый камень, бросил в озеро.

– Можно и в путь.

Развязав канат, сержант оттолкнул плот от берега.

– Где там мой быстроногий малыш?

Корин подошел к своему порху и погладил его по шее. Довольное животное заурчало.

– Жаль, что имен вам тут не дают. Пошли, милый.

Патрульные преодолели небольшой подъем и, приведя в порядок упряж, оседлали порхов. Корин посмотрел на светлеющее небо.

– Пройдешь послеполетную реабилитацию первой категории. Если вернемся, разумеется.

Николь не сразу сообразила, что слова сержанта обращены к ней, а когда до нее дошел их смысл, то она едва не задохнулась от возмущения

– Кор, ты хочешь сказать, что я спятила?!

– Ты даже не поняла, что там, на плоту, ляпнула. Сначала ты едва не рыдала над каждым трупом, а прошла неделя и ты уже ради успокоения своей нервной системы готова убивать без разбора направо и налево. Очень плохо, стажер.

Николь пришла в такую ярость, что не могла произнести ни слова, и только открывала и закрывала рот, словно рыба, выброшенная на берег.

Девушка попыталась взять себя в руки.

«Спокойно, спокойно… Сейчас во всем разберемся, – пронеслось у нее в голове. – Сейчас во всем разберемся. Сейчас разберемся».

Николь вдруг поняла, что абсолютно не помнит сказанных командиром слов. Ее мысли начали путаться, а потом совершенно исчезли. Николь забыла, кто она и где находится. Все ее ощущения сконцентрировались внизу живота. Сначала это было что-то неопределенное, сладкое и томительное. Потом она почувствовала, как твердеет клитор. Николь уже не могла спокойно сидеть в седле. Ей хотелось изо всех сил сжать бедра, чтобы прекратить нарастающий пьянящий зуд. Она привстала в седле и … пришла в себя.

Она догадалась, что с ней происходит и ей стало стыдно до слез. Щеки ее запылали.

Николь постаралась успокоиться, но почувствовала, как вопреки ее воле ладони стали влажными, а жар постепенно стал охватывать все тело.

– Кор, – еле выдавила из себя Николь. – Остановимся.

– Что случилось? – донесся до нее словно издалека голос командира.

– Остановимся… – Николь обхватила слабеющими руками шею порха.

Сержант подъехал к девушке и, взгянув на нее, сразу все сообразил.

– Это первый приступ. Аэрла мне рассказала. Не бойся. Ты справишься. Выпей немного вина.