Чтение онлайн

Матвей с интересом глянул на сосредоточенно-хмурое лицо друга.

– Ну-ка что ты там насчет Ульяны намекал?

Балуев сжато пересказал свою встречу с девушкой, удивив Соболева чрезвычайно.

– Выходит, Ульяна Посвященная?! – медленно проговорил Матвей, не сомневаясь, что Василий говорит правду. – Как же я сам-то не догадался?

Они посмотрели друг на друга, оценивая чувства, с какими каждый говорил о новостях. Василий мрачно улыбнулся.

– Что будем делать, ганфайтер?

– Прежде всего думать! – быстро пришел в себя Матвей. – Не хандрить, не ходить с такой кислой рожей, как у тебя. Угнетенная мысль, направленная на несчастье, этому несчастью способствует. Пусть доступ на уровень Великого мне закрыт, но это не причина поднимать руки вверх и сдаваться в плен обстоятельствам. Предлагаю найти Парамонова и Самандара и вместе отразить «волны выключения». А еще лучше – разобраться с теми, кто заказывает музыку, то есть отдает приказы на включение «волн». Первый – это Рыков, не так ли? Кстати, он знает, где ты обитаешь, потому надо убираться отсюда.

– Да я давно готов! – Василий кивнул на две большие черные сумки. – Кое-какое снаряжение да одежда.

– Тогда пошли.

– Куда?

– В одно безопасное место. – Матвей вспомнил о Марии и со вздохом признался сам себе в душе, что зря не взял ключи от ее квартиры в прошлый раз.

Но они не успели даже закрыть за собой дверь, как зазвонил телефон. Остановились, прислушиваясь к его тихому сигналу. Потом Василий сделал движение к двери.

– Не ходи, – посоветовал Матвей. – Это может быть звонок проверки.

– А если звонит кто-нибудь из наших друзей?

Матвей пожал плечами, и Балуев вернулся обратно в квартиру. Через минуту позвал приглушенно:

– Зайди-ка. – Передал трубку. – Тебя.

Матвей поднес трубку к уху и услышал торопливый голос Ульяны Митиной:

– Матвей, у вас всего несколько минут, чтобы уйти из квартиры Василия подобру-поздорову, поэтому буду говорить коротко. Ельшин собрался в поход за оружием Инсектов…

– Какой Ельшин? – не сразу дошло до Соболева.

– Не перебивайте, наш лучший враг Генрих Герхардович Ельшин. И он очень близок к успеху, потому что ему помогает маршал «СС» Лобанов.

– Где он собирается искать оружие?

– Под своей дачей, где побывали и вы. Если сможете, остановите его. И еще… вашу девушку, Кристину…

– Что с ней?! – выдохнул Матвей.

– За ней отправилась команда полковника Юргена из Минобороны. Может быть, вы еще успеете… прощай…

– Подожди!

– Прощай, ганфайтер, извини за мою неискренность при первых наших встречах, но я не знала, как себя вести… Привет Васе! – И трубка замолчала, словно на другом ее конце оборвали провод.

– Что случилось? – требовательно спросил Василий.

«…Есть ли в твоей системе мира место для меня?» – вспомнил Матвей шепот Кристины. Жаркая волна крови ударила в голову, глаза застлала красная пелена. Голос Василия отдалился и пропал, потом возник снова.

– Да что ты стоишь словно истукан?!

Матвей заставил себя собраться, передал содержание разговора с Ульяной.

– Тогда круто меняем план, – быстро проговорил Балуев. – На самолет – и в Тамбов. К вечеру будем там.

Матвей покачал головой.

– Я полечу один.

– Ты из себя героя не строй!

– Я полечу один! А ты подстрахуй Ульяну, она теперь нуждается в защите больше, чем мы с тобой.

Василий открыл рот и тут же закрыл, так и не произнеся готовые было вырваться возражения, лицо его вдруг стало по-детски смущенным, нерешительным, растерянным.

– Соболь, а ты с ней… ну, она тебе не…

Матвей понял, едва заметно улыбнулся.

– Я люблю Кристину, Баловень, и этим сказано все. Ульяна очень красивая, очень, и безумно похожа на Светлену, проводницу моих снов, но… но моя Кристина – это жизнь!

– Извини, что спросил, мне показалось, что она к тебе неравнодушна… В общем, все понятно! – Василий заметно воспрянул духом, снова обретя уверенность и решительность. – Пора, друг, сматывать удочки. Посажу тебя в самолет во избежание всяких недоразумений и разыщу Ульяну. Вместе мы что-нибудь придумаем. Если в Тамбове все будет в норме, дашь телеграмму, мы встретим. Если нет…

Матвей хлопнул ладонью по ладони друга.

Между «сессиями» Союза Девяти их деятельность координировал заместитель директора Международного института стратегических исследований Головань, но в зонах ответственности каждого из членов Союза он не имел права решающего голоса. Поэтому, когда Рыков доложил ему о возникших в реализации решений последней «сессии» затруднениях, Головань лишь посоветовал подключить к проблеме других Неизвестных – Юрьева и Носового. Что Рыков и сделал.

Встреча Трех из Девяти состоялась на одной из конспиративных квартир, принадлежащих Союзу, в доме на Новом Арбате. Обстановка квартиры была спартанской и не располагала к отдыху. Каждый имел свой ключ и пришел один, поэтому ни о каких напитках, кроме чая, мечтать не приходилось. Сурового вида джентльмены, одевающиеся в костюмы французских и итальянских модельеров, молча уселись вокруг столика в низкие кресла. Рыков помыл на кухне купленные им лично фрукты: киви, ананасы и бананы, принес чай; по обыкновению сел так, чтобы лицо его было скрыто в тени.

– Незрелый ананас для человека справедливого, – сказал с усмешкой Носовой, беря в руки фрукт и демонстрируя знание классика [74] , – всегда хуже спелой смородины.

– Не хочешь – не ешь, – ответил советник президента, – а критиковать фрукт не надо. Я, например, смородину не люблю. Знаете, что мне предложил Коржаков не далее как вчера вечером в приватной беседе? Взял меня за пуговицу и сказал: почему бы нам не обложить данью все мафиозные структуры в стране? Создать специальную рэкет-бригаду на государственном уровне, назвать ее как-нибудь похитрей, скажем, Комиссией по контролю за финансовым состоянием, и вперед! Пусть платят или распускаются. В противном случае…

– И что ты ему ответил? – спросил Носовой. Юрьев очистил ананас, отрезал ломтик, съел.

– Нет, ничего, свежий… Я ему ответил в стиле русской пословицы: на чужой каравай рот не разевай. Но к делу, господа.

– Они отказались, – проговорил Рыков своим специфическим, тихим, ничего не выражающим голосом. – Соболев и Балуев отказались послужить «карающей десницей правосудия» в отношении известных нам деятелей. Естественно, я принял решение «погасить» или «выключить» их как опасных свидетелей, несмотря на всю мою симпатию к ним. Однако первая «волна выключения» не сработала. Соболев ушел из-под опеки ФСБ, Балуев сумел обезвредить киллер-команду, вооруженную «глушаком». Что лишний раз подтверждает высокую кондицию каждого.