Чтение онлайн

– Генерал, у вас неверное представление о ганфайтерах и обо мне в частности, – бесстрастно сказал Матвей. – Ганфайтеры всегда стояли вне политики, подчиняясь конкретным задачам перехвата шпионов, диверсантов и террористов. Что касается меня, то я – контрактник, понимаете? Да, я работал на «Смерш», но срок моего контракта истек, и теперь я волен принимать любое решение. Кстати, я его и принял: в нынешней адской сшибке амбиций и стремления к власти мне вариться не хочется ни в чьем котле.

– Капитан, боюсь, ты не совсем верно оцениваешь ситуацию, – недовольно сказал Первухин, лицо которого мгновенно изменилось: оно стало жестким, властным, решительным. – Отсюда у тебя только два пути – в нашу команду или в Бутырку. Так что выбор невелик.

Матвей покачал головой, в глазах его мелькнули грусть и сочувствие, и Сергей Вениаминович, внимательно наблюдая за ним, невольно преисполнился восхищения: бывший контрразведчик держался так естественно, что его спокойствие вызывало уважение. К тому же от него исходило некое магнетическое поле внутренней силы и готовность в случае чего к мгновенному отпору, что говорило и в самом деле о необычных способностях этого парня.

– Я мог бы уйти от ваших мальчиков еще в Рязани, – сказал Матвей, внутренне напрягаясь, потому что снова почувствовал спиной темный взгляд. Но теперь уж точно знал, что ни начальник Управления спецопераций, ни директор ФСБ не были авешей Монарха.

– Чего же не ушел? – усмехнулся Первухин.

– Не хотел будить семью.

И генерал сразу поверил ему.

– Короче, волкодав. Предлагаем возглавить оперативную спецкоманду быстрого реагирования из двенадцати человек, в которую входят семь «суперов», охотники, стрелки, техники.

– Нет, – без колебаний ответил Матвей. – Я всегда работал в одиночку.

– Ты даже не хочешь спросить, чем будет заниматься команда?

– Не хочу.

– Ну, тогда…

– Погоди, Федор Ильич, – перебил Первухина Сергей Вениаминович. – Дай-ка мне поговорить с ним наедине.

– Но…

– Позови Хватова, сам посиди в приемной.

Первухин подтянулся, глянул на стоявшего в свободной, расслабленной позе Соболева и вышел. И сразу же в кабинете появился давешний молодой человек приятной наружности. Матвею не нужно было даже приглядываться к нему, вся его нервная система тут же отреагировала соответствующим образом: это был авеша – внедренный в сознание обычного человека пси-двойник Монарха Тьмы. Или кого-то из иерархов.

– Итак, он не принимает нашего предложения? – произнес капитан Хватов, подрагивая уголками губ, словно сдерживая смех.

– Увы, мой друг.

– Кто вы? – медленно проговорил Матвей, выдерживая стремительный удар чужого импульса внушения.

– А он мне нравится, – рассмеялся Хватов, показывая ровные, крепкие белые зубы. – Сразу быка за рога… Я пашу-бхава, если будет угодно. Знаком термин? В отличие от вира-бхава – иерархов. Но ведь и ты не дивья-бхава [50] , ганфайтер, хотя и стремишься создать впечатление благородного рыцаря, постоянно подвергаешь опасности тех, кто рядом, не так ли?

– Может быть, не задумывался. – Глаза Матвея потемнели, стали синими, излучающими. – Я просто придерживаюсь принципа апариграхи [51] .

– Неплохой принцип, но не для меня. Я исповедую другие.

– Поздравляю. – В голосе Соболева проскользнула ирония, но глядел он в этот момент не на Хватова, а на директора ФСБ. – Кажется, генерал, вы приобрели себе достойного союзника. Только учтите, год назад он играл на другой стороне.

– Я всегда играю на своей стороне, – подчеркнул Хватов. – Времена меняются, вчера я играл против, сегодня играю за.

– Разве добро и зло тоже поменялись местами?

– Ну вот, ты опять затеваешь схоластический спор! Как зло, так и добро – это отклонение от нормы. Таков закон вашей реальности. Но что такое зло в твоем понимании? Да, очевидно, сами по себе войны, преступность, болезни типа СПИДа – страшные вещи, но для рода хомо сапиенс они эволюционно полезны! Кто выживет – тот будет иметь иммунную и психическую устойчивость.

– Зачем вам понадобилось превращать насекомых в людей вопреки воле остальных Аморфов?

Глаза Хватова округлились, он опять рассмеялся.

– Парень, неужели ты всерьез считаешь, что я Монарх? Если бы здесь появился ОН, лично, реальность просто изменилась бы в нужную ему сторону! Я же просто авеша, одна из реализаций его Проекции на реальность, в масштабном сравнении – один из муравьев гигантского муравейника, который и есть Монарх. А что касается превращения… – Хватов самодовольно ухмыльнулся. – Мне, вернее, ему было интересно, что получится. Но ты не совсем прав – не вопреки воле Аморфов, ибо я, то есть Он, – тоже один из Аморфов.

– Погодите, погодите, – обрел наконец дар речи Сергей Вениаминович, едва успевая переводить взгляд с одного на другого. – Какие превращения?! Какие насекомые?! О чем вы болтаете? Как это можно превращать насекомых в людей?!

– Ну, процесс это длительный, – дернул уголком губ Хватов, подмигивая Матвею, – но возможный. Сотни миллионов лет назад некто, скажем, Аморф или, точнее, Безличный Творец – этот молодой человек называет его Монархом Тьмы, – проделал эксперимент с отрядом Блаттоптера сапиенс…

– Тараканов разумных, – перевел Матвей, сочувствуя директору ФСБ. – Не по-человечески разумных, конечно, но сути это не меняет. В те времена на Земле жили разумные насекомые. Инсекты, не угодившие чем-то истинным хозяевам нашей реальности, которые взяли и просто уменьшили их в размерах. Так образовались современные насекомые. А вот тараканы, Блаттоптера сапиенс или какой-то их вид, метаморфически изменились, дав начало роду человеческому. Я понятно объяснил?

Хватов пристально смотрел на Матвея, и по лицу его бродили тени, отражавшие внутреннюю, не ведомую никому борьбу эмоций.

– Чушь! – очнулся Коваль, стукнув ладонью по бумагам на столе. – Прекратите пороть чепуху, вы, оба! Главное – он отказался, понимаете, капитан? И теперь следует решить, что с ним делать.

– Не надо ничего решать, – тихо сказал Матвей. – Я ваших секретов не знаю, работать на спецслужбы не буду и опасности не представляю… если меня не трогать. Прикажите своим людям выпустить меня отсюда.

Сергей Вениаминович побагровел, рванул пальцами узел галстука.

– Ты… да что ты о себе возомнил, мальчишка?! Я же тебя… одним пальцем… лично… – Директор ФСБ выдернул из ящика стола небольшой красивый пистолет. – Что с ним церемониться, капитан!