Чтение онлайн

Миша давно привык к самостоятельности. Мать очень много работала, чтобы прокормить семью, и он брал на себя все домашние обязанности, включая стирку и уборку. Выходило не очень ловко, но мама радовалась и этому. После смерти бабушки она пожертвовала часть накоплений на покупку компьютера, о котором сын давно просил.

В четырнадцать лет, освоив начальные навыки, Миша начал подрабатывать по знакомым переустановкой Windows, очисткой от вирусов, добывая таким образом деньги себе на карманные расходы, а если везло, то и на новые детали для компа. С недавних пор он увлёкся ещё и ремонтом современной техники, включая пайку микросхем, но пока ещё не собрал деньги на покупку всех нужных инструментов. Организация свидания с Жанной казалась ему более важной, и пока Михаил ограничивался просмотрами видеоуроков на YouTube.

После уборки в квартире он обычно принимался за уроки. Раньше ещё был досуг в виде онлайн-игр, но в последнее время он забросил это занятие — слишком много появилось других дел. Конечно, хотелось отвлечься от серой жизни и погрузиться в красочный мир игры, но он вполне успешно сдерживался, каждый раз напоминая себе, что нужно сделать что-нибудь полезное; например встать и пройтись по району, расклеивая объявления с предложением собственных компьютерных услуг.

Вечером, когда уже стало темнеть, Миша отправился встречать маму из больницы. Это уже стало своеобразным ритуалом. Он ждал её у ворот больничного парка, и они сначала шли за продуктами в «Пятёрочку», а потом возвращались домой. Мать боялась ходить одна, и в этих походах он чувствовал себя мужчиной и защитником. По дороге он обычно рассказывал ей о своих делах в школе, а она делилась проблемами, которые возникали у неё на работе. В этих походах было какое-то особое умиротворение, дарующие им обоим состояние душевного покоя. Вернувшись домой, они вместе ужинали, а потом каждый сам занимался своими делами. Мать обычно сразу ложилась спать, а Миша надолго засиживался за компом, рассматривая фотографии Жанны и оттачивая свои стратегические планы.

В этот вечер всё шло точно так же, пока в очереди на кассе Миша не увидел знакомую фигуру в чёрном. Через одного человека перед ними стояла новая учительница истории, имени которой Миша даже не успел запомнить. Помня дневные догадки и размышления в классе, ему очень захотелось узнать, что же такое она покупает. Он осторожно выглянул из-за плеча стоявшей перед ним женщины и увидел вполне стандартный набор: дешевый чай «Принцесса Дури», гречка, куриное филе, сахар, кефир, чёрный хлеб, лук, картофель, морковь. Словно почувствовав взгляд, учительница резко обернулась, но Миша скрылся за очередью, и она его не заметила, а может, просто сделала вид.

Когда они с матерью вышли из магазина, тёмный силуэт маячил метрах в тридцати дальше по улице. По странному стечению обстоятельств они двигались в ту же сторону. Мать заметила его взгляд и спросила:

— Что это за женщина и почему ты так на неё смотришь?

— Новая учительница истории, вместо Владимира Михайловича взяли. Сегодня первый урок был,— торопливо ответил сын.— Очень строгая, сразу провела сложную контрольную; боюсь, что двойку получу.

— Ну и правильно,— кивнула мама.— Строгости-то вам и не хватает, а то смотришь иной раз — распустились совсем. Как зовут её?

— Не помню, мам, она только один раз представилась, я даже как-то не записал.

— Ну ничего; может, на собрании познакомимся,— улыбнулась мать,— если ещё двоек нахватаешь.

— Да я не готовился просто! Никто и не ожидал…— попытался оправдаться Михаил, но мать просто взяла его под руку и молча пошла рядом.

Учительница продолжала идти впереди, когда они уже свернули к своему дому. Это было очень странно: дальше стояли только старые бараки с коммуналками внутри, а улица упиралась в железную дорогу, за которой располагались гаражи и промзона, там уж точно не было никакого жилья.

Миша задумался о том, какие такие семейные обстоятельства могли заставить красивую молодую учительницу покинуть Москву и приехать за тысячу вёрст в самый ветхий район их богом забытого Никодимска. Внезапно его пронзила догадка: может быть, она приехала сюда, чтобы ухаживать за больным родственником. Или, возможно, у неё кто-то умер, вон она же была вся в чёрном. И кто-то остался — за ним нужно следить. В любом случае Ксения Батьковна (отчество он так и не вспомнил), похоже, жила где-то по соседству — следовательно, они наверняка ещё будут встречаться вне школы.

Любопытство на время полностью завладело его вниманием, и после ужина Миша полез в Интернет, чтобы узнать, не появилась ли у кого-нибудь из одноклассников информация про «Чёрную дыру». Был общий чат в WhatsApp, но там обычно было принято общаться только на учебные темы, и большинство сообщений сводилось к вопросам: «а что нам там задали?» и «ребята, дайте списать?».

Существовала ещё общая беседа ВКонтакте, но туда Миша заходил редко. Одноклассницы в сутки генерировали в ней буквально тысячи сообщений, состоящих из смайликов и разных глупостей, так что попытки их прочитать он считал пустой тратой времени, тем более Жанна тоже почти ничего не писала в этот диалог.

Этим вечером Миша, против обыкновения, уделил больше времени изучению классного чата, но ничего интересного не почерпнул. Там, как всегда, опять переливали из пустого в порожнее да постили свеженамалёванные мемасики с Ларой Крофт, считая, что это их новая учительница истории под прикрытием.

Миша закрыл диалог и полез на страницу Жанны в надежде увидеть новые фотографии или, если повезёт, даже какой-нибудь пост о событиях и настроении, которые Ивова иногда писала по различным поводам. Но в этот раз свежим, верхним, сообщением на её стене оказался репост из какого-то незнакомого паблика: фотография толстого усатого мужика с кучерявой шевелюрой и странное стихотворение, видимо, за авторством того же самого кучерявого с подписью «Д. Б.». Произведение было длинным и запутанным, с кучей фамилий и непроизносимых слов. Мише запомнился только первый абзац:

Страшна не сама по себе хренотень

В российских редеющих кущах,

Но то, что ложится зловонная тень

На восемь веков предыдущих,

С их русской идеей про русский Эдем

С их вечной Вандеей, владеющей всем,

Со всеми мечтами и снами,

Которые кончились нами.

«И вправду точно хренотень…— подумал Миша, закрывая страничку.— Ох и задела Жанночку эта «Дырка»; похоже, до сих пор не успокоится, даже стихи про историю перепостила!». Он открыл заветную папку и принялся листать фотографии, любуясь перед сном самой прекрасной девушкой на свете.

Глава 4. Венера бунтующая

«Парам-па-па-парам-парарам-парарам-парарам»,— заиграл будильник телефона мелодию из британского телесериала «Шерлок». Жанна открыла глаза и мгновенно села на кровати. «На всё про всё — двенадцать с половиной минут»,— пронеслось у неё в голове.

Движения девочки были быстрыми и отточенными — раз рутины не избежать, нужно тратить на неё как можно меньше времени и сил, тогда и серость не будет заметна. Так она решила, едва окончив начальную школу, и последние семь лет не изменяла своим привычкам. Действия сменялись одно другим, словно патроны в пулемётной ленте.

Раз! — встать с кровати, два! — будильник остановлен, включена музыка. Три! — короткая разминка и растяжка. Жанна часто спала обнажённой и поддавалась уговорам матери одеваться в футболку или пижаму, только когда болела. Зарядку она делала не одеваясь, и на счёт «четыре!» уже запрыгивала в душ. Для экономии времени чистила зубы прямо под душем, а потом, наскоро вытеревшись, быстро одевалась. Вещи всегда лежали в ванной комнате с вечера, Жанна тщательно за этим следила.

Дальше пункт пять — выход с собакой. Летом она выбегала прямо с мокрыми волосами, и те без фена высыхали во время прогулки. Сейчас с этим было сложнее, приходилось тратить драгоценные секунды.