Чтение онлайн

В спорте и во время военного конфликта крайне важно уметь действовать в условиях хаоса

Представьте себе любую игру, в которой команда атакует на высокой скорости. Такая атака может показаться высокоорганизованной и стабильной. Но в действительности это нестабильное состояние, и одна ошибка может привести к дисбалансу в обороне атакующей команды, она станет уязвимой для контратаки соперника. Полной стабильности не бывает никогда, она существует лишь в восприятии.

Соединив принцип динамического резонанса и принцип нелинейного расширения, мы получим макропринцип непредсказуемости. Это означает всего лишь, что мы, зная (как нам кажется) изначальные условия, не можем предугадать последствия. Я говорю «как нам кажется», потому что часто мы не владеем всей нужной информацией даже об изначальных условиях (что бы вам ни говорили пророки движения «Big Data»). Из принципа нелинейного расширения мы знаем, что любая неточность, ошибка, упущенная деталь может иметь большие последствия. Что бы ни утверждали спортивные комментаторы, мы не можем предсказать конечную судьбу комплексной системы, потому что в любую секунду игры может произойти все, что угодно.

Не стоит путать эту невероятную сложность с неточностью в спорте. Хаос предполагает парадоксальную точность хаотического поведения. Тот факт, что модель хаотической системы не позволяет предсказать любое событие или последствие, не означает, что сама система вызывающе неточна. Эффект хаотических систем не может быть предсказан с точностью из-за нестабильных коэффициентов, резонанса, фазовых изменений. Однако модель позволяет предсказать вероятность общих паттернов.

Эти принципы позволяют прийти к ряду важных заключений. Во-первых, они обозначают, насколько сложной может быть командная спортивная игра, насколько в ней важны нюансы. Несколько поколений умных тренеров пытались обнаружить паттерны и прийти к широким обобщениям. Они частично преуспели благодаря стратегии и общей тактике. Однако в последнее время многие пытаются разбить игру на микроэлементы, развить и контролировать каждый из них. Принципы турбулентности и нелинейного расширения показывают бессмысленность такого редуктивного подхода.

Во-вторых, эти принципы задают макроскопический, широкий подход, в рамках которого признается всеобщая взаимозависимость. Каждое событие в игре значимо и влияет на исход.

Теория хаоса описывает диапазон нерегулярных действий в системе, которая движется или меняется. Соль этой теории в том, что минимальный входящий сигнал в закрытой системе может произвести значительный и непредсказуемый эффект, а сами системы такого рода могут из упорядоченного состояния перейти в хаотическое (и наоборот) из-за таких небольших сигналов. Хаос действует в закрытой системе, поэтому он, вопреки расхожему убеждению, не описывает неопределенные явления. А это значит, что не нужно пытаться измерить каждый аспект спортивной игры, надеясь, что это поможет нам влиять на ее исход. Не поможет, потому что слишком много переменных взаимодействуют, меняясь при этом от матча к матчу.

Крайне важно понять, что эти принципы равно влияют как на вашу команду, так и на команду вашего соперника. Наш подход, используемый при подготовке к матчам, учитывает эти воздействия.

Суть теории хаоса в том, что судьба системы определяется незначительными факторами, воздействие которых усиливается со временем. Таких факторов слишком много, чтобы их контролировать, они слишком мелкие, чтобы все их полностью постичь.

Это означает, что система, действующая в спорте, непредсказуема {4} . Поэтому случается, что в Кубке Англии полулюбительский клуб обыгрывает гранда из Премьер-лиги, в баскетбольном турнире NCAA небольшая команда из колледжа побеждает признанного фаворита из Первого дивизиона, а аутсайдер вроде сборной Японии побеждает могучую сборную ЮАР на Кубке мира по регби.

Если бы итог матчей был предсказуем, то зачем было бы их смотреть, играть в них, тренировать спортсменов?

Понимать базовые принципы фракталов, хаоса и теорию хаоса важно потому, что в спорте – хаотичном и, как кажется, подчиненном случайностям, – можно, используя конкретные подходы, создать модель понимания и управления.

Огромную роль в создании и эволюции западной науки сыграл классический рационализм, унаследованный от Аристотеля и развитый, среди прочих, Декартом. Наука основывалась на следующих принципах:

1. Каждую проблему или сложную задачу следует разделить на наибольшее возможное число мелких проблем и задач, которые легче решить.

2. Нужно аккуратно изучать предмет, начиная с мельчайших и самых понятных деталей, чтобы продемонстрировать, как они последовательно усложняются.

3. Анализ должен тяготеть к общему, чтобы ничего не упустить.

Традиционная специализированная система не годится для подготовки спортсменов, потому что игра слишком сложна, в ней множество взаимосвязанных переменных. Напротив, необходима особенная, тактически обусловленная игровая модель – система игры, основанная на полном понимании спорта.

Сталкиваясь с индивидуальными или командными игровыми трудностями, мы обнаруживаем, что аналитическая модель, которую мы используем, ведет к структурализму и развивается от редукционизма, то есть фрагментации целого (объективистского мышления, для которого «целое есть сумма частей», как учил Декарт), к принципу превосходства целого над частями (по Аристотелю «целое – это больше, чем его части»). В спорте мы долгое время не понимали ни коллектив, ни системный принцип организации как таковой.

Изучение кибернетики, использование междисциплинарного подхода к изучению регуляторных систем, их структур, ограничений и возможностей – все это должно было помочь понять хаос в спорте. Норберт Винер определил кибернетику как «науку контроля и коммуникации как у животных, так и у машин». Порожденная концептами общей теории систем, эта область знания вышла за пределы картезианского разделения мышления и тела. Для нее мышление не отдельный процесс, а сама суть жизни.

Нас учили думать о мире как о структуре. Это детерминистский, механистический, редукционистский ньютонианский взгляд. Однако стало очевидно, что этот подход неприменим к пониманию конфликтов и командных спортивных игр. Они слишком сложны. Труды Эйнштейна, Гейзенберга, Гёделя, Морена, Берталанфи и Пригожина подробно описывают концепции, относящиеся к альтернативной, более холистической точке зрения на мир, которая, что важно, позволяет систематически отвечать на вызовы.