Чтение онлайн

Когда же она вышла на площадь Первооткрывателей, на её глаза навернулись слёзы, которые тут же сорвал ветер. В былые времена в центре площади красовался великолепный бронзовый монумент — остроносый трёхмачтовый фрегат почти в натуральную величину, на корме которого стояли фигуры отважных капитанов — великих мореплавателей прошлого. Теперь же фрегат лежал на земле, одна из мачт, падая, пробила оконное стекло на третьем этаже ближайшего дома, а покрытые зеленоватым налётом бронзовые листы, прежде бывшие парусами, разбросало по всей площади. Порывы ветра трепали тонкие листы металла, отчего они издавали непривычный и пугающий звук, — будто лопались от натуги струны исполинской гитары.

Элис сердито провела рукой по зажмуренным векам и зашагала дальше, укоряя себя за минутную слабость.

Лидер, — если он настоящий лидер, обязан быть бесстрастным и должен уметь контролировать свои чувства. Лидер не имеет права поддаваться эмоциям.

А ещё лидер должен не бояться брать на себя ответственность, принимая решение за других.

Вернувшись в Аверсайд, Элис была неприятно удивлена, обнаружив, как сильно успел измениться её мир за время её отсутствия, — измениться в худшую сторону. Чтобы понять это, не обязательно было читать доклады экологов, но в скупых строках статистики, лишённых сантиментов и лирики, обнажалась неприятная действительность: Аверсайду угрожает серьёзная опасность, и продолжать закрывать на это глаза больше нельзя. Из-за резко возросшей солнечной радиации климат неотвратимо менялся, становясь более контрастным и непредсказуемым. Обычно довольно миролюбивых драконов словно подменили: они больше не сторонились человеческих поселений, напротив, открыто нападали на людей, раз за разом становясь всё более свирепыми. Кракены, прежде обитавшие глубоко в океане, каким-то неведомым образом адаптировались к жизни на суше и заполонили леса и болота, забираясь всё дальше в глубь материка и постепенно подбираясь к городам.

Ситуацию усугубляла аномальная зона в Нью-Майквери, возникшая на месте взорванной энергостанции, и две других, расположенных гораздо ближе к столице. Защитные экраны всё хуже сдерживали расползающееся по швам пространство, их приходилось постоянно латать, альтернативы же этим полумерам пока не существовало.

Конечно, большинство людей продолжало оставаться в неведении, хотя скрывать правду становилось всё сложнее. Потому что даже провинциальные обыватели, привыкшие к спокойной и размеренной сельской жизни, начинали замечать очевидное. Периодически в центральной и местной прессе проскальзывали намёки, что не всё ладно в Скайленде, однако большинство изданий правительству всё-таки удавалось контролировать, пресекая появление опасной информации, дающей почву для волнений.

Люди читали газеты, слушали радио.

И верили. Хотя прекрасно понимали: не стоит принимать на веру всё, что говорят и пишут. Но такова уж человеческая природа — безропотно и смиренно проглатывать новости, которые тиражируют работники пера. Все, в том числе те, что не имеют под собой ровным счётом никакого основания.

Элис вышла на набережную и повернула вправо, следуя вверх по течению реки. Массивные плиты парапета, прежде плотно пригнанные одна к другой, теперь громоздились друг на друга, где-то почти утопая в воде, где-то вздымаясь выше человеческого роста, — наглядные последствия прошедшего землетрясения.

Надо сказать, эта картина весьма точно иллюстрировала её теперешнее душевное состояние.

— Ты расстроена.

Элис не удивилась, увидев Лори. Она вдруг поняла, что фэрлинг идёт рядом с ней от самой площади.

— Нет, Лори, всё в порядке… Просто устала, — Элис покосилась на фэрлинга. Выражение его лица было непроницаемым. — Да, ты прав, как всегда. Я расстроена.

— Ты не могла ни предотвратить это, ни предвидеть, — фэрлинг скорбно опустил голову, но в его интонациях не было подлинной скорби. — Не кори себя за то, к чему ты непричастна.

Элис молча вздохнула. Почему-то именно сейчас поддержка самого близкого друга оказала обратный эффект, лишь сильнее разбередив её душу.

— Я не нуждаюсь ни в чьём сочувствии, — сказала она вслух.

Лори ничуть не обиделся.

— Тебе сейчас очень нелегко. Я понимаю.

— Понимаешь?..

"Ты понимаешь? Разве? Да что может понимать фэрлинг, высшее существо, лишённое человеческих слабостей и страстей, в её душевном состоянии?!"

Конечно же, Лори слышит все её мысли, зло подумала Элис. Фэрлинг, однако, тактично промолчал. Когда он вновь заговорил, они прошли уже довольно много.

— Свече для горения нужен фитиль, а человеку — мечта.

— Это не мечта, Лори! Это преступление!

— Это лишь слова. А слова придумали люди, — прошелестел фэрлинг. — Так же, как и правила. Подчиняясь правилам, ты сама себя уничтожаешь морально. Или прими эти чувства, или отринь их, — одно из двух.

Элис подняла на фэрлинга блестевшие от слёз глаза.

— Отринуть чувства? Это всё равно что разорвать свою душу и уничтожить половину. Я не могу!

— Тогда оставь свою работу.

— Я принесла присягу. — Элис обдало жаром. — Есть такое слово — "нельзя".

— Нельзя усидеть на двух стульях сразу. Рано или поздно тебе придётся сделать выбор — окончательный выбор.

— Я уже сделала свой выбор, став агентом, — вздохнула Элис. — Поздно.

— Нет. Ты не делала выбор. Выбор был сделан до тебя. Твоя мать — из Реверсайда. Если бы она вернулась домой чуть раньше, ты была бы рождена в Реверсайде. И смотрела бы на всё с противоположной точки зрения.

— Что толку рассуждать на тему: "что было бы, если", — Элис почувствовала раздражение. — Я — враг Реверсайда, и точка. Ты умеешь путешествовать во времени? Я — нет.

— А если бы ты и умела? Ты изменила бы что-то?

— Не знаю.

Элис не хотелось размышлять на эту тему. Впервые в жизни она обнаружила, что присутствие фэрлинга тяготит её. Ей хотелось остаться одной, по-настоящему одной.

Да что с ней сегодня такое?!

Разумеется, Лориан уловил её настроение. Но лишь подошёл ближе и засеменил рядом, приноравливаясь к медленному шагу девушки. Где-то в проулке, выходящем на набережную, загорелся фонарь — и тут же погас.

— Не самое лучшее время для прогулок по ночному городу, — заметил Лориан с ноткой беспокойства.

— Ты про землетрясение?

— Я про спектралов. Тс-с! — фэрлинг припал на лапы и замер, навострив уши. — Я что-то чую.

Элис остановилась и почти сразу же почувствовала тошнотворный запах горького миндаля, печально знакомый по предыдущим встречам с эфирными паразитами.

А в следующую секунду прямо перед ней словно из ниоткуда возник самый настоящий спектрал.

Лори ощерился и бросился на врага, — не на первого, уже получившего неслабый радиоактивный заряд от Элис, а на того, что подкрадывался сзади. Взмах хвоста, прыжок, молниеносный выпад, — и от спектрала остался лишь едва уловимый шлейф миндального аромата.

Они стояли спина к спине, чтобы держать круговую оборону. Но на место уничтоженных монстров тут же встали новые. На двадцатом спектрале Элис сбилась со счёту, — это только её, Лори положил на порядок больше. Однако спектралов меньше не становилось, напротив, со всех сторон прибывали новые.

— Я знал, что за тобой нужно приглядывать, — заметил фэрлинг.

— Сколько же их… — пробормотала Элис, пытаясь перевести дух. Противно было признавать поражение, с позором унося ноги, но иного выхода не было. — Лори, надо улетать!