Чтение онлайн

Однако вскоре Кикимору постигла новая неудача. Когда она написала на чистом листе слово ЦЕРБЕР, страница засветилась красноватым светом и под написанным появились мерцающие буквы: НЕДОСТАТОЧНО ИНФОРМАЦИИ Кикимора удивленно уставилась на страницу. Все оставалось, как было. Тогда она принялась стучать по книге кулаком и орать:

– Цербер, Цербер - сильный, смелый и самый злой на свете!

В книге появилась другая запись: ЧТО ТАКОЕ ЦЕРБЕР?

Кикимора разгладила рукой смятый лист и написала: ЦЕРБЕР - ЗЛАЯ СОБАКА

"Какая "собака"?" - спросила книга, и тогда Кикимора, ругаясь, попробовала нарисовать собаку.

Но у нее ничего не получилось - вышел уродливый и смешной рисунок, даже похуже тех, что рисуют очень маленькие дети, еще не умеющие держать карандаш. Морда у получившегося чудовища была круглая, зубы - как у тигра, усы - как у кошки, а из пасти вырывалось облачко, внутри которого

Кикимора написала: "Ррр-гав!"

А когда вырвала лист, у костра появилось какое-то призрачное, прозрачное чудовище, которое открыло прозрачную пасть с зубами, как у тигра, и сказало:

– Ррр-гав! Ррр-гав! Ррр-гав!

– Замолчи!
– прикрикнула раздосадованная Кикимора, но чудовище и не думало умолкать. Оно оглушительно рычало и гавкало на всю пещеру, не сходя с места.

Тогда Кикимора схватила валявшийся на земле камень и запустила в свое творение. Камень прошел сквозь монстра, как сквозь воздух, и упал на землю. Рев и лай по-прежнему не умолкали. Кикимора попробовала было замахнуться книгой, но из этого ничего не вышло, она лишь с трудом приподняла с земли тяжеленный том. Наконец она села на землю и зарыдала.

Мы совершенно оглохли, но ждали, что будет дальше. Между тем снаружи пошел дождь, началась гроза.

Кикимора вытерла слезы и снова взяла карандаш в дрожащую руку. На новой странице появилась полуразборчивая надпись. МОЙ КАКТУС, КОТОРЫЙ СТОИТ НА ПОДОКОННИКЕ В ЗАМКЕ ТИР

Под словами появился рисунок кактуса, а через полминуты и сам кактус под стеклянным колпаком. Кикимора вытащила из кармана ключ и под причитания и сожаления о том, что пропадает ее последнее желание, оторвала колючку, прошептав:

– Я хочу, чтобы исчезло это мерзкое создание по кличке Цербер!

Стало необыкновенно тихо. В пещере остались только Кикимора, голубой костер да волшебная книга.

Кикимора долго сидела у костра, понурив голову, и вдруг вся встрепенулась, посмотрела на часы и, вскочив, как маленькая девочка, захлопала в ладоши.

– Ура-ура! Пять минут!
– заплясала она вокруг костра в какой-то великой радости.- Пять минут, пять минут... и врагам моим капут...

Из ее неразборчивого бормотания нам удалось понять, что через пять минут, ровно в полночь, исполнится второе желание, загаданное этой ночью.

– В тартарары, в тартарары... Лишь дурак останься старый!
– распевала Кикимора, приплясывая у костра, пока не выбилась из сил. Тяжело дыша, опустилась на землю и стала смотреть на часы,- Ну вот, три минуты! прошептала злорадно.- Через три минуты они отправятся на тот свет. К чертовой бабушке! Скатертью дорожка!

Кикимора захлопнула книгу, убрала ее в потайную нишу в стене пещеры и прошептала:

– А теперь домой... убаюкивать старичка... То-то он огорчится.

Мы бросились к самолету, стараясь опередить Кикимору. Как только "Стрекоза" поднялась в воздух, наш маленький самолет взлетел следом и буквально сел ей на хвост. Кикимора нас не замечала, потому что вокруг сверкали молнии, лил дождь и оглушительно грохотал гром.

Внезапно все вспыхнуло впереди, какая-то особенная яркая молния ослепила наши глаза. А когда мы смогли их открыть, буря кончилась. Мы летели в черное звездное небо...

– Управление!
– закричал Морозилка, очевидно, первым сообразив, что мы сделали мертвую петлю.

Летун, заснувший у своих приборов, пришел в себя. Мы почувствовали, что переворачиваемся через голову, и вдруг увидели под собой крыши незнакомого города, а над крышами - ажурную, точно сплетенную из проволоки высокую башню... мы падали прямиком на нее и, казалось, должны были наколоться, как бабочка на иголку...

Но, к счастью, заработал мотор, вышка мелькнула внизу и осталась далеко позади, а наш самолет полетел над крышами прямоугольных домов, одинаковых, как близнецы.

Глава 8. В ЧУЖОМ МИРЕ

– Теперь понятно, по чьей милости мы очутились здесь!
– сказал Летун, когда Подгеранник кончила свой рассказ.

– Так-так,- подтвердил Шкафовник- Но я по-прежнему не возьму в толк, где же мы очутились?

– Как где?
– захохотал Морозилка.- В гостях у чертовой бабушки, в тартарарах, куда и отправила нас Кикимора. Разве не понимаешь, какое было у нее желание номер два?

– Грустно...- прогуделПрозрачник.- Очень печально...

– Однако скажите спасибо, что здесь не настоящие тартарары!
– возразил Шкафовник.- Благодарите судьбу, что она послала нам крышу и теплую сухую комнату... только я все-таки не пойму, почему мы залетели именно в это окошко.

– Да потому, что оно было открыто, когда наш самолет начал терять высоту и камнем полетел вниз.

– Да-да,- стал припоминать Шкафовник.- Я как раз чихнул... Глаза мои заслезились от этого ужасного воздуха... Воздух тут, надо сказать, полон гари... Я вытащил носовой платок из кармана жилетки и только собрался высморкаться, как мы начали падать вниз...

– Ты вытащил носовой платок?
– закричал Летун.- И потерял талисман! Ты вытряхнул его вместе с носовым платком!

– Вот что!
– ахнул Шкафовник.- Вот что я натворил...

– Поэтому самолет стал терять высоту.- Счастье, что мы успели сесть вообще...- вздохнул Летун.- Ведь он, как и мы, нуждается в талисмане...

– Как все живые картинки из книги Тир.- Девочка задумчиво потерла пальчиком лоб.- Но если мы все-таки успели сесть и долгое время были, хотя и невидимыми, но живыми...
– стала она развивать свою мысль,- то это может означать лишь одно: талисман не пропал, а все это время находился рядом,

– Не так уж далеко от нас!
– подхватил Морозилка.- А если мы стали видимыми и начали меньше спать, то, значит, наш талисман стал еще ближе...

– Ура!
– закричал Летун.

– Рано радоваться...- проворчал Шкафовник.- Может быть, талисман лежал там,- указал он пальцем на тротуар, - там, куда я его уронил... А потом его поднял какойниоудь хитренький старичок, понимающий в таких вещичках толк, изучил в лупу и спрятал в шкатулочку с драгоценностями... в комнате этажом ниже... или над нами. И что, спрашивается, это нам даст? Не обыщем же мы весь дом?